КНИГА МАТЕРЕЙ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КНИГА МАТЕРЕЙ » Книги » Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)


Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Сообщений 1 страница 30 из 262

1

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Попытка исследования древнейшей истории, так сказать, обозначить хребет, ну а затем можно будет уточнять, дополнять, спорить..

Вечная победа Гипербореи

   
Мы рассмотрели основные вехи древнейшей истории, акцентировав внимание на особенно интересных ее моментах. У нас была опасность утонуть в подробностях, поэтому многое пришлось опустить или упомянуть вскользь. В заключение этой книги стоит еще раз выстроить в ряд отдельные события, о которых шла речь, – с той целью, чтобы прояснить логику истории и понять, откуда и куда движется человечество.

Начало

Первые признаки присутствия человека нашего типа обнаруживаются на Русской равнине в поселениях, возраст которых, согласно заключениям специалистов, составляет 70 тыс. лет. Последние научные данные говорят, что на притоках Волги и Дона в те времена жило всего около 2 тыс. человек. Что было раньше? Об этом ничего не известно. Большую часть жизни человечество прошло в изолированном анклаве у ледников в Восточной Европе.
28–32 тысячи лет назад на Земле случается огромное извержение вулкана, наступает ночь Брахмы, на планете исчезает конкурирующий тип человекообразных существ – неандертальцы. Люди начинают расселяться из предледниковой зоны по всей территории земли.
Периодически на планете периоды потепления сменяются периодами всемирного оледенения. Примерно 20 тыс. лет назад в силу нарастания процессов оледенения очередной раз изменился климат. Сибирские реки лишились стока в Ледовитый океан и хлынули в Аральское море, сливаясь с водами Амударьи и Сырдарьи. Аральское море соединилось с Каспийским, и началось затопление Средней Азии и юга Восточной Европы.
Западная Сибирь и Средняя Азия скрылись под водами внутреннего евразийского океана, разделив Европу и Дальний Восток. Так появились разные расы человечества. Небольшая группа людей спаслась на возвышенностях Восточной Европы. Именно эти люди в будущем сформировали центр индоевропейцев. Те, кто спасся в верховьях Енисея, впоследствии образовали монголоидную расу. Те, кто спасся в Африке, стали неграми.
Вода поднималась в течение 3 тыс. лет, медленно «съедая» землю, уменьшая территорию обитания людей и мамонтов. Люди и мамонты в Восточной Европе зависели друг от друга. Стресс, связанный с возможностью гибели человечества, привел к психологической трансформации сознания людей Восточной Европы, когда на возвышенностях Русской равнины образовалась социальная структура общества, похожая на муравейник или улей. Жизнь отдельного человека была полностью подчинена задаче сохранения рода.
Люди молились богу Крышеню (Кришне) во спасение от наступающей воды. Воины строили дамбы и оборонялись от нашествия людей с затопленных территорий. Другие группы обеспечивали волхвов и воинов продуктами и необходимыми вещами. Общество разделилось на варны, где каждый выполнял отведенную ему роль и все было подчинено строжайшей общественной дисциплине. Больных, слабых и глупых уничтожали. Эти немилосердные правила тем не менее улучшали породу людей и давали шанс на выживание роду человеческому. Так возникла цивилизация, которая в Библии связывается со спасением Ноя.

Расширение

Потоп окончился внезапно около 12600 лет назад. Вода промыла Боспорский пролив и хлынула из внутреннего океана в Средиземноморье, а потом в Атлантический океан. После того как вода освободила огромные участки суши в Евразии, люди начали робко их изучать. Эти земли получили название Потал. При этом уровень Мирового океана поднялся, затопив огромные прибрежные пространства. В это время от Сибири отделалась Америка и оставшиеся там люди стали развиваться автономно.
Примерно в середине 10-го тыс. до н. э. люди вновь появляются на территории современной Турции, в Африке. Они строят систему мегалитических сооружений, по которым пытаются ориентироваться при путешествиях в Потале, – Вавилон. Мегалитические сооружения того времени мы находим сегодня по всему миру.
Около 7500 лет до н. э. все эти поселения на Ближнем Востоке внезапно пустеют. Жизнь согласно определенной логике сохраняется только в Восточной Европе. Почему? Пока ответа на этот вопрос нет.
Однако примерно 5 тыс. лет до н. э. к южным берегам будущего Китая причалила флотилия кораблей, в которых находились представители высочайшей цивилизации того времени – империи Араты. Центр этой цивилизации был на реке Дон в современной Восточной Европе. Напоминанием о светлобородых основателях Китая остались около 200 арийских слов в китайском языке, особая ментальность и некоторые религиозные традиции.
Первой на новые земли вступила дочь Великого владыки мира Шеньнуна, прекрасная Нюйва. Китайская легенда гласит, что девушка держала в руках зерна риса. Ее потомки называли себя мань-и – «народ дракона». Как и на родине в Восточной Европе, их дома в Китае располагались на участках выжженного леса, только теперь вдоль берега океана. Они жили на одном месте, как и их предки на Руси, до полного истощения земли, а затем переходили на другой участок, сжигая свои поселения. Каждые 70 лет этот народ строил новые города.
Заселив почти все низовье реки Янцзы, мань-и медленно продвигались к северу, пока не встретили охотничьи племена монголоидного вида. Последние сохранились здесь в лесах еще со времен первого заселения Сибири примерно 25–32 тысячи лет назад. Именно эти люди вели ожесточенные войны с неандертальцами, постепенно шаг за шагом отвоевывая у них территории. Однако во время потопа 13–11 тысяч лет назад связь древних племен с материнской цивилизацией Северного Причерноморья была разорвана.
В следующем тысячелетии Желтую страну населял народ, образованный мирным союзом северян-охотников и мань-и. Охотники быстро переняли от переселенцев навыки земледелия. Тогда возделывали не рис, а просо.
Есть определенная закономерность в истории. Так, как звезды связаны с центром галактики, так и периферийные миры связаны с Восточной Европой, где располагается первородный мир.

Историческое измерение

Согласно учению буддизма, время истории измеряется югами (четверть Маха-юги) – циклами, связанными с прецессией Земли. По окончании цикла старое человечество уничтожается и перерождается вновь. Цикл включает 12 астрологических эр.
После перерождения новое человечество сначала вступает в золотой век. В это время человек создан по подобию Бога. Он наделен сверхвозможностями. Но каждую последующую югу человек глупеет, его сознание тускнеет. Считается, что при смене астрологической эры на Земле меняется религиозная доктрина. Новый пророк меняет ментальность человечества. Об этом в аллегорической форме сказано в библейской истории про десять казней египетских и в арийском эпосе про десять Будд, последовательно появившихся на Земле.
Последний период максимального помутнения сознания людей – Кали-юга – начался в 3102 году до н. э., что практически совпадает с иудейским календарем. Этот момент истории достаточно подробно изложен в древнеарийском эпосе «Махабхарата», Собственно, с этого момента и начинается современность и современная история.

Образование державы

«Махабхарата» – это описание мировой войны, которая случилась в 3102 году до н. э. в Северном Причерноморье. Это время заката на Руси так называемой трипольской культуры. Она так называется по имени украинского села Триполье, где впервые были раскопаны современными археологами древние города. На планете Земля в это время повсеместно обитают еще первобытные племена, но в Восточной Европе существуют уже города с двухэтажными домами и регулярной планировкой. Прекрасная керамика, изделия из меди, производство льна, земледелие, ведическое искусство – это атрибуты этой самой древней на земле цивилизации.
Трипольцы жили мирно, так как воевать им было, собственно, не с кем. Однако к концу 4-го тыс. до н. э. в поселениях Триполья появляются укрепленные стены и рвы, появляется оружие. Это говорит о подготовке к войне.
По существу, гражданская война шла между сторонниками северян Пандавов и южан Кауравов. К этому моменту Арорат – общественный уклад, возникший во время Потопа, – давно разрушился. Цивилизация Ноя уже в значительной степени деградировала. На территории первородного мира из южных степей Причерноморья существовало уже множество родовых карликовых княжеств и тейпов. Начался процесс их нового объединения.
Вся мировая история современности – это борьба сил дезинтеграции человеческой цивилизации и сил, возвращающих к укладу цивилизации Ноя. «Адептов» первой идеологии можно назвать эгоистами, второй – коммунистами.
В результате войны 3102 года до н. э. братьям Пандавам удается создать мировую арийскую державу Арату с центром на реке Дон в Северном Причерноморье. Сегодня здесь такие города, как Воронеж, Липецк, Курск, Тамбов, Белгород, Донецк, Харьков. Отсюда «властители колесниц» и варяжских судов по евразийским степям и рекам добирались до самых отдаленных уголков планеты. Арата в конце 4-го тыс. до н. э. стала доминировать во всем мире: от Египта до Ирландии. За полторы тысячи лет своего существования арийская империя Арата достигла невиданного могущества.

От Руси до Китая

Далее по ссылке:http://ariylib.info/622-vechnaya-pobeda-giperborei.html

2

http://ariylib.info/622-vechnaya-pobeda-giperborei.html

Лаодика написал(а):

К этому моменту Арорат – общественный уклад, возникший во время Потопа, – давно разрушился.


Лаодика написал(а):

Вся мировая история современности – это борьба сил дезинтеграции человеческой цивилизации и сил, возвращающих к укладу цивилизации Ноя. «Адептов» первой идеологии можно назвать эгоистами, второй – коммунистами.



Копа – древнеславянское собрание

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

По заветам ВЕД держава – это социальный организм, управляемый как и естественный организм (например, человек) двумя полушариями: левым (в современных терминах «политиками») и правым (волхвами, ответственными за Правду). Наши предки славяне были гораздо умнее нас. Вас не удивляет клич славян: «Придите княжить!»? Нас тоже. Предки считали «не барским это делом — княжить (коняжить — ред. Социолог)!» И вся власть принадлежала народу (волхвам). И если князь спал как Брежнев или пил как Ельцин по решению волхвов его приносили в жертву в ближайший праздник.

До тех пор пока чиновники не будут смертельно бояться волхвов, чувствуя себя как на сковородке, никакими «буки-буки» их не проймешь. А народ всегда должен иметь возможность «дать им по сопатке»!

Копа – древнеславянское собрание Сходотаев. Значение понятия «Копа» можно выявить из слов: скопом, совокупность, скопище, копна, докопаться (до истины) и т. д. Обычай Копы долгое время сохраняли русские воины – казаки. Ныне этот обычай частично проявлен в казачьем Круге.

Для славянина мнение Копы было высшим духовно-нравственным ориентиром. Русские люди говорили: «Мирская слава сильна», «Мир запоёт, так камень треснет», «С миром не поспоришь», «На мир и суда нет», «Мир силён и несокрушим», «Что мир порядил, то Бог рассудил», «Что миром положено, так тому и быть».

В Копу входили от четырёх до девяти близлежащих сёл, Сходотаи которых собирались в особом месте – «местечке». Отсюда название главного села – местечко, мисто. Со временем местечко перерастало в город, который сохранял за собой Копное Право, а жители звались мещанами. Большинство старых городов выросло из Коп, кроме пограничных, которые сразу же строились как крепости.

Численность Копы колебалась от 100 до 300 человек. Копа собиралась у одного из сёл общины, место сбора называлось КОПовище, КОПище, КАПище. Занималась решением спорных вопросов и других дел под открытым небом. Обычно это происходило в Священной дубраве с естественным или искусственно насыпанным холмом. Рядом были родник, река, озеро или пруд. Коповеще было излюбленным местом, где справлялись народные праздники – Масленица, Коляда, Купала и другие.

Копа собиралась на совещания, т. е. на Вече (отсюда слова – вещий, вещать, извещать). Правом голоса в Копе пользовались только домохозяева, имевшие постоянную осёдлость. Это были семейные старейшины – Главы Родов. Их ещё называли Сходотаи, судьи Копные, Общинные Мужи. Братья, не имевшие отдельных хозяйств, сыновья и женщины права голоса не имели и являлись только по особому требованию Копы, для свидетельских показаний.

На Копе присутствовали Старцы. Старцы не были сходотаями, они не имели права голоса на Копе, но их советы могли играть решающую роль. Мнение Старцев спрашивали в таких случаях, когда нужно было вынести приговор на основании древних решений Копы. Старцы также строго следили за соблюдением обычаев Предков.

Вече в Копе было одновременно и учёбой, и опытом для изучения права. Священные положения Копного Права сохранялись в памяти Сходотаев и передавались из поколения в поколение.

На Копе согласовывались все стороны жизни села: срок начала и окончания сельскохозяйственных работ, сенокос, починка дорог, чистка колодцев, наём пастухов и сторожей, взыскания за самовольные порубки леса, нарушение общественных запретов, сбор денег на общественные расходы селения, раскладка податей, проведение выборов, вопросы пользования лесом, строительство плотин, пополнение общественных запасов на случай стихийных бедствий, неурожая и многое другое.

Копа находила и преследовала преступников, судила и наказывала их, присуждала вознаграждение за поимку. Если дело было уголовным, то Копа вела «расспрос», устанавливала «лик» преступника (отсюда – «улика»). На Копе поощрялось прощение обидчика, а также искреннее всенародное раскаяние преступника. Обязательно учитывалось прощение смертельно раненого и его последняя воля. Судебные дела разбирались по Совести, стараясь склонить спорящих к примирению.

Решения Копы выполнялись всеми добросовестно и с большим желанием. Нарушение Копного Права, постановлений Копы, никогда не наблюдалось, а если это и случалось иногда, то воспринималось как чрезвычайное происшествие. При этом каждый славянин, столкнувшись с нарушением Копного Права или обычаев, обязан был приложить все свои силы для пресечения нарушения. Если он этого не делал, то считался участником преступления, свидетелем которого был, и нёс за это полную ответственность наравне с нарушителем. Жили, соблюдая заповедь Бога Одина: «Непозволительно прощать того, кто умышленно совершает зло, ибо зло, оставшееся без наказания, умножается, а вина за приумноженное зло лежит на том, кто оставил зло не наказанным и не привел его на правый Божий суд».

Такое проявление Копного Права возможно только при совершенной гласности и отчизнолюбии народа. На Копе обеспечивалась полная независимость мнений Сходотаев. Каждый имел возможность открыть свою Душу. На Копе всё шло начистоту, вопросы ставились ребром – «резалась правда-матка», и если кто-либо пытался отделаться молчанием, его безжалостно выводили на чистую воду. Самые смирные мужики, которые в другое время не могли и словом заикнуться против кого-либо, на Копе, в минуты общего возбуждения, совершенно преображались и набирались храбрости, умудрялись перещеголять заведомо храбрых мужиков. Копа делалась открытой взаимной исповедью, взаимным разоблачением и покаянием, проявлением самой широкой гласности. В эти минуты частные интересы каждого достигали высшей степени напряжения, общественные интересы и справедливость, в свою очередь, достигали высшей степени контроля.

Значение широкого самоуправления усиливалось выборными должностями десятского – по одному из 10 дворов и сотского – от 100 дворов. Сотский, при содействии десятских, наблюдал за чистотой в селениях, за чистотой воды в реках, за пожарной безопасностью, за порядком во время торгов, базаров, за продажей доброкачественных продуктов, за проведением торговли.

Входящие в Копу сельские общины образовывали Волость. На Копе выбирались: волостной старшина, правление и суд (как правило, на три года). Волостное правление вело книги для записывания решения схода, сделок и договоров, в том числе трудовых, заключённых селянами между собой и посторонними лицами. Вся бумажная работа велась волостным писарем, который был важным лицом в Копе. Когда Старшина начинал злоупотреблять доверием общества, селяне могли его переизбрать или убавить в жаловании.

Кроме руководителей Волости, выбирали ходатаев по общественным делам – челобитников в стольный город.

Согласно древнеславянским обычаям, для защиты своих земель от внешнего врага Копой выбирались Князья. Князья выбирались из крепких Родов потомственных воинов, которые составляли Честь и Славу нашего Отечества. Копой выделялась десятина для содержания Князя и его дружины, пограничных застав, для строительства пограничных городов и оборонительных линий. Селяне добровольно несли трудовую повинность по строительству особо важных или срочно необходимых военных объектов, а в военное время все воины-селяне поднимались на защиту Отечества.

На Всеземском Соборе из Князей выбирался Монарх – глава всей страны, Великий Стольный Князь Всея Руси. От Монарха требовалось соблюдение Копного Права, выполнение законов Всеземского Собора, защита народа от иноземных ворогов.

Это – один из вариантов государственного устройства наших Предков. В разные времена существовали и разновидности этого устройства, а также их различные переплетения. Вот, например, еще один такой вариант – Общинный, который больше разнится названиями, чем содержанием.

Общиной считается духовное объединение различных Родов и Кланов, поклоняющихся своему Богу-Роду (Предку). Общинно-Родовой Уклад жизни людей включал в себя несколько уровней управления. В ней по современной терминологии было светское (гражданское), военное и духовное правление.

В Общине были Главы Родов и главы породненных Родов – Раданы. Собрание Раданов называлось РАДА. Она решала все административные вопросы. Князья с дружинами решали военные проблемы. Духовной жизнью Общин правили Жрецы, обеспечивая духовное сопровождение жизни ее членов, направляя ее на сохранение Древней Веры, Законов и Обычаев. Однако самые важные вопросы решались тремя уровнями управления сообща.

Роль волхвов сегодня пытается играть РПЦ (русская православная церковь). Но в целом РПЦ – дочернее предприятие иудаизма и «Черного кобеля — не отмоешь добела!» Посмотрите на эти толстые зады, еле влезающие в мерседесы, на золоченые рясы, чтобы казаться беременными христианской истиной. Нет, волхвами назвать их язык не повернется!

Волхв – это не штатная должность (как поп), а состояние души славянина, так что ищи волхва в зеркале, славянин!
http://midgardets.livejournal.com/tag/Веды

http://www.perunica.ru/forum/topic_312

P. S. Копное право — древнейшая форма самоуправления внутри славянской общины, передававшееся из поколения в поколение.
Слово «копа» («купа») — являет собой древний славянский корень, встречающийся в таких словах как «скопом», «совокупность», «скопище», «копна», «копить», «копать» и т. д.
Копа — единство множества; Собрание сходатаев для решения вопросов, связанных с жизнью общины. Копа могла открывать и преследовать преступников, судить и наказывать их, присуждать и доставлять обиженному вознаграждение и, наконец, не допускать нарушения законов Копы. На скопище(собрании) устанавливалась, согласно праву Копы, круговая порука, когда вся община отвечала за проступки своих членов, а также ручалась за безопасность жизни и имущества как своих, так и пришельцев.
Другое название Копы — Громада. Копа собиралась для совещания, то есть на вече. Новгородское Вече — это разновидность городского копного права.
http://ru.wikipedia.org/wiki/Копное_право

ВЕСЬ
ж. новг. сельцо, селение, деревня; умалит. весца, сиб. веслина. Весняк м. веснянка ж. стар. крестьяне, поселяне, селянин, уроженец или житель веси.

3

Лаодика написал(а):

ВЕСЬ

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)


Этимология
Происходит от праслав. формы, от которой в числе прочего произошли: др.-русск. вьсь, вься, вьсе (только один раз вин. п. ед. ч. ж. вьху; см. Хутынск. грам. XII в.), ст.-слав. вьсь, вьсІА, вьсе (греч. πᾶς, ὅλος), русск. весь, всё, вся, укр. уве́сь, усе́, уся́, блр. уве́сь, болг. се «всё (время)», сербохорв. са̏в, сва̏, све̏, словенск. vès, др.-чешск. veš, ж. všě, ср. р. vše, др.-польск. wszy, wsza, wsze. Фонетически возможно только праслав. vьxъ, *vьxa, *vьxo. Старая основа на -о засвидетельствована наличием ѣ в ст.-слав., др.-русск. вьсѣмъ, вьсѣми, вьсѣхъ (не -и-!). Родственно лит. vìsas, латышск. viss «весь, целый», др.-прусск. wissa- «весь», далее, др.-инд. víc̨vas «каждый, весь, целый», авест., др.-перс. vīspa-. Миккола считает возможным происхождение слав. vьsь и лит. vìsas «весь» от основы со знач. «размножать, выводить»; ср.: лит. veĩsti «выводить», veislė̃ «выводок, род»; ср. еще аналогичное нем. all «весь»: готск. alan «растить», а также лат. totus «весь»: индоевр. *teu- «увеличиваться, разрастаться». Использованы данные словаря М. Фасмера  с комментариями Трубачева;

Фразеологизмы и устойчивые сочетания
при всём том
во всю Ивановскую
без всего или безо всего
всё равно
всё одно
всё так
всё и вся
все и вся
всего понемногу или всего понемножку
всем, всем, всем
всё же
весь день
в общем, все умерли
изо всех сил
изо всей силы
на все сто
на всём скаку
на всю катушку
от всей души
по всей вероятности
по всей видимости
— Петруха, жарь рыбу! — Рыба вся! — Жарь всю! (прибаутка-каламбур; обыгрываются два разных значения слова вся).
со всей мочи

4

От Руси до Китая

Когда Аральское и Каспийское моря разделились в силу потепления климата, открылся сухопутный путь в Индию и Китай. Если верить преданиям, новому населению первобытного Китая пришлось испытать большую войну. Против северных армий таинственных великанов с головами буйволов выступило войско под предводительством Хуанди. Северян защищали медведи, тигры, барсы, ягуары – правда, в виде рисунков на стягах.
Китайские летописцы говорят, что незваные гости с севера проиграли, а их вождь попал в плен и был казнен. После этого в Китае появились конные повозки, неизвестные здесь раньше. Несомненно, люди с севера были колониальной экспедицией ариев времен властителей колесниц. Однако, встретившись с предыдущей волной переселенцев, прибывших сюда на судах несколько веков раньше, «конники-кауравы» проиграли решающее сражение «водникам-пандавам». Хотя не исключено, что такой войны в Китае вообще не было, а это трансформированный на китайский лад эпос о войне Кауравов и Пандавов, которая произошла 3102 году до н. э. в степях Северного Причерноморья.
После открытия новых земель путешественники стали приносить на родину в Восточную Европу не только экзотические растения и животных, но и экзотические болезни. Тогда жрецы и цари Араты приняли решение построить гигантскую стену, которая бы отделила север от юга. Такая стена за несколько веков была построена. Тянулась она от Балтийского моря до Желтого моря на Дальнем Востоке.
Остатки этих укреплений еще видны в Украине, Польше, в Саратовской области. В Украине это Змиевы, или Траяновы, валы. В Китае в более поздние века на их основе возникла Великая Китайская стена.
Северней стены было три главных центра. Царство Кришны (валдайско-балтийских славян-кривичей), сарматское царство на Средней Волге, Урале, Сибири и скифское царство в междуречье Дона и Днепра.

Религиозные центры

После войны 3102 года до н. э. пришло в упадок царство князя Кришны (Крышеня) – религиозного государства, которое располагалось на Валдае и Прибалтике. Князь Кришна получил имя в честь Крышеня – бога, как считалось, спасшего человечество от Потопа. Отсюда русское слово «крыша» и традиция у кришнаитов при молитве изображать руками крышу дома. До сих пор в русских, украинских и белорусских селах на святки поют по селам колядки во славу Крышеня.
Имя Кришна получил реальный князь Древней Руси, который участвовал в войне Пандавов и Кауравов. Он сформировал в конце 4-го тыс. до н.э. новый ментальный код социального поведения – его сподвижники стали действовать исходя из принципов «целесообразности». Это позволило Пандавам победить в войне, ибо они прислушивались к советам Кришны. Во многих религиях он считается предтечей Иисуса Христа, было это примерно в 3100-х годах до Рождества Христова.
Столица царства Кришны располагалась в устье реки Западной Двины, там, где сегодня город Рига. После гибели этого религиозного центра из-за внутренних распрей кривичей и деградации населения от пьянства начался распад большой Араты. Без религиозного ядра цивилизации быстро гибнут. Однако это произошло не сразу.
Один из религиозных центров, объединявших четыре арийские церкви, находился в Белом море на архипелаге Соловки. Там до сих пор сохранились следы цивилизации, существовавшей еще до Потопа. На Соловках сегодня православный монастырь, но по островам везде присутствуют следы куда более древней цивилизации. Острова лежат на 35-м меридиане, как и Иерусалим в Израиле.
Еще один древний арийский храм – предтечу храма Соломона – следует искать, как я думаю, в окрестностях этого меридиана в степной зоне Руси. Это где-то около Курска, Харькова, Воронежа.

Миры одной империи

Создание империи Араты привело к возникновению нескольких периферийных царств. Сначала возник Шумер на берегах Тигра и Евфрата в Средней Азии. Потом переселенцы из Араты создали кладбище царей и жрецов в Африке, загробный мир арийской церкви Мары. Через некоторое время эти миры стали жить самостоятельной жизнью, впрочем, не теряя связи с первородным миром. Например, царица Египта Хатшепсут (1490–1468 гг. до н. э.) снаряжает флотилию кораблей в северную страну Арату и везет подарки северному царю Пареху и его супруге Ати.
В разных частях арийской державы были разные уклады, обычаи, верования. Общая арийская церковь объединяла в себе 4 церкви – Макоши, Яра, Мары и Рода. Существовали алхимия и астрология, предшественницы науки. Была еще древняя медицина аюрведа, наука о жизни.
В центре арийского мира в Восточной Европе на реке Дон сформировалась столичная провинция Семиречье, где доминировали сарматы (потомки асуров) и скифы. В общинах сармат царил матриархат. На правом берегу Дона возник параллельный мужской мир орд и казацких сечей, куда стекались изгнанные из матриархальных общин мужчины. На севере располагалась страна мудрецов – мир блаженных.
На севере вдоль водораздела северного и южного стока рек селился народ чудь, который кельты называли эльфами. Этот необыкновенно высокий и красивый народ происходил от прямых потомков Ноя. Зона его расселения от Чудского озера на Валдае до современного города Костромы. Здесь, на истоке реки Волги, сформировался важный религиозный центр, который объединял все 12 главных родов Араты. Возглавлял его Индра, память о котором сохранилась в христианстве как о предтече Андрея Первозванного.
В арийском мире пожилые воины уходили на север в леса, в Страну блаженных, которая располагалась северней Рифейских гор, в Белоозерье и берегах Белого моря. Это земли Гипербореи. Здесь их встречали валькирии, согласно скандинавским сагам. Страна Гиперборея также упоминается в эпосе древних греков как родина Аполлона.
Первая держава Арата, созданная Пандавами, просуществовала более 1200 лет, но постепенно она пришла в упадок. С 2265 по 2040 год до н. э. в Арате на огромных просторах Восточной Европы уже царит хаос. Династия 70 арийских царей, по преданию, сохранившемуся у Манефона, правила всего 70 дней. Это был первый опыт демократического парламента. Они пытались выработать новые законы арийского мира. Однако ситуация только ухудшилась. Начался период упадка, раздробленности. Русь погрузилась после периода рассвета в темные века.

http://ariylib.info/622-vechnaya-pobeda-giperborei.html

5

Лаодика написал(а):

В центре арийского мира в Восточной Европе на реке Дон сформировалась столичная провинция Семиречье, где доминировали сарматы (потомки асуров) и скифы. В общинах сармат царил матриархат. На правом берегу Дона возник параллельный мужской мир орд и казацких сечей, куда стекались изгнанные из матриархальных общин мужчины. На севере располагалась страна мудрецов – мир блаженных.

Матерь Сва. Божественная птица. Согласно дощечкам Велеса, Вышень или Вышний (Всевышний) передает Знание (Веды), или Огонь Веры, русским людям через своего посланца Птицу Матерь Сва. Матерь Сва славу поет и эти слова исходят от Птицы Вышня, из Сварги над Русью летящей. И его же огонь даёт Матерь Сва, и Она славу приносит на крыльях своих праотцам нашим. И кличет Матерь Сва к Всевышнему, посылающему ветер лесами огонь очагам нашим, тогда Он приходит на помощь.
Птица Сва (Сварога). Гамаюн. Сирин. Птица. Она говорит, когда огонь и смерть несётся к нам, превращая Голунь в погорелище: "Боги, поливайте и дождем дождите! Ибо та земля бедная, и разорённая, и конями затоптанная, так как язи забирают сыновей её, протекая на конях по земле". И говорила Сва в поле нашем, и била крыльями, и пела песни к сече, и та птица не есть Солнце, она - та, из-за которой всё стало. Птица Сва поёт о дне том, когда соединились славены создали Русколань близ Голуни. И мы ждали время оное, когда завращаются Сварожьи колеса у нас. Это время после песни Матери Сва наступит. Есть птица, которая помнит и поёт о битвах и междоусобицах исхода русских из Семиречья. Сядет она на древо, и станет петь, и всякое перо её иное, и сияет цветами разными. И станет в ночи, как днём, и поёт она песни о битвах и междоусобицах русских. Посмотрите вокруг - увидьте птицу ту на челе вашем! Та птица поведёт вас к победам над врагами, ибо вы - сыны её и потому одержите победу! Она, красуясь перед нами, влекла нас к себе светом. И так было в иные времена, когда русские шли с вендами и те хотели унести богов своих к морю.
Имя Матери Сва есть и в Ведах Индии. В Махабхарате она (Matarisvan) названа потомком Гаруды «славной, всехвальной, долговечной» Птицей, чей род происходит от Вишну, который для Неё Наивысший. Она является посланцем бога Солнца Вивасвана (Vivasvan), в русской традиции бог Солнца Вышень-Дажьбог, лик Всевышнего для нашей Солнечной Системы. Птица Матерь (Материшван), также как и Матерь Сва несёт огонь пращурам ариев. В переводах с санскрита вполне можно писать не так как ныне Матаришван, а просто Матерь Сва (Славянские мифы). Матерь Сва - Матерь Русская. Степь. Матерь Солнца. Птица, инкарнация Великой Матери - Лады. Покровительница Руси. В Велесовой книге образ птицы Сва совмещает образы многих фольклорных птиц, прежде всего - птицы Гамаюн. Матерь Сва бьёт крылами по бокам своим с двух сторон, как в огне вся сияя светом и бросается на врагов – готов и гуннов. И все перья Её иные: красные, синие, рыже-бурые, желтые, и серебряные, золотые, и белые. И так же сияет, как Солнце - царь, и идёт Она близ Ясуни, и так же сияет седьмой красой, завещанной от богов. И Перун, увидев Её, возгремит громами в том небе ясном. И вот это - наше счастье, и мы должны приложить все силы, чтоб видеть, как отсекают жизнь старую нашу от новой, так точно, как рассекают дрова в домах огнищанских. Матерь Сва кличет нам, чтобы мы шли за землю нашу, и бились за очаги нашего племени, ибо мы - русичи. Каждый раз, когда приходил враг на нас, мы сами брали мечи и одерживали победы. Было возвещено от Матери Сва, что будущее наше - славно. И мы притекали к смерти, как к празднику. Говорили мы Матери Сва, когда терпели беды: "Хорошо обороняй землю нашу!" Венде, те имели шаткую веру в Матерь Сва, оттого были побеждаемы часто врагами. Матери Сва мы песни поём возле костров вечерних, где мы рассказываем старыми словами о славе нашей, о святом Семиречьё нашем, где мы имели города, где отцы наши сражались. И эту землю мы покинули, идя к земле иной, где мы должны теперь удержаться. Матерь Сва славу нам предрекла, что возьмём мы Голунь, поставим там города, сёла и молила нас уберечь славу отцов. Но тысячу триста лет хотя и храним наши святыни, а ныне жёны наши говорят, что мы - блаженные, что мы утратили разум свой и стоим мы как агнцы перед врагами, что не смеем пойти на брань и мечом разить врагов наших. Матерь Сва славу поёт нам, чтобы мы воспевали походы на врагов, и мы верили ей, так как эта слава исходит от птицы вышней, по небу России летящей от нас. Песнь хвалебную поёт Матерь Сва. Она - прекрасная птица, которая несла пращурам нашим огонь в дома, а также агнца принимала. Мы ждали время оное, когда завращаются Сварожьи колеса у нас. Это время после песни Матери Сва наступит. Поёт она о трудах своих ратных. И мы должны её слушать и желать суровой битвы за Русь нашу и святыни наши. Матерь Сва сияет в облаках, как Солнце, и возвещает нам победы и гибель. Но мы должны радеть о вечном, потому что земное против него - ничто. Мы сами на земле, как искра, и сгинем во тьме, будто не было нас никогда. Слава отцов наших придёт к Матери Сва, и пребудет в ней до конца веков земных и иной жизни. И с этим мы не боимся смерти, ибо мы - потомки Дажьбога, родившего нас через корову Земун. Та птица Матерь Сва не есть Солнце, она - та, из-за которой все стало. Матерь Сва стережёт, охраняет нас и крылья распускает во все стороны, а тела наши - в середине, и голова ясуни на плечах в венце славном, она не может ее лишиться в сече. Голова Матери Сва - ясунь, и уберегали её до этого дня.
http://www.proza.ru/2012/04/17/102

6

   "Сорок уроков русского".

Сергей АЛЕКСЕЕВ

В Е Д Ы. УРОК ВОСЬМОЙ.

Этому слову можно посвятить не один урок, а все сорок, и наверное, даже того будет мало, ибо веды (ведать), означает знание, и, собственно, не требует перевода ни на один индоарийский язык, поскольку на всех звучит одинаково, и тем самым связывает в единый корень, по крайней мере, три великие ветви народов, три мифологии, три языка и три великие культуры – славянскую, индийскую и персидскую.

Я умышленно не называю их цивилизациями, поскольку это слово слишком современно, умозрительно, не соответствует внутренней сути явления и не обладает емкостью, способной вместить весь круг вопросов существования этого триединства.

Слово веды – ключ к разгадке таинства незримой и непреходящей магнитной, магической связи культур и народов. Время значительно изменило их внешний вид, история – религиозные воззрения, география и климат поменяли костюмы, но неизменной, как слово веды, осталась внутренняя этнопсихология, то есть, образ мышления и манера поведения.

Мы разные и одинаковые одновременно. Если говорить по первому плану, мы поразительно верно, независимо от режимов, дружим с индийцами и неизвестно почему любим их кино. Всю свою историю мы грезили Индией, как заветной страной чудес, слагали сказки о ней и ходили в гости, как тверской купец Никитин, которого почему-то впускали в самые сакральные места, куда не ступала нога иноземца. Когда как весь «продвинутый» мир в самые разные времена искал пути в Индию (даже случайно Америку открыли по этой причине), стремился завоевать ее, и англичанам это удалось – мы никогда не воевали друг с другом.

Хотя отличаемся воинственностью, как и персы, но однажды померявшись не силой, а хитростью с Дарием (еще в скифский период), более чем две тысячи лет жили вполне мирно. Если не считать разбойного Стеньку Разина, бросившего в волны персидскую княжну, однако ему простительно – переступил через себя, дабы погасить ропот товарищей-ватажников. Кстати, любовь к персиянкам, впрочем, как и к индианкам или цыганкам, некогда вышедшим из Индии, у нас в крови. Происхождение русской фамилии Перцев тому подтверждение, так что Стенька был не первым и не последним, кто вывозил невест из Персии. Правда, славянин Александр Македонский покорил Персию, но об этом отдельный и особый разговор.

Потом мы одинаково пострадали от монголов – персы от Чингисхана, мы – от внука его, Батыя, пока яблоком раздора не стал как всегда Кавказ, и в 19 веке случилось две войны, кстати, организованные все теми же англичанами: только вмешательство третьей силы ставило нас с персами в конфликтную ситуацию. Достаточно вспомнить убийство А. Грибоедова…

Нас и сейчас выдавливают с Кавказа, и опять не без участия все тех же англичан, американцев и опять по поводу Грузии, Армении, Азербайджана. Но мы все равно на стороне Ирана и поддерживаем его, хотя он снова, словно кость в горле у всего «цивилизованного» мира…

Нас соединяет волшебное слово – веды. Оно словно незримое глазом калиброванное отверстие в песочных часах, позволяющее песку перетекать из одного замкнутого пространства в другое. Переверни несколько раз часы, и уже не поймешь, чье там течет время…

Веда – третья буква алфавита, без изменений вошла в кириллицу и означает дословно «дать знания», что открывается в глагольной форме ведать. Слогокорень ве – всегда знания, отсюда вера – знание (признание) Ра, Веста – столп знаний, вещать – излагать знания, невеста – не знающая (мужа), непорочная, великий – разумный, у кого знание на лике (отсюда пословица «велика Федора да дура» - велика не ростом, а благородна лицом, но без ума). Любопытны слова вежа – хранилище огня, света знаний, поэтому белые вежи, высокие башни, и стояли по Руси, одна из которых дала название Беловежская пуща (к вежам мы еще вернемся). Говорящие слова верещать – изрекать знания, получило отрицательный оттенок в эпоху очередной смены идеологии, а весело, веселить, веселье – селить, утверждать знания!

Оказывается, они приносили радость, а нам говорят – печаль…

Впервые отзвук слова веды я услышал в детстве, и он, отзвук, был зловещим. А кто не слышал сказок про страшных ведьм и ведьмаков, наводящих ужас на неискушенное, однако же, пытливое ребячье сознание? Кто с боязливым содроганием потом не обходил стороной избушку какой-нибудь одинокой и не очень-то приветливой старушенции, о которой говорили, будто она – колдунья? Может наслать порчу, проклятье, болезни – в общем, сотворить мерзкое и непотребное дело?

Ведьма же и колдунья в сказках, впрочем, и в жизни тоже, считаются одним и тем же лицом, силами тьмы, чертовщины. Все ведьмы непременно колдуют, обращаясь к враждебным силам природы, напрямую общаются с самим дьяволом и действуют по его указке. Короче, ни единого проблеска чего-нибудь светлого и полезного – сплошной мрак, вред человеку и всему сущему на земле. Абсолютное воплощение зла! И ладно, нас сказками пугали, да странными бабками, и далее этого не шло; в «просвещенной» Европе ведьма стала чуть ли не самим дьяволом и главным объектом охоты инквизиции, возникло целое направление в юриспруденции! Даже особый кодекс приняли, называемый «Молот ведьм», по которому облаченные в мантии, серьезные, «образованные» судьи судили в основном женщин, причем, чаще самых красивых, и тысячами отправляли на костер. Или в реку с камнем на шее…

Красота в Европе считалась, от дьявола, у нас она – от бога, и не зря красавицы по утрам умывались росой…

Поистине охватывает ужас от подобных судилищ, и возникает риторический вопрос: соразмерно ли зло, творимое несчастными (да и творимое ли?), с тем злом, которое официально проводилось католической церковью? Что это, происки и искушение сатаны или массовое умопомрачение?

Но в детстве мы ничего этого не знали, и детские страхи перед ведьмами впоследствии выпадали, вместе с молочными зубами, а на смену им приходило жгучее любопытство. В последствии и вовсе разочарование, когда мы узнавали, что на свете нет ни леших, ни русалок, ни деда Мороза, ни прочей «нечисти», а сказочные колдуны и ведьмы – всего лишь фольклор.

Примерно в то же время, избавляясь от пугающего образа, мы наконец-то открывали внутреннюю суть слова ведьма и совершали невероятное открытие: оказывается в его основе скрыто слово ведать, то есть знать! А ведьма – имеющая, получившая знания. И в тот час на месте разрушенного страшного образа возникал совсем иной, притягивающий воображение: одинокая, замкнутая в себе, старуха-то была знающая! Причем, знающая что-то такое, что не доступно всем прочим. Но она уже умерла, и возникало стойкое чувство обманутости: запугивая, нас лишили недоступных теперь, запрещенных знаний, лишили некого мира, существующего будто бы параллельно с нашим.

Так мы впервые сталкиваемся с подменой понятий, организованной через фольклор, в конечном счете, через язык, ибо верим в злых колдуний и волшебников, пока не умеем ни читать, ни писать. Вы заметили, все сказки о добром и вечном всегда насыщены узнаваемым древним духом, космогонием, величественностью образов: тут тебе и герои-богатыри, и благородные силы природы, всегда приходящие им на помощь, при условии, что Иван-царевич ведет себя достойно и сообразно с ведической ( в данном случае, природной) культурой. Если ты гармонично вписываешься в окружающую среду, то серый волк на спине прокатит, медведь дуб вырвет, на коем ларец с кощеевой смертью, баба Яга клубок даст, указующий путь, старик-волшебник - шапку-невидимку. Даже змей-горыныч не страшный, хотя норовит непременно сразиться с героем, дабы испытать его отвагу и мужество. А то же какой герой – герой, коль не померялся силой и не показал молодецкую удаль? У змея головы-то снова отрастут, ибо душа земли неистребима, и следующему удальцу будет с кем потягаться.

И напротив, в «страшных» сказках ощущается их придуманность, наблюдается контрастно резкое противопоставление добра и зла, природа там враждебна герою, звери кровожадны и мстительны, не говоря уж о бабках ежках, ведьмах и колдуньях. В общем, все черное и белое: теза и антитеза выдает даже не искусственность таких сказок, а скорее младосущность идеологии, в условиях которых они сочинялись. А дело в том, что привнесенные извне, идеологии, точнее, их апологеты, не умеют и не способны складывать сказки; они, апологеты, стремятся проповедовать и утверждать исключительно свои воззрения, поэтому спешат утвердиться и непременно используют простые и дешевые приемы - очерняют все, что существовало до них.

Так ведунья, то есть, женщина, обладающая ведическими знаниями, обратилась в злую ведьму, а современное творчество сказочника Гайдара с его мальчишом-кибальчишом и буржуинами, оцените сами. И это символично, что собственный внук, для коего и была написана сказка, развенчал не только ее, но и саму идейную жизнь деда. Сейчас демократические творцы слагают новые, про страшного монстра Сталина, про жутких людоедов из НКВД, коим противостоит хилый интеллигентный герой чеховского порядка, про лагеря, про войну, где ходят в атаку с лопатными черешками. В общем, в очередной раз нагоняют страху, но, кажется, более всего сами боятся своего творчества и созданных образов.

Вопреки марксистко-ленинской философии, все еще довлеющей над умами «сказочников», мир развивается от великого к малому, от сложного к простому. Теперь уже и вовсе к примитивному, даже воображения не потребуется: включил на компьютере «стрелялку» и стреляй…

То есть, он не развивается вовсе; он разваливается под натиском цифровой упрощенности.

Ведовство – знание, ведать – знать: вот в чем суть глобальной обструкции этого слова. И не на него, и не на ведьм - на знания ни на минуту не прекращалась охота! Если в средние века все это происходило грубо, откровенно, через суды инквизиции, костры и проруби, то сейчас все перешло в более утонченные, иногда даже изысканные формы. Мы догадываемся, что нас пытаются оболванить, превратить в управляемых и послушных, иногда нутром чуем, как лишают воли, лишая знаний. Но словесно не в состоянии аргументированно доказать, кто стремится, где и как. А на самом деле все происходит известным уже образом – посредством слова, только уже от обратного, вывернув представление наизнанку.

Как вы полагаете, отчего вдруг Россию захлестнул бум тотального «ведьмачества»? Тысячи колдуний, ясновидящих, шаманов белых и черных, предсказателей, лекарей, в общем, чума кашпировская наводнила страну. Самая распоследняя газетенка и та с приворотно-отворотными объявлениями, а христианская (да и не только) церковь тем часом словно и не замечает столь ярой бесовщины. Даже записные телепоп-звезды, то есть, медийные священники помалкивают. Потому что тоже знают работы Ленина: чтобы развенчать идею противника, надо довести ее до абсурда. Ведьм сейчас никто уже не боится, даже малые дети, и все потому, что видали в телевизоре кое-что пострашнее, да нескончаемый шабаш этот и не ведьминский – в лучшем случае, вороватый разгул мелких мошенников.

И так, борьба со знанием продолжается, принимая изощренные формы, однако же преследуя старую, хорошо знакомую конечную цель – подавить божественную природу в человеке. Дар Речи сохранил результаты этой борьбы с тех еще седых, бесписьменных времен, когда развернулась схватка с крамолием, и надо отметить, приемы адептов новой идеологии оказались узнаваемые – все уже было в этом мире.

Рать первоначально, это не войско, а собрание даждьбожьих внуков для общей молитвы солнцу, разумеется, под открытым небом и в момент зенита. Светилу молвили кличи-гимны, а чтобы иметь представление, как и какие, вспомните фольклорные весенние заклички, хотя это лишь атавизмы, фрагменты, к счастью, сохраненные языком. Соратник – тот, кто молится в одной рати.

В русском нет случайных созвучий, особенно в гнезде ритуальных слов. Срать означает буквально молиться Ра, но какой мерзостный смысл получило это слово? Впрочем, как от жреца, несущего огненное, светлое, священное слово, произошло жрать, то есть, жадно, безобразно поедать пищу. Иные ритуальные слова – срам, дурак, ссора даже разъяснений не требуют, но доказывают, насколько острой и беспощадной была борьба между идеологиями, память о которой сохранил язык.

Все равно, что от вед – ведьма…

О том, как и почему все это произошло, мы еще поговорим на отдельном уроке, посвященном происхождению воинского духа.

А пока о войне с просвещением, или точнее, с просвящением. В разные периоды она ограничивалась рамками одного государства или определенного региона, но порой превращалась в глобальную, общемировую.

И преуспел в ней полководец всех времен и народов Александр Македонский. Историки относят Македонию того периода к Греции, но сами греки никогда не признавали ее своей, считали варварской, и свидетельство тому, что отца, Филиппа, долгое время не допускали к Олимпийским играм, участвовать в которых мог только эллин: в общем, геноцид по национальному и культурному признаку. Но сам царь Македонии, чувствуя себя неполноценным, всячески стремился достичь заветного – признания его эллином, и насаждал своей стране греческую культуру, обычаи и язык. Короче все, вплоть до модной в Элладе, педарастии, которой увлекался сам и в результате погиб от руки любовника.

Точно так же, как недавно многие славянские государства (и мы в том числе), норовили заговорить по-немецки, закартавить по-французски (особенно элита), а нынче жаждут в НАТО, Единую Европу: в общем, приобщиться к «общечеловеческим ценностям». Все уже было в этом мире, даже США времен Александра Македонского. Правда, назывались они тогда республиканским Римом, но уже готовились стать сверхдержавой. Эллада же переживала кризис, приходила в упадок из-за бесконечных междуусобиц и Филипп на этом сыграл: его призывали мирить полисы с помощью огня и меча, и царь тут порезвился вволю. Македония превратилась в миротворческие силы Греции и варвара-царя наконец-то допустили на Олимпиаду. Тогда она проходила не в Сочи, а в священной Олимпии, и после победы в заезде на колесницах, Филипп получил звание олимпионика и на радостях дал своей жене Миртале имя – Олимпиада. Мать Александра была племянницей царя Эпира – тоже варварского тогда, славянского государства, и слыла ведьмой, то есть, ведуньей истинной, украшалась живыми змеями, колдовала, волховала, и от волхва же зачала наследника престола. Филипп долго не признавал его за сына, однако жизнь заставила, и тогда стареющий царь, уже тиран Эллады, имеющий два голоса в амфиктеонии Дельфийского союза, стал воспитывать из Александра настоящего эллина, наняв ему в учителя малоизвестного тогда ученика Платона по имени Аристотель…

Воспетый чуть ли не всеми народами, десятилетний поход Александра на Восток и его «песочная», гигантская по тем временам, империя при близком рассмотрении кажется авантюрой, затеей молодого безумца, сподобившегося покорить весь мир. По свидетельству современников, великий полководец был воспитан, всесторонне образован, и не только учеными-греками – своим кровным отцом-волхвом, ведуньей-матерью и по всем канонам не мог пуститься в безрассудный поход, как отмечают авторы апокрифов, дабы отомстить за обиды Эллады, нанесенные персами. Индийские раджи и махараджи никогда не обижали Грецию, однако он и на них пошел войной. Как и следовало ожидать, империя Македонского рухнула сразу же после его гибели, случившейся будто бы от лихорадки. Спустя год умер и учитель философии, отчего-то бежавший из Афин, из своей успешной Ликейской школы, на остров Эвбей…

Как не укладывай официальную, «исторически» сложившуюся версию, в ложе простой логики, как не пеленай сего младенца, не укладывается и не пеленается, торчат руки, ноги и… уши. Судя по описанию состава армии Дария, индийцы и скифы приграничных районов Бактрии и Согдианы отлично знали истинную цель похода, поэтому на битву еще при Иссе (а это ворота в Азию, путь в Египет – даль несусветная), заранее прислали в помощь персам свои войска, хотя в союзе с ними не состояли. Пестрые всадники на слонах и закованные в чешуйчатую броню (кстати, вместе с лошадьми) скифы-массагеты встречали завоевателя на дальних подступах.

Весь восточный мир вздрогнул и переполошился, но от чего?

Ответ следует искать в обстоятельствах, связанных с фигурой учителя полководца, Аристотеля.

Подобных философов в то время было пруд пруди, чуть ли не в каждом крупном полисе своя школа, и продвинуться, а более продвинуть свои сочинения было практически невозможно. Каждый сам по себе что-то значил бы, окажись он единственным на свете, но жесткая конкуренция перекрывала все пути и можно было навсегда затеряться среди толпы поп-звезд, как сейчас, тем паче, при живой примадонне в шоу-бизнесе.

Самое главное, в то время существовали древнейшие письменные святыни, из коих можно было почерпнуть весь круг знаний, от философских до космогонических. У персов это была Авеста, у индийцев – Веды, у праславян – Веста. Их «открытые» части текстов в списках свободно ходили по древнему миру, и оттуда, как из неиссякаемых источников, греческие ученые и черпали свои философские мысли, создавая собственные школы. О том, что существуют священные, «закрытые» списки, в Элладе прекрасно знали, однако варвары Востока умели хранить свои тайны. И добыть их мог только просвященный варвар, поэтому выбор и пал на Александра. Поход в Египет и признание его сыном Амона-Ра (и еще фараоном) – тому свидетельство.

Разгромив Дария и его невольных союзников, Македонский прямым ходом идет в сакральную столицу персов, Парсу (Персеполь), добывает там священный список Авесты и предает его огню. С участием загадочной гетеры Таис Афинской. И только тогда становится понятной настоящая цель знаменитого похода. После захвата Бактрии и Согдианы Александр строит еще одну Александрию и упорно стремиться пробиться из Средней Азии на север, к Синему (Аральскому) морю. Где-то в глубине скифо-сарматских земель, на Южном Урале, в стране городов, откуда вышли и в последствии поселились на Пелопоннесе будущие греки, хранилась Веста, священная книга знаний. Но встречает невероятное сопротивление саков и массагетов, коих Геродот относил к скифским народам.

И там же встречает свою первую и последнюю любовь – Роксану, которая и остудила ярый пыл полководца. Однако обязательство перед учителем толкает его в Индию, где хранится третья святыня – Веды. По пути на Инд, и особенно после переправы через Гидасп (приток Инда), приходит полное отрезвление. К тому же, армия, не знающая истинной цели похода, ропщет, военачальники устраивают заговоры, в тылу то и дело вспыхивают восстания. Все попытки соединить культуры Запада и Востока терпят поражения, несмотря на грандиозные массовые свадьбы македонцев с персиянками и скифянками.

На Востоке за ним уже летит слава Герострата…

Образумленный варвар-изгой поворачивает на Запад, даже не вступив в битву с индийским махараджей Пором, который был такого роста, что на слоне сидел, будто на лошади верхом. Теперь настал черед содрогнуться Элладе, да и Риму тоже, ибо Александр вышел из повиновения учителя своего. Разумеется, никто бы не позволил ему вернуться в Македонию, и тем паче, в Грецию. Он и вернулся, по преданию, в бочке с медом, который использовали для временного бальзамирования мертвых тел.

И еще одна любопытная деталь: великий полководец скончался в возрасте тридцати трех лет и поход его был воспет с евангелистским размахом. Древний мир уже стоял на пути к единобожию, уже существовал митраизм, ставший модным среди элиты набирающего силу Рима и в последствии легший в основу христианства. И хотя Александр не исполнил до конца своей миссии, и учитель его не оправдал надежд Эллады – лишить варваров святынь (за что и поплатился жизнью), однако все же расчистил себе путь. Учение Аристотеля заметно выделилось из когорты иных философов, его трудами мы пользуемся до сих пор, ибо они стали мировоззренческой предтечей новой, христианской эпохи.

Священный список Авесты погиб безвозвратно, а те общеизвестные тексты ее, что и ныне имеют хождение, в большей части восстановленные, записанные в «аллювиальном», переотложенном виде. Вместе со своей святыней Персия утратила знания и былой дух Властелина Востока, под влиянием арабов приняла ислам, однако сохранила память о былом величии, и она, эта память, позволяет ныне Ирану держать удар. Великий изгой Александр Македонский отказался от замыслов уничтожить индийские Веды, и это за него настойчиво делали другие, в том числе, англичане в период колонизации. Но судя по тому, как Индия все еще добывает главный ресурс – энергию времени и существует благодаря этому потенциалу, она сумела сохранить священные ведические знания. Поэтому с такой легкостью, безобидностью и веротерпимостью относится к любым конфессиям, не взирая на давление внешней среды.

Ну, а что касается праславянской Весты, священного источника знаний, припав к коему, можно обрести вещество – истину, то могу сказать, что она в целости и сохранности. И вы в этом можете убедиться сами, если откроете для себя Дар Речи…

http://stragasevera.livejournal.com/tag/СОРОК УРОКОВ РУССКОГО

7

Лаодика написал(а):

Самое главное, в то время существовали древнейшие письменные святыни, из коих можно было почерпнуть весь круг знаний, от философских до космогонических. У персов это была Авеста, у индийцев – Веды, у праславян – Веста. Их «открытые» части текстов в списках свободно ходили по древнему миру, и оттуда, как из неиссякаемых источников, греческие ученые и черпали свои философские мысли, создавая собственные школы. О том, что существуют священные, «закрытые» списки, в Элладе прекрасно знали, однако варвары Востока умели хранить свои тайны. И добыть их мог только просвященный варвар, поэтому выбор и пал на Александра. Поход в Египет и признание его сыном Амона-Ра (и еще фараоном) – тому свидетельство.


Алексеев С. называет А.Македонского варваром, изгоем...и характеризует его негативно, но есть другая точка зрения, например,в книге  Густаво Брондино " Гиперборейский взгляд на историю"
Эта книга излагает взгляд человека, непосредственно осознавшего метафизический смысл жизни. За политическими интригами, коварными и беспринципными, за кровавыми деяниями, автор книги наблюдает борьбу двух непримиримых сил – материи и нерукотворного Духа. Густаво Брондино находится над человеческими понятиями о добре и зле, он абстрагируется от всего излишне эмоционального и машинно-логического, и поэтому его взору открывается то, что скрыто за динамикой танцев Богини Майи – реальный смысл исторических событий и явлений... Эта книга не ответит на все вопросы, не научит, как создать своё собственное счастье, не даст власть над миром и людьми. Книга даёт право выбора – принимать знание или отвергать его. Изложенное в книге способно полностью разрушить привычное представление о мироздании, о смысле жизни, о природе вещей...

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Славное побоище царя Александра Македонского с Пором, царем индийским. 1-я половина XVIII в. Лубок из собрания М.П. Погодина.

7. АФИНЯНЕ И СПАРТАНЦЫ В ГРЕЦИИ В ПАРАДИГМЕ ГИПЕРБОРЕЙСКОГО ЗНАНИЯ. РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ ИЛИ ORBIS TERRARUM[8], АБСОЛЮТНАЯ ВЛАДЕЛИЦА ОСНОВ И СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЗНАНИЙ ГИПЕРБОРЕИ В МИРЕ.

Возврaщaясь к изучению исторических фaктов, мы должны нaпомнить, что мы проводили aнaлиз когнитивных рaзличий между пробуждённым и сознaтельным человеком и человеком непробуждённым или спящим; чтобы продолжить изучение Гиперборейской истории, вaжно УВИДЕТЬ И ПОНЯТЬ посредством иных возможностей, кaкое психическое воздействие окaзывaли гиперборейские символы, влияя нa исторические процессы, в ходе которых рaзвивaлaсь aристокрaтическaя воинскaя этикa.

Подобно грекaм, мы должны признaть Гиперборейское Совершенство Афин, и в особенности городa-госудaрствa СПАРТЫ. Именно в этих городaх были отмечены первые проявления целостной психосоциaльной, aбсолютно гиперборейской стрaтегии. В АФИНАХ ПРОЦВЕТАЛИ ФИЛОСОФИЯ И АРХИТЕКТУРА, В СПАРТЕ - ВОЙНА.

Семейное и госудaрственное обрaзовaние излaгaло этические принципы для спaртaнской воинской aристокрaтии, воспитaние детей и грaждaн Спaрты было основaно нa концепции духовного освобождения в модусе философской мистико-мифологической системы, в которой реaльность Духa преоблaдaлa нaд реaльностью Мaтерии.

Эти культурные понятия воспитывaли в спaртaнце силу Духa, которaя проявлялaсь во всех его действиях, обеспечивaя этическую духовную позицию, что позволялa ему стaть лучшим из лучших, подготaвливaясь к тому, чтобы, подобно ВОИНУ, преодолевaть любые испытaния.

Именно поэтому Спaртa былa мужской цивилизaцией воинов, госудaрственный строй которой превaлировaл нaд всеми городaми греческого мирa, остaвляя лишь отпечaток гиперборейской культуры, потому что в древней Спaрте учили Духу Жертвенности, Непоколебимой Воле и Чувству Любви к Крови, Родине, Вечности Зa Пределaми Жизни и Смерти.

В Афинaх, Гиперборейский Дух нaшёл своё нaивысшее вырaжение в тaких искусствaх, кaк АРХИТЕКТУРА и ФИЛОСОФИЯ, в Спaрте - в ЧИСТОМ ИСКУССТВЕ ВОЙНЫ.

Этот пример спaртaнцев продолжился, a в дaльнейшем и получил рaзвитие в типично воинском обществе, предводителем которого был один из Духов Гипербореи, сын Аполлонa, нaзвaнный Алексaндром Великим. Люциферический Цaрь Мaкедонский ПРЕДСТАВИЛ МАКСИМАЛЬНОЕ ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ВЫРАЖЕНИЕ ГИПЕРБОРЕЙСКОЙ СТРАТЕГИИ. Алексaндрa вывели нa войну мифологические Боги Гипербореи. Нa войну с врaгом духa, культурой Синaрхии: персидской, египетской, еврейской, финикийской. Вот почему Алексaндр шел нa Восток, и первые победы его были нaд персaми, которые в тот исторический момент нaходились в подчинении у Синaрхии. Зaтем - победы нaд евреями, финикийцaми с Тибрa и Сидонa; он взял Иерусaлим и зaвершил свою кaмпaнию подчинением Египтa. Потом он пошёл в Индию, пытaясь проникнуть, и дaлее рaзрушить врaжеский бaстион передового флaнгa - цaрство брaхмaнов. Алексaндр хотел попaсть в сaмый глaвный город Мировой Синaрхии - Шaмбaлу, что нaходился в Тибете, но из-зa предaтельствa некоторых генерaлов, плaн был сорвaн. Но сaмa кaмпaния Алексaндрa нaвсегдa остaлaсь в пaмяти, в истории, и другие ВОИНЫ в будущем попытaются повторить эпопею этого Гиперборейского ВОИНА.

Необходимо понять, что древний мир знaл гиперборейский греческий Дух. Все культуры Месопотaмии, от египтян до персов, нaходились в рaмкaх Стрaтегии Богов Синaрхии, предстaвителей Демиургa, Единого, создaтеля и хрaнителя этих культур. В одном из следующих рaзделов мы подробно проaнaлизируем мифологию, философию и религию этих нaродов; здесь скaжем лишь о том, что все они принaдлежaли Богaм Демиургa, Единого и соответствовaли стрaтегии Богов мaтериaльного порядкa. В этот исторический период их миссия состоялa в создaнии реaльности бытия, религиозно-философских принципов, соглaсно которым человек есть божье творение, и нaходится в подчинении у Богов-создaтелей мaтериaльного порядкa.

Тaким обрaзом, мифология, философия и религия этих культур отличaлись aбсолютной предaнностью и безусловной любовью к своим Богaм: АМОНУ-РА, ИЕГОВЕ, ВААЛУ, ОРМУЗДУ, БРАХМЕ и т. д. Все они были лишь проекциями и эмaнaциями Единого, Адонaи Архотa, Демиургa, создaтеля мaтерии, имитaторa вечных миров.

Нaдо отметить, что все эти мифы были нaвязaны религией, где ЖРЕЧЕСКОЕ, ДУХОВНОЕ, ТЕОКРАТИЧЕСКОЕ БЫЛО МОНАШЕСКИМ и, несомненно, всё то, что было АРИСТОКРАТИЧЕСКИМ И ВОИНСКИМ в этих культурaх, подчинялось воле ДУХОВЕНСТВА И ВЕРХОВНОГО ЖРЕЦА.

АЛЕКСАНДР воевaл и нaносил порaжения нaродaм, которые зaключили КУЛЬТУРНЫЙ ДУХОВНЫЙ ДОГОВОР с Богaми мaтерии, и взыскaл с персов зa осaду Греции, когдa КСЕРКС рaзрушил АФИНЫ, АКРОПОЛЬ, высший гиперборейский aрхитектурный символ. Он не простил это преступление и нaкaзaл не только ПЕРСОВ, но и пошёл нa древний мaгический ЦЕНТР Мировой Синaрхии, ИУДЕЮ И ЕГИПЕТ, РАЗРУШАЯ ИХ ХРАМЫ И ГОРОДА.

Алексaндр не только подчинил семитические культуры Синaрхии, он создaл воинскую aристокрaтическую модель культуры, нaзвaнную ЭЛЛИНИЗМ; он должен был стaть нaчaлом сaмой великой гиперборейской стрaтегии Древнего мирa: ИМПЕРСКОГО РИМА, Imperium Romanum.

Эллинизм зaщищaл и обнaродовaл языческую этику и политеистическую культуру Греции от монотеизмa, который призывaл к репрессивной культуре и морaлизму. Интересно прояснить этот исторический момент, поскольку с возникновением монотеистических религий нaчинaет рaзрушaться Культурный Договор, где христиaнскaя морaль и доктринaльное учение нaчaли с того, что проникли в Зaпaдный Мир, a зaкончили подчинением европейской культуре. Однaко действия Имперского Римa и его имперaторов, особенно ЦЕЗАРЯ ОКТАВИАНА АВГУСТА, первого Римского имперaторa и ПОНТИФИКА ГИПЕРБОРЕИ, ПОЗВОЛИЛИ ЗАЩИТИТЬ КЛАССИЧЕСКУЮ ГРЕКО-РИМСКУЮ КУЛЬТУРУ, ЯРЧЕ ПРОЯВИВ ГИПЕРБОРЕЙСКУЮ СТРАТЕГИЮ ОСВОБОЖДЕНИЯ, КОТОРАЯ СПОСОБСТВОВАЛА ПРИВНЕСЕНИЮ В ЕВРОПЕЙСКИЙ МИР ГИПЕРБОРЕЙСКОГО ДУХА.

Римскaя Империя держaлa стрaтегическую оппозицию в течение 500 лет; тогдa смысл жизни был основaн нa определенных философских, мистических прaвилaх, где честь, мужество и героизм были высшими ценностями. Рим и его культурa знaчительно зaдержaли религиозные монотеистические стрaтегии Синaрхии, не смотря нa то, что история думaет о римлянaх, нaделив их злом и остaвив в стороне великолепный вклaд, внесенный римской культурой в мировую культуру.

Рим и его сaмый трaнсцендентный символ, ИМПЕРСКИЙ ОРЁЛ СО ЗМЕЕЙ В КОГТЯХ, предстaвлял ОСВОБОЖДЕНИЕ ДУХА ОТ ЦЕПЕЙ ДУШИ.

http://www.rulit.net/books/giperborejsk … 78-18.html

8

Лаодика написал(а):

В общинах сармат царил матриархат.


Обраазуем  веточку, посвящённую теме женского следа в истории...

Они делали историю

Амазонки

Пентесилея

[align=center]Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Амазонки. Барельеф из Бассэ (Храм Аполлона Эпикурейского). Ок. 450-420 до н.э.[/align]

Историк Геродот считал сарматов потомками амазонок и скифов; сарматки соблюдали многие традиции амазонок: "охотились верхом наравне с мужьями, участвовали в военных действиях и носили мужскую одежду". Более того, согласно Геродоту, "девушка не может выйти замуж, пока не убьет мужчину в сражении". Геродот описывает группу амазонок, плывущих по Меотийскому озеру (Азовскому морю) в район скалистой части Скифии (Нынешний Юго-восточный берег Крыма). После изучения скифского языка они согласились выйти замуж за скифов, с условием, что они не должны будут следовать обычаям скифских женщин. Согласно Геродоту, эти племена откочевали на северо-восток, обосновались в низовьях Танаиса (Дона) и стали предками Сарматов. Геродот утверждает, что сарматы сражались вместе со скифами против персов Дария Великого в 5м веке до н.э.

В древнегреческом языке слово амазонка произошло от "мазос" (безгрудая), что связано с их традицией отрезать девочкам правую грудь, чтобы можно было без помех натягивать лук и метать копье. В классическом искусстве, однако, это почти не отражено - там амазонки представлены с обеими грудями, хотя правая - иногда прикрыта.

Гиппократ описывал амазонок следующим образом: "У них нет правой груди... в раннем возрасте их матери ампутируют девочкам правую грудь, используя специальный инструмент из закаленной меди. Таким образом предотвращался рост молочной железы, а за счет этого наращивалась сила плеча и правой руки." Некоторые специалисты полагают, что во времена амазонок люди не могли обладать необходимыми знаниями, чтобы воспрепятствовать неизбежному массивному кровотечению и опасной инфекции. Другие считают, что после ампутации осуществлалось прижигание специальными инструментами.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Амазонки и греки. Саркофаг

Амазонки упоминаются и в древнеримской историографии. Цезарь вспоминал о завоеваниях большогй области Малой Азии, осуществленных Семирамидой и амазонками. Успешные набеги амазонок на Лисию и Силисию противопоставляются эффективному сопротивлению лидийской конницы против завоевательниц (Страбон, Николай Дамасенский). Гнай Помпей Трогий уделял особое внимание амазонкам. Он рассказал об истории амазонок, происходивших от двух скифских принцев - Илиноса и Сколопетоса. Диодор рассказывает о победе Геракла над амазонками при Темисире. Филострат считал, что амазонки обитали в таврических горах. Аммианий считал, что они жили к востоку от Танаиса (Дона) и соседствовали с Аланами. Прокопий помещаетамазонок на Кавказ. Хотя Страбон и высказывал скептицизм по поводу их историографии, амазонки фигурируют в исторических трудах до поздне-античного периода. Несколько Отцов Церкви говорили об амазонках как о реальном народе. Солиний ссылается на свидетельства Плиния. Согласно Аврелию, пленная готская женщина идентифицировалась как амазонка (Клавдиан). Весьма авторитетными были летописи Юстиния, они были использованы Оросием, труды которого читались в средневековой Европе. Средневековые авторы продолжали традицию помещать амазонок на севере - Адам из Бремена поместил их на берега Балтийского моря, а Поауль Диакон - в центр Германии.

В некоторых версиях древнегреческого мифа об амазонках утверждалось, что мужчинам запрещалось появляться в Стране амазонок, но раз в году амазонки посещали соседнее племя Гаргаренов, чтобы зачать от них детей. Мальчиков, родившихся в результате этих визитов, либо убивали, либо отправляли к их отцам, либо оставляли одних в чистом поле. Девочки оставались со своими матерями, их обучали сельскому хозяйству, охоте и военному ремеслу.

В Илиаде амазонок называют "антианейрами" ("дерущиеся как мужчины"). Амазонки также фигурируют в сказаниях о походе аргонавтов, которые на пути в Колхиду попали на остров Лемнос, населенный одними женщинами и управляемый царицей Хипсипилой. Аргонавты назвали этот остров "Гинайкократумен", что по-древнегречески приблизительно означало "царство женщин". Аполлоний Родосский писал, что амазонки приветствовали Ясона и его товарищей в боевом строю - "Хипсипила была в доспехах своего отца и управляла фургоном, ужасая своим обаянием". Молодая царица рассказала им, что перед этим Лемнос был завоеван, и все мужчины были убиты. Амазонки пригласили аргонавтов заменить погибших мужей. Аргонавты не поняли однако, что мужчины были убиты своими же соплеменницами. К счастью, аргонавты не задержались на острове долго. Пока они плыли через Геллеспонт к Эвксинтскому Понту, им советовали "поскорей уносить ноги, поскольку Темисира со своими амазонками вооружилась и готова к войне".

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Хартман Шедель. Нюрембергские хроники, 1493г.

Амазонки появляются в искусстве архаичного периода Древней Греции как иллюстрации нескольких легенд. Они завоевывают Лисию, но терпят поражение от богатыря Беллефона, которого послал Иобат, король Лисии, надеясь, что тот погибнет в борьбе с амазонками (Илиада). В Илиаде упоминается надгробие царицы Мирины, в поздней интерпретации - царицы амазонок, приведшей их к покорению Ливии и большей части страны Горгонов.

Амазонки напали на фригийцев, которые состояли в союзе с Приамом, тогда еще юным царем Трои (Илиада). Спустя годы, во время Троянской Войны, амазонки приняли его сторону и сражались против греков под предводительством царицы Пентесилеи (Кринт Смирнский), которую убил Ахилл. Об этом сказано в Эфиопиде, устной эпической поэме, продолжении Илиады (также Квинт Смирнский, Юстин, Виргилий. Энеида).

Одним из подвигов, который должен был совершить Геракл по заданию Эврисфея, заключался в том, чтобы захватить пояс амазонской царицы Ипполиты (Аполлодор). Геракла сопровождал его друг Тезей, который захватил в плен сестру Ипполиты Антиопу. Этот инцидент привел к вторжению амазонок в Аттику; в этой войне Антиопа сражалась на стороне Тезея и пала в бою. По другой версии, Тезей женился на Ипполите, по третьей - на Антиопе (и она не погибла). Битва афинян с амазонками составила целый жанр античного искусства - амазономахию, характерным примером которого являются барельефы в афинском Парфеноне и скульптуры в мавзолее Галикарнасса.

По одному из многочисленный преданий, амазонки предприняли поход на остров "Змеиный (Леуке) в устье Дуная, где Фетида погребла пепел Ахиллеса. Дух павшего героя появился перед воительницами и настолько напугал лошадей, что те стали скидывать и топтать наездниц и заставили амазонок ретироваться. Древнеримский военачальник Помпей утверждал, что видел амазонок в армии царя Митридата.

Об амазонках много говорили во времена Александра Македонского, некоторые биографы великого царя упоминали царицу амазонок Фалестру, посетившую его и ставшая для него второй матерью. Тем не менее, другие биографы Александра оспаривали это, включая уважаемого Плутарха. В своих Жизнеописаниях он упоминает тот момент, когда один из военачальников Александра, Онецикрит, рассказывает об этом эпизоде с амазонками царю Фракии Лисимаху. Царь, участвовавший в том походе, улыбнулся и спросил: "А где я был тогда?"

Древнеримский писатель Виргилий в Энеиде описывал женщину-воительницу древнеитальянского народа Вольски, скопировав ее образ из легенд об амазонках.

Согласно античным источникам (Плутарх, Павсоний), надгробия амазонок встречались во всех частях древнегреческого мира. Их находили в Негаре, Афинах, Хевроне, Халциде, Фесалле, Киноскефалах и в других местах. Статуи амазонок также встречались по всей Греции. Плутарх рассказывает. что и в Афинах и в Халкиде находились мавзолеи амазонок, или амазонеумы, что свидетельствовало о культе амазонок. В Афинах существовал ежегодный ритуал жертвоприношений амазонкам. Раз в год девушки Эфеса принимали участие в ритуальных танцах с оружием и щитами, изображая перед деревянной статуей Артемиды Ипполиту и ее амазонок.

Амазонки являлись предметом дискуссий авторов Эпохи Возрождения, а с началом великих открытий их "помещали" все дальше и дальше. В 1542 году Франсиско де Ореллана приплыл к устью большой южноамериканской реки и назвал ее Амазонкой, поскольку встретил на берегах реки воинственных женщин. Амазонки также упоминаются в записках Христофора Колумба и Уолтера Рэли

Авторы Средневековья и Эпохи Возрождения считали, что амазонки изобретели боевой топор. Это по-видимому отностится к "сагарису", оружию напоминающему топор, который греческие авторы приписывали амазонкам и скифам (об этом свидетельствуют раскопки Александровского кургана в Болгарии). Эксперт по боевым искусствам 16 века, Паулюс Гектор Маир, удивлялся тому, что такое "мужское оружие" было изобретено "племенем женщин", но признавал авторитет современного ему историка Иоганна Авентина, утверждавшего это.

В поэме Ариосто "Неистовый Роланд» (Orlando furioso) повествуется о стране воительниц, управляемой царицей Оронтеей. В этой эпической поэме описано царство женщин, напоминающее греческий миф об амазонках - женщины, брошенные неверными мужьями, сплотились в народ, у которого популяция мужчин была сведена к минимуму, чтобы воспрепятствовать им снова захватить власть.

Классицист Питер Вэлкот разоблачал мифологию об амазонках следующим образом: "Где бы греки не размещали амазонок - где-то на Черном море, на дальнем севере, в Ливии, это всегда было за пределами цивилизованного мира,. Амазонки существуют только вне нормального человеческого опыта".

Тем не менее, в научной среде существуют различные гипотезы по поводу упоминаний амазонок в греческой историографии - большинство из них очевидно указывают на Скифию и Сарматию, что согласуется со свидетельствами Геродота, но некоторые авторы предпочитают сопоставлять культуру амазонок с культурой Малой Азии и даже Крита.

Предположения о том, что сказания об амазонках содержат зерно исторической правды, получили подкрепление после недавних археологических раскопок, свидетельствующих о том, что некоторые сарматские женщины принимали участие в битвах. Эти находки привели некоторых ученых к предположению, что мифы об амазонках возникли на основе реальных женщин-воительниц, хотя этот взгляд все еще не находит поддержки большинства ученых классической школы.

Сарматские женщины играли активную роль в военных действиях и в социальной жизни. Во время недавних раскопок сарматского кургана обнаружена братская могила воинов, четверть из которых - женщины, похороненные как и мужчины с их луками. Эти и другие археологические раскопки определенно говорят в пользу существования в древности женщин-воительниц. Одним из доказательств существования женщин-воительниц у древних скифов, является изображение воительницы в скифском костюме на аттической вазе датированной 420 годом до н.э. Российский археолог Вера Ковалевская указывала на тот факт, что пока скифские мужчины уходили на войну, женщины-кочевницы должны были уметь защитить себя, свои семьи, скот и пастбища. Например, в период длительного двадцативосьмилетнего дальнего похода скифов в глубь Азии, когда они добились господства над обширными ее частями, большинство скифских мужчин отсутствовало. В течение этого времени женщины не только должны были защищать себя, но также и производить потомство. Эти обстоятельства и могли породить идею амазонок - сочетаться раз в год с мужчинами соседнего племени. Это могло быть фактической основой выводов Геродота. Ученые классической школы обсуждали феномен амазонок и женщин-воительниц задолго до того как археологи обнаружили скифские захоронения дев-воительниц в алтайских курганах и аналогичные сарматские захоронения, подтверждающие сказания о амазонках-наездницах. В 1911 году, в энциклопедии «Британника» было написано следующее: "В то время как, по мнению некоторых, амазонки - чистая мифология, другие предполагают, что есть исторические обоснования их реального существования. Они поклонялись таким божествам как Арес (бог войны и главный бог фракийцев и других северных племен) и Артемида (азиатская модификация этого божества отличается от греческой богини). Существует предположение, что амазонки первоначально были прислужницами в храмах и священнослужительницами богинь, а удаление груди представляло собой акт самомученичества, аналогичный кастрации у мужчин - последователей фригийской богини Сибеллы. По другой теории, путешественники, побывавшие в дальних краях, сообщали о племенах, управляемых женщинами, у которых женщины выполняли роли, в привычных сообществах характерные для мужчин. В этих племенах наследование знатности принадлежало женщинам. Таким образом, считалось, что амазонки - это народ женщин-воительниц, который управляется исключительно женщинами. Согласно Й. Виртхайму (1907), амазонки принаделжат одному из греческих племен. Предполагают, что тот факт, что завоевание амазонок возглавляли два самых великих мифических героя греческой мифологии, Геракл и Тезей, свидетельствует о том, что греки считали побережья Малой Азии опасными для жителей далеких греческих колоний, а туземцев тех мест – дикими".

Еще в те времена, когда исследования минойской культуры Крита находились еще в зачаточном состоянии, Люис Ричард Фэрнелл и Джон Майрс рассмотрели возможные источники возникновения минойской цивилизации, указывая на аналогии между ней и цивилизацией амазонок. Согласно Майрсу, существуют доказательства того, что эти культуры очень похожи, и что амазонки могли возникнуть именно в минойской культуре.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Франц фрн Штюк Амазонка и кентавр. 1912г.

В произведениях античного искусства битвы греков с амазонками часто ассоциировались с битвами греков с кентаврами. Вера в существование и тех и других, присутствовавшая в древнегреческой литературе и искусстве, предполагала изображение амазонок и кентавров как существ не очень противоестественных. Основными занятиями амазонок были охота и война; вооружены они были луком и стрелами, копьями, боевыми топорами и щитами в форме полумесяца (пельта). В ранних изображениях амазонок они были облачены в шлемы и напоминали изображения богини войны Афины - модели женщины-воительницы. В более поздних изображениях амазонки стали походить на богиню охоты Артемиду, которая была облачена в тонкую материю и высоко подпоясана. В поздних изображениях на вазах, одежда амазонок напоминает персидскую - облегающие штаны и колпак (кидарис). Амазонки изображались как конными так и пешими. Амазонки на древнегреческих вазах носили одну серьгу. Битва Тезея с амазонками - излюбленный сюжет фресок в языческих храмах (например фрески в храме Аполлона в Бассаях, теперь хранящиеся в Британском музее), рисунков на вазах и барельефов на саркофагах. В афинском Парфеноне, этот сюжет запечатлен на щите статуи Афины, на настенных рисунках в Тезеуме и в «Стоа Пойкиле». В Древней Греции существовал некий стандарт на скульптурное изображение амазонки.

Сюжет амазонок, а в особенности, сюжет их борьбы с мужчинами (амазономахия) был чрезвычайно популярен - как в античном мире, так и в последующие века. Любопытно как различные художники изображают битвы греков с амазонками. На многочисленных греческих стелах, барельефах и сосудах очень конкретно показано как велась борьба - она показана как динамический, реальный, свирепый и смертельный бой. Никаких признаков послабления "слабому полу" не наблюдается, воины-мужчины не гнушались даже хватать врагинь за волосы. Живописцы поздних времен привнесли немало эротики в битвы амазонок. Например, на статическом батальном полотне Ансельма Фейербаха битва вообще больше похожа на оргию.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Achilles and Penthesileia. Attic amphora.

Самая знаменитая амазонка – это царица Пентесилея (Пенфесилея), которая участвовала в троянской войне. По преданию Пентесилея - дочь Ареса и Отреры, ее сестра Ипполита обладала магическим поясом, который стал обьектом одного из подвигов Геракла. Пентесилея была смелой и сильной воительницей, владевшей различными видами оружия. Несмотря на свое положение царицы-главнокомандующей, она мужественно сражалась плечом к плечу с другими амазонками. Согласно древнегреческой мифологии, Пентесилея и ее амазонки пришли на помощь осажденной Трое и ее царю Приаму после гибели Гектора. Согласно Квинту из Смирны, Пентесилея случайно убила копьем сестру Ипполиту во время охоты на оленей. Этот несчастный случай так опечалил Пентесилею, что она искала повода погибнуть, но как воительница-амазонка она могла это сделать с честью только в бою. Поэтому ее легко было убедить присоединиться к Троянской войне на стороне защитников Трои.

В бою она собственной рукой убила многих греков, в том числе Махаона и Подарка, но была убита могучим Ахиллом. Ахилл оплакивал безвременную смерть отважной красавицы, влюбившись в нее после смерти. Терсит выколол у умершей глаза копьем и обвинил Ахилла в страсти, противной природе человека. Ахилл обернулся и так ударил Терсита, что, выбив ему все зубы, убил его. Позднейшие сказания развили мотив эротических отношений Ахилла и Пентесилеи; от брака их, по преданию, произошел сын Каистр. Подвиги Пентесилеи под Троей были воспеты Арктином в эпической поэме "Эфиопида".

Вероятно, самое романтическое изложение истории Ахилла и Пентесилеи содержится в трагедии немецкого драматурга Генриха фон Клейста "Пентесилея". Возглавляя войско амазонок против греков, Пентесилея охотится за Ахиллом. По законам Амазонии, воительницы должны воевать с мужчинами, чтобы в бою захватывать пленников, обеспечивая продолжение рода амазонок. Но Пентесилея нарушает другой закон, запрещающий амазонкам выбирать в бою противников-мужчин. Ее кампания против греков проходит успешно, но она жаждет битвы с Ахиллом, так как ее мать предсказала ей, что она его захватит в плен. Игнорируя предупреждения верховной жрицы, Пентесилея продолжает преследовать Ахилла. Наконец ей удалось сразиться с ним, но в бою она терпит поражение и теряет сознание, ее подбирают амазонки и везут в свой лагерь, куда следует и Ахилл. Когда Пентесилея приходит в чувство и видит Ахилла, у нее возникает иллюзия, что пророчество ее матери сбылось. Ахилл, влюбившийся в Пентесилею, надеется похитить ее и вызывает ее на поединок, с тем, чтобы сдаться. Он выходит против нее без оружия. Пентесилея воспринимает его действия как насмешку и в слепой ярости натравливает на него псов, помогая им рвать тело Ахилла на части. Когда до нее доходит, что она натворила, Пентесилея бросает вызов традициям и богам, отбрасывает в сторону меч и с покаянием принимает смерть одними усилиями воли, надеясь воссоединиться с Ахиллом в Царстве мертвых…

Благодаря поэтическому гению древних греков, история полулегендарных амазонок и в частности, Пентесилеи, пережила века. История амазонок учит тому, что женщина не всегда слабое беззащитное существо, зависящее от мужчин, она может быть самостоятельной, сильной и смелой. Но трагическая гибель Пентесилеи от руки Ахилла предостерегает от стремления к примитивному равенству - в большинстве случаев женщина не должна и не способна побеждать мужчин в прямом противоборстве - это урок крайним феминисткам. В то же время, запоздалая любовь Ахилла к убитой им женщине, предостерегает мужчин от реальной борьбы с женщинами.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Penthesilea (1862), by Gabriel-Vital Dubray (1813-1892).
East facade of the Cour Carree in the Louvre palace, Paris.

Отредактировано Лаодика (2013-04-07 17:42:08)

9

О гаремах

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Jean-Leon Gerome. Harem Pool. 1876г.

У некоторых фараонов, говорят нам, было несколько или даже несколько сотен жен. Тут возникают противоречия, связанные с тем, что статус фараона давал мужчине брак именно с дочерью фараона, и рисковать этим статусом было опасно, раздражая жену связью с другими женщинами. Кроме того, полигамия в Кемете не приветствовалась. Женитьба могла иметь статусное значение – укрепления договора и обороноспособности, расширения границ, повышение статуса сторон брака. В то же время до сих пор нет ясности, была ли, например, принцесса Кия второй женой Эхнатона (14 век до н.э.)? При этом рассказано множество душещипательных историй о том, как коварная Кия отбила Эхнатона у прекрасной Нефертити, что больше указывает на второй брак, чем на двоеженство.

В этом смысле стоит упомянуть такое понятие, как «гарем». Слово «гарем» (хурам, харам – в переводе с арабского «запретное место») имеет, безусловно, очень интересный и знакомый корень – через распространенную огласовку с «а» на «о» - корень «Гор». Со времен Древнего царства известно понятие «хенеререт» – это затворницы «Божественного гарема» (устойчивое выражение, касающееся этих жриц), живущие в чистоте и невинности, преимущественно на территории храма и осуществляющие важнейшие жреческие функции – связь с Богом. Как видим, понятие «гарем» исследователями здесь непосредственно применено по отношению к жрицам, живущим в храме.

Гор (Хор) - древнейший Бога Солнца, имеющий широчайшее распространение не только в Кемете, но и на многих землях, и даже в России – СвятоГор. Поэтому, более правильно называть гарем «горем». У Исиды и у Гора были жрицы. Жена фараона имела статус Верховной жрицы, то есть она была главой гарема.

Интересна здесь же схожесть слов «гарем» (харам) и «храм» - отнюдь не случайная в сказанном контексте.

Несложно проследить и превращение сонма жриц во множество жен в патриархальном, арабском мире, утратившем истинное значение некоторых явлений, в частности, и утрату истинного назначения гарема. В истинном гореме есть глубочайший смысл – это защита самого фараона (предвиденье будущего, боговдохновенность поступков, защита от злых сил), но с другой стороны и защита населения от фараона, который перестал служить народу и стал вредить государству. Тогда с огромной степенью уверенности можно утверждать, что гарем - это сонм жриц, а не жен, и эти жрицы подчинялись Верховной жрице, царице, которая была матерью для своего народа.

В самом Ветхом Завете многоженство не просто не поощряется, но если почитать внимательно, например, Сирах, порицается: мужьям, также как и женам приводятся советы по правильному поведению для соблюдения верности жене или мужу. Тем не менее, мы находим мифы о наличии у царей, например Соломона, огромного числа жен. Возможно, многоженство и существовало на каком-то этапе еврейского общества, но мифы о девятистах женах не просто являются вымыслом, но несут какую-то иную информацию в силу абсурдности числа жен.

Мы уже говорили о гаремах Египта. Но давайте шире посмотрим на традицию женских сообществ, которые у разных народов окружали царей:

в древнем Шумере были сообщества жриц, которые не только были судьями и предсказателями, но и матерями будущих правителей;

есть информация о традиции коронации иранских царей в области амазонок Мераге — так называемый трон Соломона, также о том, что цари были детьми жриц, плюс к этому — данные о том, что царя Ахеменидов окружала полумистическая охрана «тысяча бессмертных», и, хотя нет точных данных о том, были ли это женщины или мужчины, есть основания полагать, что женщины, поскольку их деяния окутаны ореолом мистики, свойственной женщинам;

у африканских народов вплоть до 19 века н.э. сохранилась традиция женской армии, охраняющей царя;

индийского царя Ашоку (3 в. до н.э.), как и некоторых других восточных монархов охраняла женская гвардия.

И, наконец, мы знаем о существовании гаремов уже значительно позднее у восточных правителей. А если посмотреть на всю эту информацию в совокупности? Почему именно женщины охраняли царей? Они лучшие воины? Нет, конечно. Это была не просто охрана и не просто армия, а армия жриц-воинов. С одной стороны, они контролировали действия царя. С другой, после «священного брака», известного по истории амазонок как «временный брак», заключаемого с избранными мужчинами, по всей видимости, с царями, жрецами и воинами, они рожали и воспитывали претендентов на место царя. Могли ли эти дети, рожденные жрицами, и необязательно от царя, именоваться «царскими детьми»? Могли, в Библии они именуются еще и царским племенем: «Гофолия, мать Охозии, видя, что сын ее умер, встала и истребила все царское племя»,3 после чего Гофолия, к слову, несколько лет царствовала.

Именно эта система стала нам известна позднее как «гарем», когда правители фактически монополизировали право на священный брак во избежание прихода к власти не его детей.

Описание «гарема» царей Давида и Соломона как раз и соответствует армии жриц-воинов, в частности, и по количеству «наложниц» - у Соломона по преданиям жен и наложниц в сумме была как раз тысяча. И объясняет воцарение матерей вместе с сыном. Почему второй трон был предназначен не для жены, а именно для матери, тем более, если предположить, что мать была всего лишь
наложницей, или одной из жен, не воспитанной для правления? Другое дело жрица — духовный правитель, функцией которой было воспитание достойного царя и духовно-нравственный контроль.

http://saversky.ru/hist/

10

Параллели.

Современная тибетская культура, в основе своей опирающаяся на Бон, и культура старославянская, имеют очень много общего. Создаётся впечатление, что эти культуры сформировал один и тот же импульс, по воле судеб создавший два разнесённые в пространстве, но очень похожие формирования.

Этим общим импульсом может быть культура древнего Бона. Могла ли она попасть на Русь? Одна из гипотез, содержащая позитивный ответ, была сформирована Б.Кузнецовым: "Из Ирана на запад и на восток".

Также возможно проникновение Бона из Шанг-Шунга, поскольку шанг-шунгская цивилизация была современницей скифской и непосредственно с ней граничила. В пользу этого свидетельствует то, что религия Бон по-шангшунгски "Гъер". По Геродоту священная область Скифии, где жили служители культа, имела название "Герр".

Вот что написано в англоязычной версии Википедии в статье о Шанг-Шунге: "Шанг-шунгская культура была сосредоточена вокруг священной горы Кайлас и простиралась на запад до Сарматов..." Там же: "Этой культуре присущи следующие черты: система фортов или цитаделей на вершинах гор, использовавшаяся для защиты от степных племён Центральной Азии, таких как Скифы."

Вот карта скифско-сарматских земель:
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

На карте видно, что скифская культура непосредственно граничила и плавно перетекала в культуру староперсидскую.

А вот карта королевств Шанг-Шунга:
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Шанг-Шунг состоял из трёх областей - внешней, промежуточной и внутренней. Внутренняя область часто идентифицируется учёными как Бактрия. Но на первой карте Бактрия является ареалом распространения скифской культуры.

Сарматы - народ, говоривший "на скифском языке" (Википедия). Традиционно скифы и сарматы определяются как иранские народы, но такое определение игнорирует немалое количество материалов, свидетельствующих о том, что скифская цивилизация - это более ранняя версия культуры наших предков.

Вот одно из таких свидетельств. Слово летописцу: "ПовЂсть временныхъ лЂтъ черноризца Федосьева манастыря Печерьскаго, откуду есть пошла Руская земля и хто в ней почалъ пЂрвЂе княжити [и откуду Руская земля] стала есть.

И живяху в мирЂ Поляне, и Древляне, и Северо, и Радимичи, и Вятичи, и Хорвати. ДулЂби же живяху по Бугу, кде нынЂ Волыняне, а Улутичи, Тиверци сЂдяху по Бугу и по ДнЂпру, и присЂдяху къ Дунаеви; и бЂ множ[с]тво ихъ, сЂдяху бо по Бугу и по Днепру оли до моря, и суть городи ихъ и до сего дне, да то ся зовяху отъ ГрЂкъ Великая Скуфь."

Была предпринята попытка сравнения двух культур. Подборка фотографий, представленная ниже, представляет собой небольшой визуальный ряд, обнаруживающий их поразительные сходства даже в быту. Ещё больше параллелей существует в речи, мифологии и духовной сфере.

Костюм

                                                                                                           Украинский национальный костюм.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Тибетский национальный костюм. 

Тибетский танец (скриншот из фильма о Далай-Ламе).

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Народный ритуальный костюм для танца (Пензенская губерния).
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Головной убор

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Диадема из клада Сахновки (Черкащина, XII век).
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Цонкапа, основатель школы Гелуг тибетсткого буддизма.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Реконструкция внешнего вида скифского воина по данным археологических раскопок.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Коралловое ожерелье

Как часть тибетского национального костюма.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Как часть украинского национального костюма.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

http://www.bon-po.ru/uchenie-bon/russki … -paralleli

11

....продолжение. Сравнение тибетской культуры Бон со славянской культурой.

Происхождение мира из яйца

Иллюстрация к тибетскому мифу о происхождении мира из яйца из книги Намкая Норбу "Друнг, Дэу и Бон".
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Писанка, являющаяся иллюстрацией того же мифа в славянской традиции.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)


Ритуальные музыкальные инструменты

Тибетские ритуальные музыкальные инструменты
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Славянские ритуальные музыкальные инструменты.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Инь-ян

Символ инь-ян в центре бонского колеса дхармы (скан с бонского кхатага).
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Модель храма. Трипольская культура, коллекция "Платар".
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

На окнах бонского монастыря.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Кхатаг/рушник

Хадак (также хата; тибет.: ཁ་བཏགས་; монг. хадаг; кит.: hada (哈达); тув.: кадак) — ритуальный длинный шарф, один из буддийских символов.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Рушни́к — ритуальный предмет из домотканого холста. Символ народной культуры и ритуального творчества восточных славян.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Узел процветания

Узел процветания в Тибете
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

На Руси (Иллюстрации из книги "Русские орнаменты").
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Свастика

Чакшинг, Бон.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Традиционные орнаменты, рисуемые на входных дверях изб на Лемковщине (Карпатский регион).
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Вышивка, восточное Подолие, XIX век
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Змеевик, амулет-оберег. Киевская Русь.
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

http://www.bon-po.ru/uchenie-bon/russki … -paralleli

12

Материал большой, спорный, много пассажей о "создателе", каббалистики, но есть кое-что на интересующую нас тему... привожу фрагменты, где есть ЗЁРНА  8-) 

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

http://www.k2x2.info/yezoterika/druidy_ … era/p8.php

ГИПЕРБОРЕЙСКАЯ АЛХИМИЯ.
ДРУИДЫ РУССКОГО СЕВЕРА

Как известно, алхимия, в традиционном ее понимании, сложилась как самостоятельное направление духовной культуры во времена позднего эллинизма в Александрии Египетской (в Китае — примерно в ту же эпоху). Конечно, можно говорить о мифологии, присущей алхимическому миросозерцанию, но мифология эта вроде бы вторична и не связана линиями прямой преемственности с древнейшими культурами. Тем не менее в этой книге предпринята попытка показать, что алхимические парадигмы могут использоваться для реконструкции чрезвычайно архаичной мифологии первичного порядка, которую отличает именно полярная ориентация{59}.
Но ведь и теоним Lato, Латона нетрудно соотнести с этим же субстратным корнем — с учетом перестановки согласных, вполне вероятной даже в синхроническом «срезе» (ср., например, в русском: «ладонь» и «долонь, длань»). Можно также указать, в дополнение к вышеупомянутой параллели с древнеанатолийским словом lada — «жена, мать», что существует целый пласт славянской лексики, устойчиво связанной с идеей брачного союза (даже если отвлечься от дискуссии о реальном бытовании теонима «Лада» у того или иного славянского народа){94}.
Естественно, в субстратную связь с «полярно-алхимической» Латоной можно поставить и кавказскую Дали — образ, несомненно, восходящий к архаичнейшим культам Великой Богини и, по-видимому, свойственный в прошлом не только картвельским, но и северокавказским народам{95}. В принципе, это обстоятельство может отодвигать предполагаемый субстрат в эпоху более раннюю, нежели ностратическая. С тем же субстратным корнем можно связать и такие сакральные слова, как афразийское, семито-хамитское по происхождению слово «ладан» и алтайское altan, altun (золотой; ср. золотые волосы богини Дали). В спектр этих лексем попадает и известное индоевропейское слово, передающее идею плавания (чрезвычайно важную для полярного алхимического мифа): русское «ладья, лодья»; старославянское «алъдии»; балтское aldija; древнеисландское aldon и т. д.{96}.

(КОТЕЛ)
Примеров тут можно привести немало. Остановимся на наиболее выразительных (и удаленных географически). Начнем с «американских гипербореев» — индейцев северо-западного побережья Тихого океана. У индейцев селиш (племя тсамоса) записано повествование о том, как уродливый человек был превращен в человека прекрасного: его сварили в чане, так что плоть отошла от костей, затем аккуратно сложили кости, побрызгали «живой водой» — и плоть восстановилась, уже в более совершенном варианте{98}.

Параллели с русской сказкой более чем очевидны. Конечно, индейские мифы записаны сравнительно поздно, и можно предположить, что в данном случае мы имеем дело с наследием Русской Америки. Однако мотив воскрешения-преображения посредством варки в котле обнаруживается и в других местах, входящих в круг северной протоцивилизации. У палеоазиатов Сибири, например у коряков, есть такая сказка: сваренную лисичку сразу не съели; куски ее плоти сами собой соединились, лисичка оделась в свою шкуру и убежала{99}.
Этот вариант алхимического мифа выглядит редуцированным, упрощенным: лисичка просто восстанавливает свое прежнее состояние, да и сакральный момент в корякской сказке явно не присутствует. Но если мы от древней Берингии, от чукотско-камчатского региона «спустимся» несколько южнее, не покидая, впрочем, ареал гиперборейской протоцивилизации, то окажемся на Сахалине, где живут нивхи. Это во многом удивительный, как и айны Японии и Сахалина, народ-изолят: нивхский язык лишь условно относят к палеоазиатским, и, скорее всего, он представляет собой «осколок» ныне забытых языковых семей.
Сохранили нивхи и очень интересный, алхимический по сути миф об огненном преображении. Чтобы герой смог достичь неба (для убиения лишнего Солнца, порождавшего невыносимую жару), старик — исполнитель ритуала варит героя в котле, складывает его кости, оживляет — и тот превращается в железного человека (по исполнении необходимой миссии его посредством аналогичной процедуры вновь преображают в человека из плоти и крови). Это обстоятельство исключительно важно, поскольку указывает на приобретение героем того же состояния, которое отличает «железную лиственницу» других нивхских мифов — Мировое Древо, расположенное, согласно традиционным космологиям, на Полюсе Мира. О полярной ориентации нивхского мифа косвенно свидетельствует и то обстоятельство, что огненное преображение совершается в доме, стоящем в море, а это, безусловно, реплика Полярного Острова в океане — «светлицы на горючем камне», «огнепалимой избы», протохрама на этом Острове.

ДРУИДЫ РУССКОГО СЕВЕРА (Е.Лазарев)

Именно таковы были, как известно, Элевсинские мистерии Древней Греции с их палеобалканскими (пеласгийскими, фракийскими и т. п.) корнями. Вряд ли можно сомневаться в том, что и друидическая инициация восходит к духовным традициям глубокой древности. Ведь, скажем, в древнеирландской литературе упоминаются и вкратце описываются предшественники кельтов, ставшие для последних божествами. Правомерно предположить, что и Друидические мистерии генетически связаны с той же самой традицией (праиндоевропейской? или еще более древней?), которая в классической Античности воспринималась как изначальное Божественное Откровение (кстати, кельты еще полтора — два тысячелетия назад говорили о своих общих с эллинами истоках).
Можно ли сейчас конкретизировать эту традицию, постичь ее в сколько-нибудь определенных формах? Пожалуй, да; суммируя представления о наиболее чтимых древних памятниках у кельтов и у греков, от Стоунхенджа до критского Лабиринта, нетрудно придти к выводу, что это была палеоевропейская традиция мегалитической культуры, носители которой не просто почитали великие камни (так переводится с греческого слово «мегалит»), но воспринимали необработанный, дикий, дивий камень как всепорождающее лоно Великой Богини, Матери-Девы{3}. Чрезвычайно архаичная во всех своих проявлениях, мегалитическая культура уходит корнями в мезолит и палеолит и обнаруживает удивительное единообразие на безбрежных просторах Евразии и даже в Северной Африке, а также в северных регионах Американского континента — во всей циркумполярной зоне Северного полушария, которая в ряде исследований XX–XXI вв. соотносится с гиперборейской (борейской, палеоевразийской, палеолитической, в различных вариантах определения) этнокультурной и языковой общностью.
Применительно к Сейду Кондиайна такая параллель свидетельствует о женском облике солярного божества, переживающего смерть и воскресение; это подтверждает высказанное выше предположение о Солнечной Деве, Солнечной Богине древних Лапландских мистерий.
Может быть, уместно сравнить Сейд Кондиайна и со знаменитым гомеровским Гротом Нимф (или Пещерой Нимф, описанной в «Одиссее»). Кстати, зарубежными учеными исследовалась и географическая локализация его реального прототипа{15}. Он расположен в глубине небольшой межгорной долины, выходящей к морю и ориентированной почти точно на север. Ось север — юг является и его главным сакральным направлением, согласно тексту Гомера («Одиссея», XIII, 109–112; в переводе В. В. Вересаева):

…В пещере два входа:
Людям один только вход, обращенный на север, доступен.
Вход, обращенный на юг, — для бессмертных богов. И дорогой
Этою люди не ходят, она для богов лишь открыта.

Неоплатоник Порфирий (232– ок. 305) в трактате «О Пещере Нимф» соотносит ориентацию этого пещерного святилища с зодиакальным кругом (северный вход — со знаком Рака, а южный — со знаком Козерога) и с представлениями о трансмиграции душ: через северные врата души людей нисходят в мир становления, а через южные восходят к богам души бессмертных («О Пещере Нимф», 22–23). Это позднеантичное свидетельство могло отразить и более древние религиозно-мифологические парадигмы — наследие мистерий мегалитической эпохи. Вот как трактует гомеровский сюжет Рене Генон: «Врата людей» в Гроте Нимф — входные врата святилища, символизирующего Космическую Пещеру, традиционно соотносятся с летним солнцестоянием и с зодиакальным знаком Рака, а также с Малыми Мистериями западноевропейского эзотеризма. Врата выхода же — это «врата богов» и посвященных в Великие Мистерии, достигших состояния, более высокого, нежели просто человеческое; они соответствуют зимнему солнцестоянию и знаку Козерога{16}.
«…В море-Окиане лежит Алатырь камень, на том камне Алатыре стоит дом…» «Есть великий Океан; по море [Поморье? — Е.Л.], в том великом Океане море есть камена изба; в этой каменной избе сидят три сестры, самому Христу дочери…» «На море на Окияне, на острове на Буяне стоит светлица, во светлице три девицы…»{18}. Вот искомое слово, связанное с идеей религиозного праздника, святок, — светлица. Вознесенная, в пространстве мифа, на бел-горюч камень, она, возможно, и являет собой архетип одного из протохрамов тройственной Великой Богини, держательницы тайн мироздания, предстающей в трех своих ипостасях: Дева, Матерь, Старица.


Эльфийская Белая Лебедь.

Рене Генон указывал на связь с гиперборейским лингвистическим наследием тех лексем, где содержится корень alba-. (вспомнилась птица АЛЬБА-ТРос - И.)Он не подкрепляет это утверждение данными сравнительного языкознания и мифологическими реконструкциями. Между тем даже поверхностная проработка соответствующей смысловой матрицы приводит к более широким и достаточно логичным выводам.
В спектре наиболее известных соответствующих индоевропейских слов выделяются семантемы со значением белизны и света. В индоевропейском праязыке этот корень в самом общем виде реконструируется как *alb(h) o — белый, светлый (АЛЬБИНОС - И.), однако материал конкретных языков позволяет предположить, что у праиндоевропейцев бытовала и сакральная лексика с этим корнем. Помимо латинского albus, белый и греческого ?????, белое пятно, хеттского alpha, облако и русского олово (ср. литовское alvas, олово — «светлый» металл) мы имеем, например, родственное общеславянскому древневерхненемецкое слово albiz — лебедь, а также эльфов или альвов со всем присущим им богатым спектром мифологических и религиоведческих ассоциаций. Вероятно, сюда следует добавить и провансальское alba — утренняя заря.
От индоевропейских реалий попробуем перейти на более глубокий уровень. Основания для этого есть. Например, в афразийской языковой семье (в древнееврейском) есть слово «альма» — девственница, а в число реконструированных ностратических корней входит форма «лам(у)», означающая влагу в ее различных проявлениях, от моря до лужи и просто сырости, согласно словарю В. М. Иллич-Свитыча{40}. Глубинная связь представлений о женском начале и о воде, влаге (допустим, в виде изначального Океана) — факт несомненный и очень древний. Что же касается взаимозамены согласных «м» и «б», то это явление весьма распространенное иногда даже в одном языке, например, валлийском.
Среди ностратических языков есть и другие соответствия исследуемой семантеме. В уральских языках ilma — небо, воздух, воздушное пространство; по-фински ilmetд означает появляться, возникать. Это уже сфера сакральной, космогонической лексики; не случайно прафинно-угорского небесного бога-демиурга зовут Ильмар (ср.: Ильмарис, Ильмаринен, Инмар). В «Калевале» Ильмаринен выковывает Сампо с «пестрой крышкой» — звездным небосводом и «скрепляющей» его неподвижной Полярной звездой. Космогонический акт, таким образом, связует корневую основу — LM— (-LB-) с символикой Полюса.
Вполне возможно, что в воссоздаваемую смысловую матрицу этого протокорня входят (на ностратическом уровне) и глубоко сокровенные, мистические слоги-криптограммы, не поддающиеся переводу, перед некоторыми сурами Корана: АЛМ в начале 2, 3, 11, 29, 30, 31 и 32?й сур и АЛМР в начале 13?й суры, а также афразийское «алам» («олам») — мир. Согласно «Мирадж-наме», книге, повествующей о вознесении пророка Мухаммеда к Престолу Всевышнего, священную криптограмму АЛМ пророк «списал с рукава Божественного Престола неба»{41}. Начальная буква (и одновременно символ Первоначала) во многих алфавитных системах — альфа — может, наверное, тоже восходить к ностратическим пластам; тогда теряет смысл вопрос о том, кто впервые применил это слово в данном значении (финикийцы, древние евреи и т. д.). Кстати, в руническом алфавите средневековой Вестфалии эта первая буква называлась «альма». А известное соотнесение финикийской буквы алеф с пиктограммой «бык» могло носить вторичный характер и имело место тогда, когда уже был забыт первоначальный смысл этого корня.
Может быть, этот смысл несколько прояснится, если углубиться с ностратического на борейский уровень? В этой связи упомянем, что чрезвычайно важное арабское слово «ильм» — знание (в Коране оно встречается около 750 раз) иногда соотносилось арабскими переводчиками с греческим ????? — премудрость. В исторической перспективе (доисламской и дохристианской) это образ безусловно женский — в аспекте сравнительной мифологии. А вот в аспекте сравнительного языкознания его можно поставить в соответствие с таким чрезвычайно широко распространенным на Востоке словом, как «алмас(ты)» или «албас(ты)», хотя в современной этнографии оно и обозначает низшего, а иногда и демонического духа.
Это слово (и соответствующие ему представления) есть у народов и ностратических (алтайские: турки, татары, казахи, башкиры, тувинцы, алтайцы, узбеки, туркмены, кыргызы, каракалпаки, ногайцы, кумыки, балкарцы, карачаевцы, монголы; индоевропейские: таджики, армяне; картвельские: грузины), и северокавказских (чеченцы, ингуши, лезгины, таты). Для кабардинцев, удмуртов и некоторых других народов (Кавказа и Памира) это просто лесная ведьма; само слово «алама» часто означает плохой, дурной (удмуртский, башкирский). Однако по-карачаевски «аламат» — прекрасный, аналогично переводится грузинское «ламазиа». На лезгинском «аламат» — чудо, диво, есть у лезгин и женское имя Алмаз, (ср. с АЛМАЗ, т.е. кристалл - И.) разумеется, без всякого демонического оттенка.
Итак, иногда алмасты — это безобразное, заросшее волосами существо наподобие снежного человека. Но в некоторых преданиях она — прекрасная дева с золотыми волосами, в которой узнается грузинская Дали, Владычица зверей. Ее образ возводят также к ассирийской богине родов Ламасту (Ламашту), а также к Великой Богине, чей культ уходит корнями в палеолит{42}.
Часто, осмысляя эту словоформу, ее делят надвое (вычленяя «ал-») и истолковывают сочетание двух корней. Пожалуй, наиболее убедительное из таких толкований (на тюркской основе) — «аал+бас» — светлоголовые; в этом усматриваются отголоски противостояния монголоидов и европеоидов. Однако не скрывается ли здесь вторичное осмысление древними тюрками архаичного теонима — имени богини? «Светлоголовость» ведь соответствует и этнографическим данным об алмасты (в ее прекрасной ипостаси). Этот теоним наверняка вытеснялся из религиозных верований и демонизировался на протяжении не одного тысячелетия: ведь уже у шумеров мы обнаруживаем «демоницу Ламассу».
Вот только достаточно ли приведенного выше материала, чтобы утверждать гиперборейскую древность этого образа? Ведь в северокавказский праязык (и в прото-шумерский) соответствующее слово могло попасть из ностратического контактным путем (или же это еще более поздние заимствования). Однако обратим внимание на один лезгинский корень и производные от него слова: «лам» — сырость, «ламу» — влажный, «ламуз» — влажно. Это смысловая единица из той же исследуемой матрицы, и если допустить для лезгинского «лам» прасеверокавказские (или тем более прасинокавказские) истоки, то его явное сходство с ностратическим «лам(у)» может означать выход на гиперборейский уровень. В подтверждение приведем тибетское «нам» — небо («л» и «н» в этом корне могут заменять друг друга и внутри ностратической макросемьи — море по-эвенкийски и «лам», и «нам»). Тогда реконструируемое гиперборейское «лам» можно соотнести с чрезвычайно архаичным мифологическим образом «небесных вод».
Резюмируя, можно усмотреть за всеми этими соответствиями образ творящей мир Лебединой Богини, Девы-Матери, Владычицы вод и воздуха — Илматар «Калевалы» или, в категориях мифологии, космогонической птицы. Этот образ, хорошо знакомый северным народам всей циркумполярной зоны и, безусловно, уходящий корнями в палеолитическую древность, уверенно соотносится именно с корневой основой — LB-(-LM-), что подтверждается, в частности, реконструированным прачукотским «лэпхет» — лебедь{43}. Это ключевой образ соответствующей смысловой матрицы, причем каждая из ее «осей», каждый из аспектов могут быть обоснованы еще более глубоко.
Можно упомянуть, например, устойчивую связь албасты с водой или то обстоятельство, что в народной мифологии мусульманской Средней Азии место албасты отчасти заняла Праматерь Ева (Момо-Хова). Не исключено, что в этом же контексте следует рассматривать сванскую Ламарию — покровительницу материнства и плодородия. К тому же самому теониму может восходить и название лапландской реки и горы Эльморайок у священного Сейдозера: ее осмысление на базе современного саамского языка как река («йок») метельного перевала и т. п., возможно, является вторичным и сравнительно недавним. Наверное, следует упомянуть в этой связи и загадочный населенный пункт Alba на знаменитой гиперборейской карте Г. Меркатора — на берегу одной из рек на севере Гренландии, которая на этой карте показана без ледникового покрова.
Одно из несколько неожиданных соответствий, которые обнаруживаются внутри «смысловой матрицы» этого гиперборейского корня — какая-то неявная связь эльфов (альвов) и Лебединой Богини-Матери. Воспринимались ли они когда-либо как ее служители? Или как посвященные, вступившие с нею в мистический брак, наподобие широко известного в народной мифологии соития охотника или помора, зимующего на арктических островах, с Владычицей Морской, Повелительницей животных? На основании лишь одних лингвистических выкладок об этом трудно судить. Во всяком случае, древнеисландское alvitr, валькирия, лебединая дева, фонетически родственно древнеисландскому же elftr, elptr, лебедь{44}. В скандинавской мифологии лебединые девы уносят в Валгаллу (ВАЛЬГ-АЛЛА ср. с ВОЛГА, АЛЛА, а также словом ВОЛЬГ-от-ный - И.) души павших героев..
Нелишне упомянуть в этой связи, что главного героя кетских (енисейская языковая семья) мифологических сказаний звали Альба. Заимствование из каких-то европейских языков последних тысячелетий тут практически исключено, и следует признать глубокую, возможно, палеоарктическую древность этого имени. Ведь и сами енисейцы вроде бы восходят, генетически и даже антропологически, к тем временам, когда Старый Свет соединялся с Новым — ко временам палеолитическим.
Вполне возможно, что к той же лебединой протолексеме восходит и имя бога, устойчиво связанного в античной культуре с образом Гипербореи и со священными лебедями — имя Аполлона. Об этом свидетельствуют кельтские материалы, галльская эпиграфика, в которой выявлена такая надпись: «DEO APOLLINI VINDON[NO]». Имя Аполлона здесь выступает, как отмечает В. П. Калыгин, в качестве римской интерпретации галльского теонима Vindonnos; среди прочих имен этого кельтского Аполлона — Albios, белый{45}. Тот же смысл и у имени Vindonnos (от общекельтского *vindo-, белый); допустимо предположить, что и Аполлон, Apolllo восходит к изначальному теониму на основе лексемы *alp, *alb, с метатезой согласных и, возможно, с более поздней маскулинизацией имени, которое во времена гиперборейские носила Лебединая Богиня.
Вероятно, можно в общих чертах обозначить локальные варианты бытования различных форм изначального имени Лебединой Богини. Удивительное схождение его славянской и палеоазиатской (лэпхет) форм позволяет отнести вариант Лебедь — Лэпхет к наиболее северным евразийским регионам. Западнее (юго-западнее?) можно предположить вариант с перестановкой букв — alb-, давший начало праиндоевропейским словоформам, а южнее и восточнее, примерно по оси Алтай — Приамурье, — вариант — лам— альм-.
Если эта предварительная оценка в целом соответствует действительности, то нельзя не обратить внимание на одно интересное обстоятельство, хотя оно вроде бы относится к области наук о природе, а не о духовной культуре. Дело в том, что ареал гнездования лебедя-кликуна и малого лебедя охватывает Крайний Север Евразии и регионы Сибири, приравненные к Северу. Получается, что описанная античными авторами гиперборейская культура, где фигурируют священные лебеди, как раз и соотносится с регионами реального обитания лебедей — Страной Лебедией арктической протоцивилизации…

Аргонавты Арктической Аркадии.

Теперь, после подробного рассмотрения одного из важнейших понятий гиперборейского сакрального лексикона и соответствующей ему «смысловой матрицы», попробуем построить другие аналогичные матрицы и выявить их ключевые корни. Вот, например, корень — arg-: Генон связывает его с гиперборейской традицией, но лишь как греческий аналог латинского albus. Однако, коль скоро мы соглашаемся с гиперборейской «привязкой» этого корня, тут же возникают в памяти многочисленные аллюзии — от Арктики до уральского Аркаима, священной славянской Арконы и корабля «Арго». Верны ли эти ассоциации?
Еще до Генона, во второй половине XIX века, этот корень связывал с полярной символикой У. Уоррен в своей книге «Обретенный Рай. Колыбель человечества на Северном полюсе». Однако прежде чем обратиться к его выводам, давайте рассмотрим самое, наверное, известное «преломление» этого древнего корня — в слове «Арктика».
Это слово соотносят с греческим ?????? — медведь, медведица и с названием одного из главных северных созвездий — Большой Медведицы. Впрочем, в контексте индоевропейской лингвистики корень слова медведь выглядит несколько иначе: индоевропейское *hritkh стало источником хеттского «хартагга», древнеиндийского «рикшах», авестийского «арэшо», армянского «ардж», латинского ursus, ирландского art… He исключено, что греческое название Севера было на деле результатом «приспособления» к обычной, профанной речи древнего священного наименования полярного Центра Мира, лишь созвучного слову медведь в индоевропейских языках (впрочем, культ медведя — также одна из примет древнейшей, палеолитической культуры всей Северной Евразии, и индоевропейское обозначение медведя может восходить к ностратическому уровню; сравним, например, ненецкое «варк» — медведь).
У. Уоррен утверждает, что такие названия, как греческая Аркадия или месопотамский Аккад, хранят память об имени полярной прародины человечества. Аккад — слово не ассиро-вавилонское; оно заимствовано из более древнего языка, причем ассирийские первоисточники позволяют говорить о двух Аккадах. Один из них, общеизвестный, находился в регионе рек Тигра и Евфрата, а второй — много севернее. Уоррен полагает, что под этим северным Аккадом как раз и следует понимать полярный континент, чье глубоко чтимое название было со временем перенесено в Месопотамию{46}.
Можно ли доказать это утверждение с помощью сравнительного языкознания? Кажется, в данном случае одно из таких косвенных доказательств — античный миф об аргонавтах, о корабле «Арго» и о плавании на нем за золотым руном. По данным лингвистики, Арг(о) — название, пришедшее из причерноморского Закавказья, не имеющее греческой этимологии (возможно, картвельское). Для греков это название стало обозначать «страну золотого руна» и было перенесено впоследствии в Элладу, на одну из священных областей дорийских племен — Арголиду.
Может быть, и картвелы, и индоевропейцы-эллины в эпоху формирования этого мифа еще не вполне утратили память о связи корня *ARG— (*ARC-) с названием священного полярного материка? Тогда речь скорее всего идет не о заимствованиях, а о свойственном традиционным культурам переносе имени сакрального Центра Мира на различные локальные области и конкретные святыни.
В мифологических представлениях о полярном континенте его средоточием, смысловой и мистической квинтэссенцией является Мировая Гора (или функционально аналогичная ей Ось Мира). Значит, можно предположить, что в «семантическую матрицу» древнего корня *ARG— может входить и такой образ, как мистериальный Ковчег Спасения на вершине Горы. Наиболее известная форма этого образа — библейский Ноев Ковчег.
Действительно, по-латыни Ковчег — Аrсa (в греческом тут появляется другой корень, ???????). В христианском богословии это один из символов Богоматери («Радуйся, Ковчеже, позлащенный духом…» — образ из Акафиста Матери Божией). Вновь в анализе полярного символизма мы встречаемся с аллюзиями женского начала, — возможно, отголосками религии Великой Богини.
С представлениями о «мистериальной ладье» связан и родственный санскритский термин Argha. Это отмечает Е. П. Блаватская, хорошо знакомая с эзотерическими традициями так называемого «индусского масонства»; основное же значение санскритского argha — это цена, награда.
Важный аспект исследуемого корня в индоевропейском контексте — это ассоциации с крепостью, цитаделью. Именно таково основное значение латинского arx (arc-s); впрочем, это слово может означать также высоту, вершину; прибежище, центр, средоточие. Получается, что уже на латинском материале в этом корне просматриваются и аспект неприступной Вершины Мира, его Центра (т. е. Полюса), и идея мистического плавания в Ковчеге (Arсa) к этому Центру. К этим латинским словам примыкает и персидское arg — твердыня, цитадель. Возможно, эти оттенки смысла присутствуют и в этимологии Арконы — дохристианского духовного центра балтийских славян.
Попробуем теперь углубиться в эпохи более ранние, нежели время индоевропейской языковой общности. Сначала — о пласте ностратическом. Широко распространенное в алтайских языках слово «арка» в значении спина, хребет лишь на первый взгляд не имеет отношения к теме этой книги. Это слово может хранить в себе воспоминания о миграции с Севера далеких предков алтайских народов: название покинутой прародины, оставшейся за спиной, со временем приобрело бытовой, заниженный смысл. Не исключено, что этот корень входит и в слово «Аркаим». Пусть этот священный протоарийский город на Южном Урале получил условное название по ближней горе; но не была ли в свое время эта гора названа в честь города и (тогда еще не забытого) Центра Мира?
Для выхода на борейский уровень материала не слишком много. Упомянем арабское слово «аркан»: так именуются столпы исламского вероучения (шахада, молитва, пост, налог в пользу бедных, хадж). В древнем палеоазиатском языке (прачукотско-камчатском), который для нашей темы очень важен, поскольку далек от всякого рода контактных географических областей, «аркарэ» означает чехол, колчан, то есть вместилище — образ, родственный ковчегу. Более того, древнейшие обитатели Палео-Чукотки (а может быть, и Берингии) имели в своем языке и слово, созвучное названию мистериальной ладьи или корабля «Арго»! В этом праязыке «элегвэт» — это лодка-долбленка, плот («р» и «л» легко переходят друг в друга).
Предположение об исключительно глубокой древности терминов, связанных с мореплаванием, имеет под собой серьезные основания. Говоря о перспективах лингвистической макрокомпаративистики в наступившем столетии, об «уточнении отношений между основными макросемьями языков мира (с праязыками древнее 10 000 лет)», один из крупнейших языковедов мира Вячеслав Всеволодович Иванов полагает «полезным сравнение предполагаемой лексики мореплавания в разных (макро) семьях». Он аргументирует это высказывание тем, что сложившаяся в современной генетической науке «картина древнейшего расселения человечества предполагает наличие хотя бы примитивных способов передвижения по воде»{47}. Речь идет о концепции первоначального расселения из Северо-Восточной Африки, однако очевидно, что и любая другая модель антропогенеза, включая полярную, приводит к аналогичным выводам.
К сказанному необходимо добавить, что этот реконструируемый борейский корень *ARG— (*ALG-) имеет еще один, совершенно несомненный аспект — белизны, сияния. Вот рефлексы этого аспекта: греческое ?????— белый, ослепительный; санскритское arka — луч, солнце и arc — сиять, излучать; пратохарское arkwi — белый{48}; индоевропейское argu — белый. И как подтверждение гиперборейской глубины этого смыслового оттенка — прачукотско-камчатское «илгэ» — белый, блестящий. По какой-то, сейчас непонятной нам причине и это гиперборейское слово, связанное с символикой Полюса, оказывается (как и *LB) поистине лучезарным…
А теперь поговорим об одном малоизвестном термине, который, вполне возможно, аккумулировал в себе все эти оттенки смысла и символические коннотации. Термин этот чрезвычайно важен еще и потому, что он является одним из названий сакральной области знания, восходящей (согласно воззрениям ее адептов и традиционалистским реконструкциям XX в.) к изначальной истории человечества.
Альберт Великий (ок. 1193–1280), немецкий богослов-схоласт и автор натурфилософских трудов, в своем трактате «Об Алхимии» («De Alchemia») привел такое ее определение:
«Alchemia est ars ab Alchimo inventa, et dicitur ab archymo Graece, quod est massa Latine.»{49} — «Алхимия есть Искусство, обретенное Алхимом; и говорят, что она называется от /слова/ “archymus” по-гречески, что по-латыни есть “massa”».
Алхим (Alchimus) как открыватель (или изобретатель) алхимии — это, вероятнее всего, стандартная вторичная этимологизация. А вот massa, латинский коррелят древнегреческого ????, представляет собой действительно древнее и во многом загадочное название алхимии. Потому заслуживает серьезного внимания и приравненное ему название archymus (или archymum: аблатив от этого слова у Альберта Великого допускает и такую реконструкцию именительного падежа). Термин archymia в значении Священного Искусства алхимии встречается и у других западноевропейских авторов.
По-видимому, это слово не является искаженным вариантом от Alchimus: Альберт Великий не случайно пишет его со строчной буквы. Очевидно, соответствующий греческий термин должен выглядеть как ??????? (???????). Учитывая, что ???— представляет собой обычный корень греческого слова ??????, химия, можно предположить, что исследуемая морфема состоит из двух корней, имеющих коннотации в греческом языке.
Проще всего предположить, не выстраивая и не обосновывая сложных фонетических трансформаций, что первый корень тут — ????-, от ????, начало. Тогда наш термин выглядит как ????-?????? (два ? с безударным гласным между ними легко могли слиться в один звук). Получается главная химия, или изначальная химия; напрашивается сопоставление с Изначальной (Примордиальной) Традицией, по Рене Генону — аллюзия вполне убедительная, если вспомнить, что и сами алхимики возводили свое Священное Искусство к истокам человеческой культуры.
Но не слишком ли прямолинейно и одномерно такое решение? Ведь в алхимическом символизме каждая, на первый взгляд, мелочь при внимательном рассмотрении развертывается в целый спектр смысловых оттенков, аспектов и ассоциаций. Поэтому маловероятно, чтобы дело обстояло иначе в нашем случае, когда речь идет о названии всего Священного Искусства.
На то, что первый корень в этом термине скорее всего не сводится лишь к греческому слову начало, косвенно указывает и второй его корень, ???-. В любом серьезном учебнике по истории химии можно прочитать о том, сколько существует различных вариантов его истолкования, причем не только на основе греческого языка. Более того, есть и прямое свидетельство того, что корень ?????— следует считать более архаичным, нежели древнегреческая, александрийская терминология алхимии.
Существует один очень интересный греческий алхимический трактат эпохи Средневековья, редко упоминаемый, поскольку он вроде бы представляет собой лишь перевод на греческий язык вышеупомянутого труда Альберта Великого. Этот трактат в 1887 г. описан и отчасти процитирован (по греческой рукописи 2419 из Национальной Парижской библиотеки) Марселеном Бертло во вводном томе к его «Собранию греческих алхимиков». Согласно тексту самого трактата, его первой странице, автором его является ? ????? ?????????? ?????? ? ???????????, «великий учитель Петр Теоктоник»; однако в конце текст подписан именем ??? ??????? А??????? ??? ???????????, «брата Аберта Теоктоника». М. Бертло выдвигает правдоподобное предположение, что и то, и другое — искаженное при переводе и переписке латинское Albertus Teutonicus (Ampertos могло превратиться в Petros), Альберт Великий{50}.
И в этом трактате алхимия называется необычно: ???????. Вот как выглядит в переводе его заглавие: «Начало “Прямого Пути” великого учителя Петра Теоктоника к Искусству Архимии» («Прямой Путь», по-латыни «Semita Recta», это одно из названий алхимического трактата Альберта Великого). Несколько далее приводится такое определение этого Искусства: «??????? ????? ?????? ???? ??? ??????? ????????????, ????? ?? ??????? ????????, ???????? ?? ????»{51} — «Архимия — это деяние, открытое древними; по-ромейски она называется химия, по-франкски же — мадза». Однако слово ???? вызывает скорее ближневосточные ассоциации. Может быть, ???????? употреблено в расширительном смысле (как родственное слово фряги на Руси означало неопределенного иностранца)? Может быть, это искаженное производное от ???????, фригийский? Тогда древние мудрецы, упоминаемые в трактате, открыватели архимии, могут представлять древнеанатолийскую традицию, уходящую корнями в палеоевропейскую культуру. И начальный корень в слове архимия уместно, пожалуй, сопоставить с борейским, палеолитическим HVRKWV, реконструированным С. А. Старостиным и связанным с идеей сокрытия, совершения тайных действий (этический негатив в более поздних словах-дериватах может быть вторичным), со всеми арктическими и аркадийскими ассоциациями.

Карн — Полярная Гора.

Аспект светоносности (казалось бы, никак не обусловленный функционально) обнаруживается и в реконструированном гиперборейском сакральном термине, который обозначает Гору Полюса, маркирующую священный Центр Мира. Здесь речь пойдет об одном из, по крайней мере, двух таких терминов: о втором, лучше всего известном нам как индуистская Гора Меру, уже написано немало — У. Уорреном и Б. Г. Тилаком, Г. М. Бонгард-Левиным и Э. А. Грантовским и многими другими; часто обращался к символике Меру в своих книгах В. Н. Демин. Сейчас мы поговорим о термине, гораздо менее разработанном, однако имеющем весьма важное значение для гиперборейских реконструкций.
Пожалуй, прежде только Р. Генон однозначно определил символ священной Горы Полюса словом «Карн», или «Карна», истолковывая его как «Высокое Место». Генон был убежден, что лишь кельты (по его словам, носители гиперборейских традиций) сохранили первоначальное имя этой Горы, поскольку священная пирамидка из камней называлась у них «карн», cairn.
В рамках компартивистской парадигмы это звучит недостаточно убедительно. Впрочем, кельтская традиция действительно обнаруживает глубочайшую архаичность символики каменной пирамидки: cairn — это груда камней на вершине горы, что может быть истолковано как образ Мировой Горы. По-видимому, cairn у кельтов имеет отношение и к отголоскам очень древней религии Великой Богини. Р. Грейвс, во всяком случае, связывает именно с этой религией (где Богиня предстает в трех ипостасях: юной Девы, всепорождающей Матери и мудрой Старицы) записанную в XVIII веке ирландскую легенду о великанше, которая построила из камней трехгранную пирамиду cairn{52}.
Однако все это еще не доказывает гиперборейскую древность самого слова «кайрн» или, если опустить гласные корневой основы, морфемы *KRN. Кельтская мифология позволяет расширить спектр значений этого слова. Если допустить, что формант — N первоначально не входил в состав корня, а означал принадлежность или притяжательность (такой аффикс или отдельная частица весьма часто встречается не только в ностратических языках, но есть также в палеоазиатских языках и в айнском, что позволяет соотносить — N с гиперборейским субстратом), то в корне остается *KR. А это не только делает исследуемую форму «прозрачной» с точки зрения славянских этимологии («гора» — «горный»), но и позволяет дополнить смысловой ряд кельтским символическим образом мистериального характера — «Кайр Сиди» (Caer Sidi) — «Крепость Сидов»; синонимический ему образ — «Кайр Вандви» — «Крепость на Вершине».
Символизм Мировой Горы тут сохраняется, но воздвигнутое на ней сооружение уже является не просто ее символической репликой (каменной пирамидкой), но крепостью, священной твердыней. Наверное, правомерно будет допустить ностратическую древность этого смыслового оттенка морфемы *KR(N). Например, у нганасан, самых северных представителей уральской языковой семьи, слово «кору» означает дом, в том числе мифический, из красной меди: там жили «Меднокрасные» предшественники нынешнего человечества{53}, которых, с известными допущениями, можно сопоставить с кельтскими эльфами-сидами, также владевшими землей ранее современных людей.
Намеченные выше смысловые оттенки исследуемого термина подтверждаются сведениями, сохранившимися в религии других индоевропейских народов. Так, в Элевсинских Мистериях греческой Античности употреблялись сосуды под названием ??????: их верхняя часть образовывала горку из множества маленьких чаш. Эти сосуды рассматриваются как реликты более древних Мистерий Реи — Великой Богини{54}: убедительное соответствие с приведенными выше сведениями из кельтской мифологии.
А комплекс представлений, связанных у древних греков с Кроном, Кроносом — небесным властителем золотого века и Острова Блаженных, — связывает семантему KRN непосредственно с символикой Гипербореи, Полярного Острова. Пиндар возглашает в «Олимпийских песнях»:

…Те, кто трижды
Пребыв на земле и под землей,
Сохранили душу свою чистой от всякой скверны,
Дорогою Зевса шествуют в твердыню Крона.
Остров Блаженных
Овевается там веяньями Океана;
Там горят золотые цветы,
Возникая из трав меж сияющими деревьями
Или вспаиваемые потоками.
Там они обвивают руки венками и
целями цветочными
По правым уставам Радаманфа,
Избранного в сопрестольники
Горним отцом, супруглм Реи, чей трон превыше всего{55}.

Не исключено, что образ светоносной твердыни Крона (греч. К????? ??????; можно перевести также как крепость Крона, или башня Крона) восходит к доностратическим пластам сакральной лексики. Это подтверждается, в частности, афразийским (древнееврейским) словом qrn, излучать сияние, а также семантикой слова ??????, — возможно, борейской по своим истокам.
Если борейский корень *KRN, в значении Полярной Горы, действительно отразился в имени бога Крона (а приведенная цитата из Пиндара дает основания это предполагать), то приобретает закономерную завершенность известное положение античной сакральной географии о боге Кроне/Сатурне как астрологическом покровителе Севера. А репликой Острова Блаженных с его твердыней Крона (проекцией этих мифологем на реалии средневековой географии) оказывается полярный материк Крония (Cronia). Он обозначен к северу от острова Туле (Ultima Thule, Крайняя Тула, северный предел античной географии) на карте немецкого географа и историка Филиппа Клювера (1580–1623). Карта называется «Описание северных земель Европы и Азии, сообразно неверным представлениям древних писателей» («Septentrionalium Europae et Asiae terrarum descriptio, ad falsam veterum scriptorum mentem accommodata»).
Крония у Ф. Клювера по своему положению напоминает Гренландию (а Туле — Исландию), и можно бы предположить, что именно Гренландию картограф и назвал схожим по звучанию словом. Однако есть основания считать, что он имел в виду какую-то другую землю «древних писателей», или считал реальную Гренландию частью этой северной земли, исходя из неизвестных нам источников. Кстати, в карте Клювера поразительным образом сочетаются точное воспроизведение современных очертаний Европы и отдельные реалии, имевшие место в глубочайшей древности (например, проливы между Скандинавией и континентальной Европой).
Можно предположить в словоформе KR(N) и космогонический аспект. Дело в том, что в мифологии возникновение Полярной Горы является, по сути, актом первотворения. Об этом оттенке смысла косвенно свидетельствуют и лингвистические данные, например, сопоставление таких слов, как санскритское «кри» и латинское сгеаге, творить.
Что же касается самого корня — KR-, в других его аспектах, то и сравнительное языкознание уже доказало его доностратическую древность. В. Э. Орел приводит такие параллели: ностратическое *karV, скала, афразийское *kar-, гора, синокавказское *gwVrV, камень (северокавказское *gwerV и сино-тибетское *Kor). Кстати, очень похоже звучало в этих праязыках и слово со значением рог (ностратическое *KErV, афразийское *kar-, синокавказское *qwVrHV){56}. Так что соотнесение Р. Геноном символа рога с идеей возвышения и могущества, основанное вроде бы на данных сравнительно поздних языков (латинское cornu и т. д.), получает обоснование в гиперборейской лингвистической реконструкции. Очевидно, что именно в этот ряд следует поставить известный образ единорога в аспекте возвышенного праведника — человеческое олицетворение идеи Полюса.
Все вышесказанное позволяет соотнести с гиперборейским корнем *KR(N) — и название горы Карнасурт — одной из важнейших в сакрализованном ландшафте Ловозерских гор, окружающих Сейдозеро. Карнасурт переводят с саамского как «Гора Ворона». Однако не произошло ли здесь в свое время переосмысление субстратного древнего названия горы в соответствии с лексикой саамского языка? Название мифологического Ворона, возникшее сначала (может быть, очень давно: ср. саамское Карнас с эвенкийским Карендос или Кара) как звукоподражательное, могло по созвучию быть сближено с представлениями о Горе Полюса, о Центре Мира или его символическими локальными повторениями в образе той или иной конкретной горы.
Может быть, это фонетическое соответствие, — а в традиционных культурах таким фактам всегда придавалось большое значение, — определило и некоторые особенности образа Ворона в палеоарктической мифологии? Тогда становится, например, понятно, почему в мифах палеоазиатов северо-востока Азии Ворон обитает близ Полярной звезды{57}, хотя в палеоазиатском регионе он носит имя, отличающееся от саамского и не созвучное KRN (Кутх, Куйкынняку).

Отредактировано Иванка (2013-04-09 09:15:41)

13

Продолжение:

http://www.k2x2.info/yezoterika/druidy_ … era/p8.php

Бог-Олень и Богиня-Оленица.

Рассмотрим еще одно слово, возможно, входившее в сакральный лексикон арктической протоцивилизации, хотя это слово краткое и его реконструкция (с учетом подвижности гласных) выглядит не столь определенно.
Сравнительное языкознание доказало, что слово олень — более древнее, нежели ностратическая языковая общность. В ностратическом праязыке это слово звучало примерно как или; в афразийском — айал; в сино-тибетском один из видов оленя именовался ла. Гласные, обрамляющие звук «л», могут сильно варьироваться. Достаточно вспомнить русское олень и его вариант елень в церковнославянском и польском, немецкое Elen — лось, китайское «лу» — олень…
Чрезвычайно древним, палеолитическим по происхождению, является не только само слово, но и представление о божественности оленя. Объясняется это причинами мистического порядка или сакрализацией того факта, что олень дарил древним (и более поздним) северянам почти все необходимое для жизни (одежду, пропитание, роговой материал), будучи сам существом кротким и неагрессивным, — так или иначе «оленьи» святилища прослеживаются практически на всей территории гиперборейской протоцивилизации и в соседних регионах. Саамские сейды Лапландии с укрепленными на них оленьими рогами удивительно схожи с некоторыми алтайскими обо (пирамидками из камней); аналогичны им увенчанные рогами чукотские сложения из камней. Можно привести в качестве параллели и древнекритские святилища Великой Богини: их изображения включают в себя рога, и это позволяет причислить крито-минойскую («пеласгийскую») религию к исследуемому кругу теологем.
Коль скоро гиперборейское название оленя соотносится с понятием Бога (или Богини: последний вариант, вероятно, архаичнее), то, наверное, существуют языки наследников гиперборейской протоцивилизации, сохранившие этот корень в качестве имени Бога и уже забывшие его «оленьи» ассоциации. Разумеется, тут следует вспомнить древнесемитский корень — EL— (-IL-) как одно из имен Бога, вошедшее во все конфессии авраамической традиции. И православный миссионер Иннокентий (Вениаминов), собравший в 20–30?е годы XIX века ценнейший этнографический материал о коренных жителях Русской Америки, алеутах и северных индейцах, с удивлением констатировал, что в религии индейцев-тлинкитов Верховным Существом, Богом-Творцом является Эль, существовавший «прежде своего рождения», и что его имя «по произношению своему весьма близко к одному из еврейских имен Бога (Эль, Бог могущества)»{58}.
Наверное, это удивительное соответствие можно истолковать как подтверждение известных преданий о «потерянных коленах (родах) Израилевых». Однако самое, по-видимому, непротиворечивое толкование выводит нас на субстратное, гиперборейское божественное имя, чьи истоки скрываются в глубине десятков тысячелетий. Вряд ли может смущать то обстоятельство, что тлинкитский Эль — это, как правило, уже знакомый нам мифологический Ворон (иногда Эль принимает и другие формы). В палеоазиатском варианте реконструируемого гиперборейского мифа Ворон связан с Полярной звездой, то есть именно с тем «небесно-земным» локусом, где и происходит первотворение мира — сфера действий тлинкитского Эля. Да и некоторые образы в мифологических сказаниях о нем самом дают возможность его гиперборейской идентификации, например, образ морского острова, где хранятся высшие, изначальные ценности мира: свет, пресная вода и т. д.
Палеоазиатские лингвистические реконструкции, по-видимому, могут рассматриваться и как свидетельство первоначальной женственности исследуемого теонима. Дело в том, что в чукотско-камчатском праязыке «лахэ» — это мать; отсюда прачукотское «(х) эллахэ» и ительменское «лахск» с тем же значением. А вот слово олень в прачукотском — «(х) эльве» — имеет хотя и схожую, но все-таки иную форму; вероятно, понятия олень и мать (Богиня-Мать?) в прачукотском языке уже обособились.
Примечательно, что один из языков-изолятов Дальнего Востока — нивхский — тоже знает слово «лах», но здесь оно означает главную часть остроги, А это уже скорее фаллический, мужской образ. Возможно, нивхский язык отражает стадиально более позднюю фазу, когда изначальный гиперборейский теоним (реконструируем его как *ELI или *ELA) стали соотносить уже не с Богиней-Матерью, а с мужским началом.
Тогда, очевидно, в русском олень (елень) — н— является притяжательным аффиксом, а все слово будет означать «принадлежащий Богине» или Богу, «Божий». Получается, что и дошедшее до нас в античной традиции имя гиперборейца Олена переводится так же.
На примере теонима *ELI можно поговорить в целом о реконструкции сакральной лексики в праязыках. Очевидно, что методами чисто лингвистической компаративистики теоним не воссоздается. Однако его морфему, как мы видели выше, допустимо отыскать с помощью приемов сравнительной мифологии — в том случае, если в нескольких архаичных традициях выявляется повторяющаяся словоформа со сходной семантикой (желательно, чтобы это сходство имело место сразу по нескольким осям соответствующей ассоциативной матрицы).
А вот атрибуты, оттенки значения этого теонима, ныне непонятного лингвистически, можно выявить уже в рамках обычной лингвистической компаративистики, — для того праязыка, в котором этот теоним предположительно «читался» как понятное слово, со всеми сопутствующими цепочками однокоренных морфем. Конечно, возможны омонимия и вторичная ассимиляция внешне схожих словоформ. Но, тем не менее, представляется вполне допустимым реконструировать (подобрать в уже существующих словарях глубинных этимологий) для данного теонима или иного сакрального термина устойчивый (как синхронический, так и диахронический) набор смысловых и языковых коннотаций. А это, в свою очередь, дает возможность богословского (мифологического, ритуального и т. д.) истолкования.


Утерянное слово волхвов.

В процессе работы над реконструкцией гиперборейского лексикона у автора этих строк неоднократно возникала крамольная мысль о том, что многие лексемы, безусловно, сакральные и древние, в ностратической и борейской ретроспекции «смыкаются» друг с другом, указывая на какое-то общее для них, бесконечно глубокое в своей многоуровневости слово. Степень его сакральности, видимо, должна была быть еще более высокой, чем у слов-потомков. Понятно, что попытка конкретизировать такое изначальное слово (Утерянное Слово некоторых более поздних религиозных традиций) — предприятие дерзкое и уязвимое с позиций любой науки. И все же, вероятно, имеет смысл поговорить о результатах (пусть не окончательных) такого рода разысканий.
Слово это, если опустить промежуточные, полуинтуитивные рассуждения, в фонетической записи получилось примерно таким: *?whVLGwV. В этой неудобочитаемой морфеме первые три буквы образуют единый, монофонематический комплекс (назализованный лабиовелярный, то есть огубленный звук с аспирацией, придыханием). V, как принято в компаративистике, — это гласный неизвестного качества, а Gw обозначает лабиовелярный звук, который в диалектных вариантах, или в диахронии, мог, видимо, трансформироваться в последовательность двух звуков, G и W. Согласные звуки переданы прописными буквами; в компаративистике это означает, что они реконструированы приблизительно, и на месте L может возникнуть R, a на месте G — K (Gh, Kh).
Начальная фонема, столь сложная в написании и произношении, исключительно продуктивна в своем диахроническом развитии. Как показывают сравнительно-лингвистические исследования, она может систематически переходить в gw, g, gh, b, bh. Далее, gw иногда дает w, которое в принципе со временем может вообще исчезнуть, и тогда из нашего Утерянного Слова получатся исключительно важные корневые основы типа ARG, ALG, отчасти рассмотренные выше. Если же указанная трансформация произойдет в конце Утерянного Слова, то из него могут образоваться лексемы wVl-, bVl-, открывающие путь бесчисленным дериватам со значением величия, белизны и т. д. А выпадение начального w приводит к одному из древнейших именований Бога — Эл, Эль.
Если предположить, что экзотические для индоевропеистики чередования звуков, имеющие место в валлийском, то есть кельтском, индоевропейском в своей основе, языке (например, в начале одного и того же слова р может заменяться на b и даже на mh), — это наследие субстратного (палеоевропейского? гиперборейского?) произношения, то цепь звуковых чередований приводит к формам MLG, MLK. Отсюда — и хорошо известные библейские и коранические именования ангелов и царей (malaq-, meleq— и т. д.), и еще одно семантическое поле, также восходящее (согласно этимологиям «Вавилонской Башни») в своих истоках к палеолиту и связанное с образами женского начала, материнской груди, молока. В этой же «валлийской» матрице оказываются и формы BLG, BRK, PLG, PRK. А от них — и русское благо, и афразийские слова с корневой основой brq и со значением сияния, благодати, и греческое (фракийского происхождения?) ????????, крепость, восходящее к ностратическому обозначению твердыни…
Гипотетически, в первом приближении, без систематической проработки, можно предположить, что от этого Утерянного Слова происходят, помимо вышеупомянутых, такие различные, но глубоко значительные термины и именования, как влага, валькирия, Валгалла, вёльва, вали (в исламской культуре носитель благочестия и сокровенных знаний), vil или vel — древнеисландский терминологический аналог алхимического Искусства. Русалки-вилы славянской мифологии; библейское возглашение «Аллилуйя» (находящее неожиданную аналогию в названии главного праздника ительменов Камчатки — «Алхалалалай»); имя древнерусского бога Велеса; название горы Пялкинпорр в священных для Кольских саамов Ловозерских горах (об этой горе пойдет речь в одной из глав книги, которую вы держите в руках), — перечень легко можно продолжить. Нельзя не заметить, что (по крайней мере, на первый взгляд) одним из самых точных фонетических эквивалентов предложенному Утерянному Слову является русское слово, безусловно, древнее и сакральное, — волхв. Можно, естественно, вспомнить и Волгу, если, конечно, ее название не состоит из двух самостоятельных словоформ.
Разумеется, часть из обозначенных этимологий может оказаться ошибочной либо неточной. Для корректных выводов нужна привязка регулярных чередований звуков к вполне определенным, уже реконструированным промежуточным праязыкам, к их лексическому составу. Впрочем, не исключено, что на месте забракованных этимологий при этом обнаружатся новые, еще более важные и впечатляющие.
На этом пока закончим краткий гиперборейский лексикон (к некоторым другим его терминам мы обратимся позднее).
озможно, следует связать с более древней, борейской протоцивилизацией «традицию тетрады», четверицы. Ведь именно в памятниках этой традиции часты изображения четырехконечных крестов — простой и, возможно, наиболее древний символ священного Полюса, а может быть, и полярного материка. Применительно к археологии Восточной Европы, пожалуй, действительно можно говорить о том, что памятники, обозначенные нами как борейские (днепровско-деснинские, «триадические»), в целом моложе «тетрадических» (моравских и донских).
Однако обе эти традиции вполне могли сосуществовать: ведь их истоки прослеживаются вплоть до мустьерской эпохи (до времен неандертальских, по общепринятой терминологии, хотя вопрос о неандертальском периоде и его роли в общем процессе антропогенеза в настоящее время подвергается пересмотру, и многие ученые склоняются к выводу, что неандертальцы явились побочной и бесперспективной ветвью эволюционного развития). Да и полярный символизм присутствует в обеих традициях. Коль скоро мы считаем символом Полюса изображения «сомкнутого креста», равноконечного креста в круге{118}, то нельзя не отметить, что центр этой композиции иногда бывает обозначен тремя кругами, образующими равносторонний треугольник. Один из примеров — выкладки из камней в горах Алтая, исследованные Е. А. Окладниковой. Разумеется, они сложены не в палеолите, а много позже (I тыс. н. э.), однако в традиционных культурах священные символы воспроизводятся из тысячелетия в тысячелетие, и святилище, сооруженное даже в XX веке, может в своей основе воспроизводить палеолитические образцы, хотя, разумеется, строго доказать это весьма затруднительно.
В таком случае можно предположить, что центральная часть такой композиции, состоящая из трех кругов, обозначает Полярную Гору, подобную Горе Меру индуизма: треугольник (вершиной вверх) является одним из ее традиционных символов. Или же это три священных камня, на которых изначально «утвержден мир» — образ, известный еще византийской и древнерусской апокрифике христианской эры (косвенное указание на то, что и в таких сравнительно поздних источниках можно найти очень архаичные мотивы). Выходит, что «традиция триады» столь же глубоко связана с полярным символизмом, как и традиция, тяготеющая к изображениям «гиперборейского креста» и вообще к четверичным построениям.
Разумеется, числовой код — критерий вовсе не абсолютный, и эти выводы нуждаются в дальнейшей проработке и верификации какими-то иными, независимыми источниками. В дополнение к тому, что на четверице построены многие сакральные традиции Нового Света, можно указать, что она была священна и в пифагорействе, которое таким образом «встраивается» в линию духовной преемственности гиперборейской протоцивилизации. Это свидетельствует о справедливости заключений Б. А. Фролова относительно числовых ритмов палеолита: если бы «традиция тетрады» сохранилась лишь на американском континенте, эти заключения были бы менее убедительны.
Археологи, изучающие палеолит Восточной Европы, обратили внимание и на другие особенности тех направлений в духовной культуре, которые мы называем «традицией тетрады» и «традицией триады». В памятниках искусства первой из них (в Моравии и на Дону) центральное место заняли мамонт и другие млекопитающие, обитатели суши, но нет достоверных фигур рыб, змей. Напротив, в памятниках Поднепровья и бассейна Десны искусство не дало образцов «сухопутной» фауны, но есть фигурки птичек, а также рыб и раковин: искусство здесь отобразило представления главным образом о небесном и подводном мирax, тогда как мир земной, в его четырех кардинальных горизонтальных направлениях, нашел отражение в «тетрадической» культуре{119}.
В контексте историософских построений XX века напрашивается сопоставление с традиционалистским разграничением «народов суши» и «народов моря», гиперборейской традиции и «атлантизма». Вероятно, определенный смысл в этом сопоставлении есть, но наверняка конкретно-историческая ситуация была сложнее. При механическом переносе этой парадигмы на двадцать тысячелетий назад под категорию «атлантизма» подпадают и истоки всей индоевропейской культуры, с чем не согласился бы ни один традиционалист.
В «палеолитическом дискурсе» многие хорошо известные образы и символы сакрального искусства оказываются восходящими к борейской протоцивилизации. Например, знаменитый античный орнамент в форме меандра — вовсе и не античный, а палеолитический: он встречается в мезинской культуре (бассейн Десны — «традиция триады»). Сейчас многие ученые убеждены, что тут имеет место прямая генетическая связь.
К тому же направлению гиперборейской духовной культуры, к «традиции триады», по-видимому, относится и символ спирали, связанный с образом раковины. На палеолитических поселениях Поднепровья нередки находки морских (черноморских) раковин (подчас за сотни километров от моря). Они использовались как бусины или нашивались на одежду. Ученые спорят, служили ли эти раковины средством обмена или добывались во время дальних сезонных перекочевок к морю. Но в данном случае это не столь важно: главное, что рожденная самой природой спираль занимала важное место в иерархии образовКаким божествам молились в этих ландшафтных святилищах? Индоевропейское божество «сияющего неба», о котором свидетельствовал Геродот — Зевс, Дьяус, Дий, — это образ безусловно мужской, образ царя богов. Но что касается гораздо более архаичных святилищ Севера (сейды, сложенные из камней, конечно, сооружены недавно, но воспроизводят очень древние модели: культуры Севера в высочайшей степени традиционны), то они, вероятнее всего, были посвящены Великой Богине-Прародительнице.
Именно с ее культом легко соотносятся и сакральные объекты горы Нинчурт. Напомним, что название ее переводится с саамского как Женские Груди. А выявленные на этой горе мегалитические памятники — скальные галереи — вполне могут быть сопоставлены с очень важной и очень древней мифологемой горы как храма и одновременно как материнского лона Великой Богини. Такие представления о священных горах подтверждаются не только этнографическими данными, сравнительно недавно зафиксированными, и не только построениями мифологов традиционалистской школы, но прежде всего действительно древними источниками. Так, доказано, что в древних культурах Месопотамии и Северного Причерноморья, в мегалитическом искусстве Западной Европы (IV–III тыс. до н. э.) храм Великой Матери был символически равнозначен ее лону, рождающему все живые существа{128}. В этих раннеземледельческих культурах такой первоначальный храм представлял собой хижину, сплетенную из тростника. В более древних культурах, в том числе палеолитических, храмом Матери являлась пещера в горе или сама гора. Об этом свидетельствует, в частности, «Ригведа», которую по праву называют не только старейшим творением индоарийской культуры, но и, по сути, памятником гораздо более древней культуры — общеиндоевропейской.
В пятой мандале «Ригведы» сказано: «Перед этим гимном (разверзлось) чрево горы для первого рождения великих (зорь)». Понятие «чрево» здесь передано словом garbha, которое, в частности, означает «материнское лоно». Из него рождаются «великие зори» — те «тридцать зорь-сестер», в честь которых, согласно Б. Г. Тилаку, на северной родине предков индоевропейских народов слагались величественные гимны; их исполнение знаменовало окончание полярной ночи и торжество Света.
Как знать: быть может, такие гимны возносились некогда и в Российской Лапландии — не только у мегалитов горы Нинчурт, но и на другой ловозерской горе — Карнасурт, обследованной автором этой книги в 1998 году?
…Почти у самой вершины горы Карнасурт — у края ее просторного вершинного плато — бьет удивительно мощный родник. Среди сумрачных каменных глыб, в зоне высокогорной полярной пустыни, рождаются упругие, хрустально-прозрачные струи — обычно такими полноводными родники бывают гораздо ниже, в зоне тайги, где лес не дает им иссякнуть.

Необычно и обрамление родника: первые два десятка метров его вода течет вдоль геометрически правильной, наклонной скальной стены, рассеченной трещинами и похожей на каменную кладку искусственно созданного канала. С противоположной стороны скала образует несколько ступеней; они возвышаются небольшим амфитеатром, напоминающим тот, что находится на горе Нинчурт и был интерпретирован как нерукотворное святилище Великой Богини.
Родник в нерукотворном амфитеатре горы Карнасурт — это исток реки Эльморайок. Ниже по склону новорожденный ручей сливается с другими, более скромными ручейками; они вытекают из-под камней, образуя крошечные зеленые оазисы в безжизненном высокогорье. Река Эльморайок впадает в священное Сейдозеро; возможно, оно представляет собой лишь своеобразную запруду на ней, и когда-то вся эта глубоко чтимая саамами долина в Ловоозерских горах была долиной реки.
Название горы Карнасурт, где рождается река, как мы предположили выше, связано с образом Мировой Горы; в саамском языке оно было переосмыслено как «Гора Ворона»: в ее очертаниях видели гигантскую птицу, раскинувшую крылья и прильнувшую к земле. Уже одно это название может указывать на связь с очень древним пластом северной мифологии: культ божественного Ворона-Творца на протяжении тысячелетий был распространен у многих народов Северной Евразии и Нового Света. Причем в наиболее архаичных версиях мифа этот Ворон предстает не мужчиной, а женщиной, и не черной, а белой*. Скорее всего, это тот же хорошо знакомый и северорусским, и угро-финским преданиям образ Богини-Птицы (Лебеди, Утки, Гусыни), творящей мир. В таком случае что означает имя реки Эльморайок, рожденной на груди Богини-Птицы? «Иок» — по-саамски «река», «эльмора» — толкуют как «метельная», но это слово очень похоже и на имя небесного божества саамов — Ильмарис. А «ильма» по-саамски — «небо»…
В лингвистических соответствиях легко заблудиться. Помочь тут может миф, объединяющий разрозненные словесные образы в стройное целое. И такой миф есть, хотя и не в арктической, а в иранской мифологии: священная Гора, с вершины которой стекает река Ардвисура (так же зовут и прекрасную богиню этой реки); сохранилось и иранское изображение гигантской птицы, несущей в лапах богиню Ардвисуру. Гора в Российской Лапландии буквально воспроизводит древнеиранский миф! Еще одно указание на полярную теорию происхождения индоевропейцев. Во всяком случае, эта теория легко объясняет и загадку древнепермской бронзовой фигурки, весьма похожей на иранскую. Посмотрите на рисунок: та же могучая птица несет крылатую богиню, которую чтили в Северном Приуралье.
Получается, что на горе у истоков реки Эльморайок — нерукотворный храм Владычицы небесных вод? Этот образ, кстати, близок и понятен каждому, кто знаком с народной русской культурой, сохранившей многие сюжеты очень архаичных мифов. Одна из форм небесных вод в русском фольклоре — это роса, которую называют ключами от неба. А Владычица росы, отворяющая небесные врата, — это Заря-Заряница, богиня зари. Роса — ее слезы, целебные и дарующие богатырскую силу слезы Небесной Девы, которая одновременно «Мати и Царица». Даже само русское слово «роса», по убеждению Н. Р. Гусевой, почти повторяет санскритское слово «раса», которое, в частности, означает не только «роса», «сок», но и «эликсир бессмертия». «Расаяна», «путь росы» — это искусство алхимии у древних индийцев, искусство обретения бессмертия.
Не удалились ли мы от северных реалий? Ничуть. В мифологии Севера тоже есть сюжет (по мнению ряда ученых, общий для арктической культуры Старого и Нового Света), который вполне соответствует нашему «мифу горы Карнасурт». Речь идет о божественном Вороне, который проклевывает небесную твердь, открывая путь Заре. Впрочем, все сказанное — лишь общие контуры этого древнего северного мифа. Мы, например, так и не восстановили точный смысл имени «реки Эльмора». А параллелей тут немало. Сознавая всю рискованность таких сопоставлений, отметим, что в самых разных языках, впрочем, восходящих к единому борейскому праязыку, этот корень входит в слова, имеющие сакральный смысл. Помимо уже упомянутых саамских слов можно назвать финское ilmetд — «возникать, проявляться»; арабское «ильм» — «знание, мудрость»; древние афразийские слова «альма» — «дева» и «олам» — «мир». «Альма» — это также первая буква вестфальского магического алфавита в средневековой Западной Европе; АЛМР — мистический слог в начале 13?й суры Корана; Эльмира — женское имя у некоторых мусульманских народов (в исламе имена людей всегда глубоко сакральны). А в борейском праязыке, на котором говорили на просторах Севера более 10 тыс. лет назад, «лам» — «влага» и «рэ» — «Солнце, рассвет». Тогда «Эльмора» — «Воды Зари»?
…На восток от горы Карнасурта тянется, чуть отклоняясь к северу, узкое и длинное нагорье. Одна из его пологих вершин называется Кемесьпахкчорр, что переводят с саамского как «Гора любви». Да, действительно «Гора любви», но только в птичьем облике, поскольку «кемесь», «кимас» в некоторых уральских языках означает «любовь птиц», глухариный ток… Не скрывается ли за этим продолжение не дочитанного нами «мифа горы Карнасурта»? Похоже, что так. Тем более что «Гора любви» указывает на восток, где восходит заря, где — в сокровенном пространстве мифа — воскресает посвященный в древние таинства человек, да и весь страждущий и взыскующий бессмертия мир…
Наверное, у читателя может возникнуть вопрос: а как же кольцевые, круглоплановые святилища типа Стоунхенджа или Аркаима? Они тоже почти «ландшафтны», открыты Небу; они были широко распространены в Евразии — и у кельтов, и у славян, и у тех народов, которые, видимо, были непосредственными предками иранцев. Образ святилища, в кольце столпов (или стоячих камней), затрагивает в душе какие-то сокровенные струны: недаром в славянской культуре он «дожил» до Серебряного века, до поэзии символизма (сборник «Ограда» В. Пяста). Были ли подобные святилища в российской протоцивилизации? Были ли там лабиринты — эти загадочные сооружения Северной Европы, трактуемые многими мифологами и краеведами как своеобразные храмы или их изображения, посвященные небесным светилам?{129}
Принято считать, что эти круглоплановые святилища возникли не ранее неолита — при переходе к системе хозяйства, основанной на земледелии и скотоводстве. И действительно, обнаруженные на сегодняшний день памятники относятся к этой эпохе. Однако символ лабиринта, в его «классической» европейской форме, известен и традиционной культуре индейцев Северо-Запада Америки; значит, можно предположить палеоарктические, гиперборейские истоки этого образа. Точно так же и «вар» («вара») — наверное, самый известный из символов «Авесты»: с одной стороны, по тексту, это концентрическое круглоплановое укрытие для скота (реалии неолитической эпохи); с другой стороны, создание «вара» связано именно с тем древнейшим «пластом» в авестийской традиции, который соотносится с представлениями о северной прародине («вар» призван укрыть от резкого похолодания, засыпавшего землю снегом до горных вершин).
Наверное, можно высказать предположение и о том, что классическая форма греческого амфитеатра восходит к описанным выше ландшафтным святилищам горных цирков. Греческий амфитеатр вырубался в скале, становясь как бы естественным образованием (римский — возводился как искусственное сооружение): в сущности, та же техника, что предположительно применялась и при создании галерей горы Нинчурт. Известно, что греческий театр обязан своими истоками мистериальной традиции. А она, в свою очередь, как попытался показать автор этой книги, укоренена в ностратической праистории…

ОБЕТОВАННАЯ ЗЕМЛЯ АЛАХСХА

В этой главе речь пойдет о наследии удивительной страны, которой ныне нет на географической карте и которая упоминается лишь в трудах исследователей Крайнего Севера. Условное имя этой страны — Берингия. Впрочем, мы попытаемся «раскопать», средствами «лингвистической археологии», и ее исконное имя.
Разумеется, для основной темы этой книги важно не только это изначальное название. На том пути к Полюсу, который мы наметили в своих исследованиях дальневосточной праистории, Берингия — самое северное, на нынешний момент, «звено»; к тому же она в те времена, когда океанский шельф был сушей, представляла собой промежуточное звено между Евразией и Северной Америкой. И коль скоро мы предположили циркумполярный характер гиперборейской протоцивилизации, то вправе ожидать, что в наследии Берингии отыщутся следы полярного символизма (в лингвистической, изобразительной и других областях), объединяющие духовную культуру Старого и Нового Света.
Берингия существовала десятки тысяч лет (в эпоху верхнего палеолита), причем это был, по мнению большинства ученых, не просто узкий перешеек на месте современного Берингова пролива (либо цепь островов), а действительно огромная страна. Ширина берингийской суши (в меридианальном направлении) достигала, по-видимому, 1000–1200 километров! И самое главное, эта суша, даже во времена самых сильных похолоданий, никогда не была полностью покрыта ледниками. Оледенений в интересующее нас время здесь было два: зырянское (70–50 тыс. лет назад) и сартанское (27–10 тыс. лет назад), однако они носили горно-долинный характер. Просторные, раскинувшиеся на сотни километров прибрежные равнины были свободны ото льда и изобиловали жизнью. Здесь обитали не только мамонт, овцебык и шерстистый носорог, но также олень (как северный, так и благородный), лось, бизон, лошадь… Особенно впечатляющая по своим размерам, около 500 километров шириной, равнина протянулась севернее нынешней линии арктического побережья, от Таймыра до Аляски{159}; современные Новосибирские острова и остров Врангеля возвышались над этой равниной в виде гор, покрытых вечными снегами.
Вряд ли даже самый строгий скептик станет возражать против того, что здесь было все необходимое для жизни человека. Зимние морозы в этих краях, по оценкам палеоклиматологов, составляли всего около 40 °C (по сибирским меркам это норма; впрочем, некоторые ученые полагают, что в условиях необычайно мощного зимнего антициклона в полярном регионе в периоды сильных похолоданий мороз доходил до 100 градусов). Причем и в периоды межледниковья, когда происходило наступление океана на сушу (порой более значительное, чем сейчас: даже Камчатка становилась островом) и Берингия «распадалась», существование человеческой культуры вполне могло продолжаться без всяких перерывов. Тем более что тогда на протяжении тысяч лет здесь было теплее, чем сейчас, и даже на Чукотке росли сосны!
Современная наука еще плохо представляет себе древнейшую историю Берингии и прилегающих регионов. Идут споры о путях древних народов, о времени заселения тех или иных областей, но представляется, что для нашей основной темы эти споры все же носят частный характер. Преобладали ли в миграционных потоках на Аляску и далее на просторы Нового Света представители народов, известных по археологии Якутии (концепция, которую отстаивает Ю. А. Мочанов), протоительмены (Н. Н. Диков), или же палеоиндейские культуры развивались по большей части автономно (И. П. Ларичева), — все эти народы, согласно предложенной нами терминологии, составляли единую палеоарктическую, борейскую протоязыковую и культурную общность.
Наследниками этой общности, применительно к Берингии, в известном смысле стали северные палеоазиаты (прежде всего чукчи), алеуты и эскимосы. «В известном смысле» — потому, что происхождение предков этих народов связывают не с крайним северо-востоком Азии, а с Охотским регионом или глубинными областями Северной Азии (бассейн Енисея); часть протопалеоазиатов вполне могла прийти и из более южных краев. Однако, переселившись в Берингию из этих областей (к слову сказать, тоже, как правило, «гиперборейских» в широком смысле слова), предки палеоазиатов и эскалеутов (еще до их разделения на эскимосов и алеутов), по-видимому, восприняли какие-то культурные элементы у здешнего автохтонного населения (возможно, оно было родственно древним протоительменам, чья культура уже не является «белым пятном», во многом благодаря исследованиям Н. Н. Дикова).
И в этом многогранном берингийском наследии обнаруживаются представления и образы, которые трудно истолковать иначе, чем как отголоски палеоарктической религиозной мифологии и космологии, имеющей четкую полярную направленность. Достаточно упомянуть, что у чукчей Полярная звезда отождествляется с небесным зенитом{160}: такая ситуация возможна только на Полюсе! Чукчам знакомы и представления о мистическом путешествии к Полярной звезде. В одной из их мифологических сказок о летающих шаманах (тоже, кстати, гиперборейский мотив, известный в берингийском регионе также эскимосам) очерчен образ пяти бубнов: четыре оказались несовершенными, непригодными, а на пятом — центральном — бубне шаман летит к Полярной звезде{161}. Если графически представить эти бубны, получится равноконечный крест с четко выделенным центром — простейший символ Гиперборейского материка…
Даже происхождение животных в чукотской мифологии связано с Полюсом. Обитающее на Полярной звезде божественное существо Гынонканон («Центр Вершины Вселенной») хранит у себя «в ящиках» тюленей, моржей, оленей, зайцев и прочих животных (птицы живут в другом месте, «за морями») и по мере надобности ниспосылает их на землю{162}.
«Звери в ящиках» — образ, безусловно, натуралистичный и не противоречащий стереотипу «примитивной» мифологии. Однако, несмотря на наличие таких образов, полярные мифологические мотивы палеоазиатской традиции отличает в целом высокий уровень абстрагированности, вроде бы не соответствующий тому, чего, согласно общепринятым представлениям, можно ожидать от общества эпохи «разложения первобытнообщинного строя», не соответствующий этнографическим реалиям XIX — начала XX в., когда учеными производились записи палеоазиатского фольклора. В мифах чукчей упоминается божественный Творец — Тэнантомгын, чьей обителью является Полярная звезда (видимо, это и есть упоминавшийся выше Гынонканон). Он представляется существом безусловно благим, но не имеющим человеческого антропоморфного облика (определенный антропоморфизм в его описаниях, как ни парадоксально, появляется в отдельных случаях лишь под явным влиянием христианства, которое в целом гораздо более умозрительно и «философично», нежели верования коренных народов Севера){163}.
Что касается материальных памятников Древней Берингии (разумеется, мы сейчас можем говорить только о той ее части, что находится выше уровня океана), то, наверное, необходимо упомянуть об обнаруженных в XX в. на Чукотке (а ее древняя культура, в том числе во внутренних, континентальных регионах, предстает в свете последних открытий неожиданно высокой) кольцевых каменных структурах. Это и выложенное в технике валунных стен главное святилище знаменитой «Китовой аллеи» на берегу пролива Сенявина, и кольцевые оградки, интерпретируемые как «поминальные кольца», и, наконец, валунные стены крепостей на холмах{164}. Все это не может не вызвать ассоциаций с тем, о чем уже немало говорилось в этой книге (прежде всего, в главе «Волшебные камни в кругах») — с друидической оградой и новооткрытыми памятниками Российской Лапландии.
Конечно, идея ритуального или какого-то иного круга из камней — простого и универсального символа — могла возникнуть у разных народов и независимо друг от друга, но обращает на себя внимание то обстоятельство, что кольцевые валунные стены выявлены в Северной Канаде, а также на Российском Севере: на острове Дивный в Валаамском архипелаге, на Терском берегу Белого моря, во внутренних частях Кольского полуострова. Может быть, здесь мы сталкиваемся с теми же «дальневосточными ключами» к гиперборейским основам палеоарктической протоцивилизации, с которыми уже встречались, сопоставляя лапландский материал с камчатским и охотским? Во всяком случае, кольцевые сакральные структуры оказываются памятниками поистине циркумполярными, расположенными по всей околополюсной окружности — в Европе, Азии и Америке.
Вполне возможно, что какие-то крупные сакральные центры с их массивными, сложенными из больших камней памятниками пережили затопление огромных пространств Берингии и будут со временем обнаружены на дне океана, на шельфе. Память о своей прародине, ныне ушедшей под воду, отчетливо прослеживается в верованиях кереков — малочисленного (ныне растворившегося среди коряков и чукчей) народа Чукотки. Кереков ученые считают «наследниками» более древней, чем палеоазиатская, «волны» заселения этого края. Эти родственники палеоиндейцев, чьи предки, по-видимому, жили в еще не затопленной Берингии, и самими чукчами и коряками воспринимаются как более древнее, предшествующее им население{165}.
Теперь о гипотетическом изначальном имени Берингии. Речь идет об одном алеутском предании, которое зафиксировал святитель Иннокентий (Вениаминов), миссионер и выдающийся этнограф, работавший в Русской Америке в 1820–1830?е годы и издавший впоследствии фундаментальный труд «Записки об островах Уналашкинского отдела». Так вот, алеуты поведали ему, что «предки их произошли и первоначально жили в западной стороне, на какой-то большой земле, называвшейся также Алахсха, то есть материк; и где не было ни бурь, ни зимы, но всегдашнее благорастворение воздуха, и жили мирно и спокойно; но вражды и потом междоусобия заставили их подвигаться далее и далее к востоку; и наконец, они придвинулись к самому морю. Но и здесь не могли оставаться они долго в мире, их теснили другие народы, и потому они должны были искать убежища на островах…»{166}
Как это нередко бывает, в такого рода предании могли соединиться разновременные и «разноуровневые» пласты. С одной стороны, «большая земля» к западу от мест обитания американских алеутов может быть просто азиатским материком. Но алеутская прародина описывается в этом предании как «обетованная земля», где даже нет зимы. И если отбросить весьма маловероятное предположение, что предки алеутов переселились на Крайний Север из субтропиков, то останется одно: земля по имени Алахсха — это баснословно древняя, а потому мифологизированная прародина.
Берингия? Или Гиперборея? Пересказ предания святителем Иннокентием слишком краток для конкретных умозаключений, хотя не может не удивлять общее сходство этого предания с античными повествованиями о «блаженных гипербореях». Можно лишь соотнести название Алахсха с прачукотско-камчатским словом «лахэ», мать (по-ительменски это слово и сейчас звучит как «лахсх»). «А-» в начале слова может, в принципе, в палеоазиатских языках означать отрицание (да, знакомая ныне всем греко-римская форма отрицания — скажем, в словах аморфный — бесформенный, апатия — бесчувствие и т. д. — бытовала и в Древней Берингии!). Однако лингвистам известно, что иногда это начальное «а-» означало, напротив, усиление исходного значения корневой основы (в древнегреческом языке, а также, по-видимому, в некоторых языках догреческой Эллады, входившей в южную часть гиперборейского круга древних культур).
Значит, название «Алахсха» можно в принципе истолковать как «(Земля) Великой Матери»? Разумеется, этот вывод требует детальной проработки, соотнесения с лексической базой реконструируемых древних языков Берингийского региона. Но не исключено, что здесь мы встретились с самым древним из ныне известных названий «обетованной земли» полярного региона — того материка (кстати, наши обыденные слова материк, матерая земля тоже ведь связаны с образом матери!), который греки именовали Гипербореей.

Отредактировано Иванка (2013-04-09 09:28:13)

14

Продолжение:

http://www.k2x2.info/yezoterika/druidy_ … era/p8.php

ГИПЕРБОРЕЯ ПАЛЕОИНДЕЙСКАЯ

История Берингии, насколько можно о ней судить, свидетельствует о палеолитической культурной общности не только применительно к Северной Евразии, но и ко всей околополярной области. А значит, правомерно попытаться и в палеоиндейских культурах (прежде всего на севере континента, на территории бывшей Русской Америки) отыскать следы гиперборейского субстрата, о которых в этой книге говорится достаточно подробно на евразийском материале.
Вот только будут ли убедительными результаты таких разысканий? Сравнительное языкознание и сравнительная мифология еще не разработали вопросы глубинного родства культур Старого и Нового Света столь тщательно, как это сделано, скажем, в области ностратических языков и культур; исследования такого рода немногочисленны (работы Е. М. Мелетинского, С. А. Старостина, В. В. Шеворошкина, Ю. Е. Березкина, А. Г. Каримуллина и некоторых других авторов), да и сами их авторы подчеркивают предварительный характер своих выводов. Поэтому ограничимся лишь несколькими частными культурологическими реконструкциями. Хотя надо сказать, что даже «консервативная» по своей природе археология предоставляет весьма важный материал для этих реконструкций.
Одна из древнейших археологических культур Старого Света, которая может быть признана родственной культурам палеоиндейским, выявлена на Камчатке. Это ранняя ушковская культура, существовшая 15–11 тыс. лет назад (получила название по стоянке Ушки). Изучавший ее археолог Н. Н. Диков отмечает сходство камчатских кремневых орудий с теми, что были обнаружены на Аляске, на поселениях культуры бритиш-маунтин (20–18 тыс. лет назад), и даже южнее, в Центральной Америке (примерно 13–10 тыс. лет назад существовал «сквозной» сухопутный проход из Евразии в Америку; он не прерывался тогда ни водными преградами, ни ледниками и вел через Берингию и Аляску на юг Нового Света, между Кордильерским и Канадским ледниковыми щитами). Причем, как ни странно, в палеолите Сибири, соседствующей с Камчаткой, не обнаружены аналоги ранней ушковской культуре{167}.
Можно ли на данном основании предположить, что эти археологические культуры происходят от гипотетической культуры-прародительницы, существовавшей еще севернее — на нынешнем шельфе Ледовитого океана или на каких-то остатках континента Гипербореи? Наверное, такое предположение не лишено смысла. Небесперспективны и поиски следов этого «аляскинско-берингийского» локального варианта общей гиперборейской протоцивилизации в наследии здешних народов, живших в более близкие к нам эпохи. Ведь, по мнению большинства археологов и этнографов, Дальний Восток и Аляска сохраняли традиции единой по происхождению культуры, по крайней мере, до IV–III тыс. до н. э.{168}
Да и позднее, в неолите, новокаменном веке родственные культуры (на высокоспециализированной охотничье-рыболовческой основе) прослеживаются на огромной территории — от Волго-Окского междуречья до Беломорья, от Приладожья до Прибайкалья и Камчатки (эти культуры объединяла керамика с орнаментом из ямок и отпечатков гребенчатого штампа). В приполярной Европе эти традиции сохранялись вплоть до середины I тыс. н. э., а в Северной Азии и Америке — вплоть до самого недавнего, «этнографического» времени: у таких народов, как юкагиры, нганасаны, ханты, манси, нанайцы, нивхи; в Новом Свете — у алгонкинов, атапасков Аляски, индейцев Северо-Западного побережья Тихого Океана{169}…
Думается, этот перечень убеждает, что индейцы Русской Америки действительно могут для своего региона считаться наследниками гиперборейской протоцивилизации. Вот только что конкретно можно сказать о культуре их далеких предков?
Прежде всего, отметим, что их природное окружение в верхнем палеолите было (во всяком случае, в некоторые периоды времени) более благоприятным, чем сейчас. Об этом свидетельствуют, в частности, раскопки 1990?х годов на Аляске, на полуострове Сьюард. Здесь был обнаружен слой вулканического пепла возрастом 17 тыс. лет; под этим слоем оказался «законсервированный» участок древней поверхности земли времен Берингии. Это была тундровая равнина, которая изобиловала травоядными животными и водоплавающей птицей (озер здесь тогда было больше, чем сейчас){170}.
Это лишь материальная база. А культура здешних гипербореев? Если судить по этнографии северных индейцев, исключительно стойко хранивших традиции предков, в Гиперборее Палеоиндейской пользовались достаточно изысканной, легкой, красивой и гигиеничной посудой из бересты и дерева, как и на Русском Севере. Относительно прочной и «стильной» одежды из кожи и меха можно особенно не распространяться: у индейских народов она не только дожила до XX века, но и оказала колоссальное воздействие на разработки многих современных модельеров.
Разумеется, в реконструкции духовной культуры ситуация более сложная. Но и здесь заметны важные для нашей основной темы северные мотивы, которые можно соотнести с полярным символизмом или даже с представлениями о Гиперборее. Один из таких мотивов есть в общем для Северо-Восточной Азии и Северной Америки эпосе о божественном Вороне — творце мира. В палеоазиатском эпосе, отразившем «реликты» космогонического мифа, говорится о сакральном браке Ворона с Гусыней (или Уткой); у атапасков Аляски Ворон вступает в этот брак, необходимый для сотворения мира, с Лебедью, после чего они летят на юг. Ворон останавливается отдохнуть на скале посередине океана и создает в этом месте сначала остров, а затем и материк — Аляску. В палеоазиатском материале этот рассказ о перелете через океан отсутствует{171}.
Сюжет глубоко значительный. Ведь получается, что место сакрального брака Ворона и Лебеди находится еще севернее, чем аляскинское Заполярье: в Гиперборее? Конечно, миф (тем более, его отголоски) — это не историческое свидетельство, но в рамки полярного символизма тут «укладывается» и образ скалы посередине океана, традиционно соотносящийся с мифологемой Полярной Горы, Первичного Холма в изначальном Океане. Причем в атапаскском мифе косвенно присутствует и мотив Демиурга в образе божественной Птицы, ныряющей на дно океана и достающей оттуда «материал» для сотворения мира. Но ведь «миф о ныряющей Птице» — это общий космогонический миф для многих народов Евразии и Северной Америки, от русских поморов и карел до нганасан и юкагиров, возможно, связанных генетически с палеоиндейской культурой, до индейцев алгонкинов и сиу (это убедительно показывает в своих работах В. В. Напольских){172}. Высказывается обоснованное предположение о праурало-алтайском происхождении этого мифа и его проникновении в Америку лишь в X тыс. до н. э.; однако и гиперборейская версия его происхождения, как в Лапландии, так и в Новом Свете, представляется не менее убедительной.
Немало интересного в палеоиндейских исследованиях открывает и «лингвистическая археология».
Начнем с данных русского языка. Всем известно слово «закуток» — уголок, укромное место. Происходит оно от общеславянского «кут» (kat), чаще всего переводимого как угол; согласно Словарю В. Даля, в русской избе это мог быть или второстепенный, «бабий», или, наоборот, почетный угол. Есть в русском слово «кутать» — укрывать, прятать; есть и ныне полузабытое «котец» — кошель, запруда для ловли рыбы. В чешском языке это последнее слово означает маленький дом. У этого слова — глубокие индоевропейские корни: например, в авестийском языке древних иранцев kata — это комната, кладовая (см. Словарь М. Фасмера. Т. II. С. 351).
Исследуемый корень есть и в ностратическом словаре В. М. Иллич-Свитыча. Слово *kadV в ностратическом праязыке означало сплетать (из прутьев) (ОСНЯ, № 192); в русском языке сохранились, пережив 10–15 тысячелетий, рефлексы этого слова: «котец, коты» — плетеное сооружение, плетенка для рыбной ловли.

В. М. Иллич-Свитыч отмечает, что в этом же ряду находится латинское catinus, миска — слово, первоначально означавшее плетеная посуда.
На первый взгляд, все это — лексика сугубо бытовая. Интересно, что и латынь сохранила северный образ плетеной посуды (наподобие русских туесов) в условиях давнего господства в Средиземноморье посуды керамической. Однако ведь и одно из средневековых именований образа, священнейшего для европейского эзотеризма, — образа Грааля — это Sacro Catino, «Святая Чаша». То есть в буквальном, изначальном смысле речь тут идет о чаше именно плетеной, палеоарктической. Европейская мифология сохранила и родственный Граалю образ «корзин изобилия», хотя невозможно точно установить, восходит ли этот образ к борейской культуре или возник позже.
Однако, что касается самого корня kot-, kut-, то он уверенно прослеживается и на уровне более древнем, чем ностратический. Об этом свидетельствует лексика языковых семей, контактировавших в верхнем палеолите с ностратическими регионами. Скажем, в коптском языке Египта (раннехристианской эпохи) мы обнаруживаем слова «котэ» — окружать и «экот» — строитель. В очень древних по происхождению языках синокавказской макросемьи «куат», «кот», «кхат» могло означать двор, квартал, улица, проход. В почти исчезнувших ныне (но очень важных для реконструкции древнейших контактов Старого и Нового Света) енисейских языках «коат», «кат», «кут» — это дорога, путь{173}.
Здесь в образ огороженного, «оплетенного» пространства привносится идея движения, которая тоже вполне могла изначально соотноситься с гиперборейскими определениями святилища. Но, видимо, главный смысловой оттенок исследуемого корня — это мотив ограды, что подтверждается и данными дальневосточных языков-изолятов, «языков-заповедников». Скажем, у айнов «кутеки» — частокольная изгородь для охоты на оленей{174}; «куту» — изготовленная из загородок рыбная ловушка (почти как в русском языке!); «кут» — пояс; «каси» в древнеайнском означало дом{175}. У нивхов «кэть» — деревянное корыто (типологически родственное плетеной посуде, о которой говорилось выше), а «кути» — безусловно, сакральный и очень важный для нашей темы термин — отверстие, связующее мир людей с миром иным, запредельным: через это отверстие (один из традиционных образов Полюса Мира) лебеди осенью улетают в иной мир{176}.
Подобные оттенки смысла этого древнего корня отслеживает в своих исследованиях и В. Э. Орел, сопоставляя ностратическое *kadV — сплетать (из прутьев) с афразийским (семито-хамитским) «код» — сосуд, а также с синокавказским «кэмдэ» — ограда, стена{177}. И, наконец, подтверждение правильности предположения о гиперборейских истоках этого корня дает языковой материал, собранный у индейцев Русской Америки. В языке тлинкитов, обитателей Крайнего Севера Нового Света, плетеный сосуд, по данным начала XX века, обозначается словом «кат»! У некоторых индейцев северо-запада Америки, живших южнее тлинкитов, подобные сосуды (или плетеные сетки) именовались схожим образом{178} (первый согласный этого корня у них превращался в «ш» или «ч»).
Итак, получается, что исходный смысл борейского слова, которому посвящено это конспективное исследование — локальный участок пространства, обнесенный сплетенной из прутьев изгородью. Но ведь плетеная хижина или священная ограда — это и есть (согласно общему мнению большинства этнографов и археологов) одна из форм изначального храма в древнейших культурах Евразии! Такие ограды (без кровли) еще сравнительно недавно (по гиперборейским меркам) венчали святые горы древних славян, а в русской поэзии этот поистине архетипический сакральный образ дожил до XX века — вспомним известный сборник «Ограда» символиста В. Пяста.
Похоже, что и столь знакомое религиозной культуре последних тысячелетий сближение образов храма и священного сосуда (тема Грааля) в той или иной форме имело место уже в гиперборейской протоцивилизации, отстоящей от нас на 20–30 тысячелетий и простиравшейся по всему околополярному региону Северного полушария. А богословский смысл святилища, обозначавшегося словом «кут» («кот», «кат» и т. д., — в различных родственных диалектах той далекой эпохи), можно, по-видимому, определить как «врата перехода» из профанного мира в мир сакральный. Вестниками этого перехода, возможно, считались лебеди (как известно, упоминаемые и в античных легендах о Гиперборее), — доныне священные и для русских поморов, и для многих других народов Севера. Возможно, в борейскую древность уходит и связанный с лебединой мифологией общеевразийский мотив трансмиграции душ усопших вместе с лебедями (или гусями) к Полюсу Мира.
Гиперборейским наследием Палеоиндейского Севера наиболее адекватно можно объяснить и семантику лабиринта у коренных народов Нового Света. Этот священный символ мегалитической Европы, вроде бы не встречающийся на Евразийском Севере восточнее Новой Земли{179}, неожиданно обнаруживается значительно дальше, в наскальных изображениях у индейцев Северо-Запада Америки, а также в Калифорнии и к востоку от нее — среди петроглифов, оставленных предками нынешних индейцев уто-ацтекской языковой семьи в североамериканском штате Аризона и в Мексике. (В целом границы этих регионов близки к рубежам Русской Америки, и, наверное, тут можно было бы поговорить о России, в широком метафизическом смысле, — как о преемнице гиперборейских традиций; однако такого рода построения не входят в число задач данной книги.)
Известные науке американские лабиринты сравнительно немногочисленны. Как правило, это петроглифы, которые затруднительно датировать. Впрочем, в Мексике выявлен и лабиринт североевропейского типа, выложенный из камней{180}. Важна тут не техника изображения или сооружения, а тот факт, что в Северной Америке сохранились, — прежде всего у аризонского народа хопи, — исключительно четкие мифологические коннотации самого символа лабиринта.
Лабиринтный миф у индейцев Аризоны и Мексики бытует именно как миф — в гораздо более полной форме, чем в Северной Европе, где осколками этого мифа выступают, как правило, лишь названия лабиринтов и иногда имена их строителей. Особенно значительной представляется соотнесенность североамериканского лабиринтного мифа, у индейцев хопи, с космогоническим учением. Ведь символическое воспроизведение космогонической парадигмы всегда составляет сокровенную основу истинной инициации; мистериальная составляющая, как свидетельствуют этнографические данные, действительно присутствует в индейских легендах, связанных с лабиринтами. Вероятно, индейский материал может быть продуктивно использован и при реконструкции гипотетического исходного варианта лабиринтного мифа, восходящего к палеоарктической протоцивилизации.
Миф этот, очевидно, имеет полярно ориентированный характер. Его полярность обусловливается не только соотнесенностью с лабиринтом, который, так сказать, по определению ведет к мистическому Центру Мира, но и одной необычной особенностью легенд народа хопи об антропогенезе (эти легенды, также связанные с символикой лабиринта, развивают космогоническую тему происхождения Вселенной и ее обитателей и входят в число инициатических преданий). В этих легендах фигурирует исхождение хопи из Подземного Мира, где они первоначально жили; исхождение (или восхождение) совершается, согласно общим законам мифологического пространства, вдоль полярной Оси Мира.
«Осецентричность» индейского лабиринтного мифа непосредственно подтверждается мифоритуальной практикой и самой конструкцией церемониального — причем именно инициатического! — сооружения кива (kiva) у народа хопи. Кива представляет собой «прямоугольное или квадратное строение, полуподземное; в полу имеется небольшое отверстие, которое обозначает пуповину, идущую из земли, а также путь исхождения людей из Подземного Мира»{181}. Эту незримую ось продолжает лестница, проходящая сквозь кровлю. Символика предельно ясная: Полюс, Ось Мира и гиперборейский квадрат сторон света вокруг Полюса. Справедливости ради отметим, что вышеприведенное определение кива в исторической ретроспективе не совсем точно: наиболее древние, сооруженные до европейского завоевания кива по преимуществу круглые в плане, — хотя есть среди них и квадратные (либо же квадрат присутствует в оформлении центрального отверстия, или входа в подземное помещение).
Какое же место здесь занимает лабиринт? Как установил этнолог Фрэнк Уотерс, несколько лет живший среди хопи и изложивший современным религиозно-философским языком учение индейских знатоков традиции, лабиринт, важнейший символ в религии народа хопи, обозначает творящее лоно Матери-Земли — прародительницы хопи. Собственно говоря, символ Матери-Земли включает в себя как лабиринт, так и исходящую из его центра прямую линию.
Фрэнку Уотерсу были известны среди аризонских петроглифов один круглый и пять квадратных лабиринтов (диаметром от десяти до пятнадцати сантиметров) на скалах к югу от деревни Орайби, а также один круглый лабиринт (22,5 см в диаметре) на скале к югу от Шипаулофи. «Комбинация этих двух форм вырезана на деревянном жезле, который устанавливается перед (…) алтарем в кива Квани, в Валпи, во время церемонии Вувучим.
Этот символ обычно известен под названием Тапуат, Мать и Дитя. Квадратная форма означает духовное перерождение из предшествующего мира в последующий, как это выражено в символике самого Исхождения /из Подземного Мира/. В этой конфигурации прямая линия, исходящая из входа в лабиринт, не связана с ним непосредственно. Два ее конца символизируют две стадии жизни — стадию нерожденного ребенка в лоне Матери-Земли и стадию ребенка после того, как он рожден, причем прямая линия символизирует пуповину и путь Исхождения.
Если повернуть лабиринт так, чтобы эта прямая линия заняла вертикальное положение, вы увидите, что нижний ее конец находится в U-образных объятиях «рук» лабиринта. Внутренние изгибы лабиринта изображают плодные оболочки, охватывающие ребенка в лоне, а внешние изгибы — материнские руки, которые впоследствии держат его.
Круглый лабиринт слегка отличается по своей структуре и значению (это классический лабиринт из семи колец). Осевая прямая линия входа непосредственно соединяется с изгибами лабиринта, и центр креста, который она образует, символизирует Отца-Солнце, дарителя жизни. Внутри колец лабиринта изогнутые линии оканчиваются в четырех точках. Все линии и проходы лабиринта отображают вселенский план Творца, которому человек должен следовать на своем жизненном пути…
Дополнительный оттенок значения, присутствующий в этом круговом варианте, заключается в том, что он также символизирует концентрические границы земель, традиционно принадлежащих индейцам хопи, у которых есть тайные обители вдоль этих границ. Во время Вувучим и других церемоний жрецы выстраиваются в четыре цепи вокруг деревни, чтобы на ритуальном уровне вновь заявить права на эти земли, сообразно вселенскому плану.
Структурной параллелью символу Мать и Дитя служит кива (круглое в плане подземное священное помещение у хопи), означающее, собственно, Матерь-Землю. Сипапуни, небольшое отверстие в полу, представляет лоно, место Исхождения из предшествующего мира, а лестница, ведущая сквозь крышу, для другого Исхождения в последующий мир, представляет пуповину. Исхождение ритуально воспроизводится во время церемонии Вувучим, когда инициируемый испытывает духовное перерождение»{182}.
Конечно, старейшины хопи употребляли в своих истолкованиях какие-то иные, более простые слова; однако вряд ли можно сомневаться в том, что Уотерс правильно их понял и изложил. Символ лабиринта в таком понимании приобретает поистине удивительную глубину и осмысленность. Мистериальная составляющая тут очевидна; примечательно, что в роли инициируемого, переживающего второе рождение, у хопи оказывается не просто один герой или адепт (как это обычно бывает в инициатических мифах), но целый народ, — похоже, по праву считающий себя наследником древнейшего населения Америки.
Именно инициатическая парадигма второго рождения (в общем-то универсальная и хорошо изученная), накладываясь на миф и сам графический символ лабиринта, структурирует его семантику и раскрывает присущий ему аспект посвятительного пути. Следуя изгибам лабиринта, адепт (или целый народ посвященных) минует хтоническое Царство Тьмы, Подземный Мир; обретает центральный Полюс (в пределах этого низшего яруса бытия) и по Оси Мира восходит в сферы более высокие — рождается или возрождается в них (всего в религии хопи говорится о четырех мирах). Очевидно, что эта парадигма не противоречит и европейским представлениям о лабиринте как образе земных извилистых путей и о его центре, откуда пилигрим у Я. А. Коменского («Лабиринт Мира и Рай Сердца») восходит от дольнего в горняя.
Обратим внимание еще вот на что. Индейский миф предлагает в графическом образе лабиринта, в его наиболее универсальной и архаичной форме — лона Богини-Матери и исходящей из него линии рождения-посвящения — универсальный ключ к пониманию не только всевозможных собственно лабиринтных святилищ и петроглифов. В том же мистериальном ряду оказываются и курумы Центральной Азии — алтайские каменные курганы с отходящей от них аллеей менгиров (обозначающих путь грядущего возрождения или воскрешения усопшего, путь его души); и лабиринтообразные концентрические круги с исходящей из центра прямой линией — в петроглифах мегалитической Британии; да пожалуй, и загадочные, вызывающие споры в научном мире «знаки с отростками» в петроглифах Российского Севера — скального святилища на Онежском озере. Последние представляют собой круги или полумесяцы с двумя лучами-отростками; это действительно похоже на планировку алтайских курумов с их аллеями менгиров, хотя обычно загадочные карельские петроглифы трактуют, и весьма убедительно, как солнечные и лунные знаки. Сопоставима ли эта интерпретация с символикой лабиринтного посвящения? Ведь и индейский миф говорит об исхождении из лона Земли-Матери, а не из светил небесных…

Конечно, наши реконструкции лишь приближают нас к общему смыслу гипотетического мифа палеоарктических мистерий, предположительно ставшего основой сакрального символизма более поздних культур. В деталях этот миф мы себе не представляем. Да и различные варианты его вполне возможны; они могли существовать и очень давно, в ностратическую эпоху. Так что вариант палеоиндейский мог в чем-то отличаться от палеоевропейского. И все же есть тут одна ниточка, — лингвистического порядка, причем весьма древняя, — связующая образ светил небесных с лабиринтом как таковым. Эта ниточка еще недостаточно хорошо видна, да и не дает она ответ на все возникшие вопросы, но интуиция подсказывает, что это верный путь.
Речь идет об одном борейском корне, реконструированном С. А. Старостиным: MVNCV, светоносный. От этой протолексемы произошло ностратическое слово *mVnzV с тем же значением, а также родственные слова других макросемей. В более поздние эпохи на основе этих корней возникла разветвленная матрица словоформ, связанных по смыслу прежде всего с небесными светилами. Означают эти словоформы в основном Солнце или Луну. В солнечной группе оказались праязыки картвельский (*mze-) и эскалеутский (*maca-). В лунной группе — индоевропейский (*mens-), прасинокавказский (*wengco) и, возможно, аустрические языки (*mongs). В прауральском *minV — небо. А вот дравидийские языки дают значение звезда (*min-), — как и языки америндейские (*meca), хотя эта же индейская протолексема в наречиях уто-ацтекской языковой семьи (распространенной как раз в Аризоне) означает Луну.
В афразийских языках, согласно сетевому словарю С. А. Старостина, коннотации этой борейской лексеме не слишком уверенные: чадское *mVsh-, утро, а также вторая часть семитического слова *sVmVsh-, Солнце (Шамаш — бог Солнца). Однако к этому, наверное, можно добавить и одно довольно редкое и по-разному толкуемое слово из Библии: mazouroth (mazaroth, mazzaroth).

В Ветхом Завете всего лишь дважды (в Книге Иова и в Четвертой Книге Царств) встречается это слово, по-видимому, не вполне ясное уже во времена составления Септуагинты, поскольку семьдесят толковников оставили его без перевода, транслитерировав еврейскую словоформу греческими буквами (аналогичным образом иногда поступают и в новоевропейских переводах Библии). Несомненно лишь, что оно имеет отношение к почитанию неба и небесных светил. Возможно, и тогда, и позднее, во времена масоретские и в период подготовки латинского текста Вульгаты, существовало несколько вариантов истолкования этого слова.
Вот как выглядят эти библейские упоминания, в контексте соответствующих книг и в комментариях «Толковой Библии» преемников А. П. Лопухина.
В Книге Иова это речение Бога: «Можешь ли ты связать узел Хима и разрешить узы Кесиль? 32 Можешь ли выводить созвездия /mazouroth/ в свое время и вести Ас с ее детьми? 33 Знаешь ли ты уставы неба, можешь ли установить господство его на земле? «(Иов 38: 31–33). В комментариях к этому речению отмечается идея строгой, неподвластной человеку гармонии в устроении созвездий «Хима» — Плеяд и «Кесиль» — Ориона. «Такая же правильная закономерность наблюдается в движении (…) маззарот. По мнению одних, под маззарот разумеется Венера, Юпитер или Марс, и выражение «выводить в свое время» указывает на их периодические появления. Другие (Делич, Ланге) разумеют под маззарот двенадцать знаков Зодиака. При последнем понимании вышеприведенное выражение получает такой смысл: можешь ли ты для каждого месяца вывести определенный знак Зодиака так, чтобы он был видим пред и после солнечного захода. Чтение LXX «????????» — оставленное без перевода еврейское название созвездия. Ас — Большая Медведица; дети ее — три звезды, составляющие хвост созвездия»{183}.
В Четвертой Книге Царств речь идет о борьбе царя Иосии с многобожием: «И отставил жрецов, которых поставили цари Иудейские, чтобы совершать курения на высотах в городах Иудейских и окрестностях Иерусалима, — и которые кадили Ваалу, Солнцу, и Луне, и созвездиям /mazouroth/ и всему воинству небесному…» (4 Цар. 23: 5). В комментариях подробно рассматриваются терминологические моменты, связанные с отстранением прежних жрецов: ««Отставил» (евр. гигибит, отстранил — не «сжег», как LXX, слав. к????????, сожже, в Алекс. код.: ?????????, Vulg. не точно: delevit) жрецов, евр. кемарим, LXX: Х?????? (кодд. 19 82. 93. 108 у Гольмеса: ???? ??????), Vulg. aruspices, слав. Хамаримы (жерцы чародеи) — жрецов — ставленников царей иудейских и израильских (ср. Пс. 10: 5; Соф. 1: 4), т. е. священников нелевитских, какими, например, были священники культа тельцов (3 Цар. 12: 31, 32; 2 Пар. 11: 15) и которые отличаются /с одной стороны/ от жрецов идолов, или жрецов Ваала, Солнца, Луны, созвездий и всего воинства небесного, с другой — от священников высот, которые, хотя отправляли служение на высотах, однако были из рода Левия (4 Цар. 23: 8) (см. проф. Бродовича, Книга пророка Осии, стр. 350). «Созвездия», маззалот, LXX ????????, слав. планеты, бл. Феодор (вопр. 54): звезды; по толкованию раввинов (Levy, Neuhebrдisches und chaldдisches Wцrterbuch Bd. III, s. 65), маззалот, как и ассирийск. manzaltu, означает двенадцать знаков Зодиака (Vulg. duodecim signa)»{184}.
Кемарим, хомарим, хамаримы древнееврейского оригинала, истолкованные какгаруспики в латинской Библии и как жрецы-чародеи в древнерусском переводе… Не восходит ли это именование жрецов светил небесных к борейским (т. е. включающим в себя и афразийский, и ностратический материал) истокам алтайского слова шаман? И к борейским же коннотациям термина химия (Chymeia, Chemia, Chimia и т. д.), понимаемого как название инициатической науки, связанной в том числе и с астрологическими, и с астрономическими символами? Тем более, что одно из средневековых европейских имен алхимии звучит по-гречески Мaza (латинское соответствие — Massa). Кстати, даже если сходство этого именования с начальной частью рассмотренной библейской словоформы случайно, то это созвучие просто не могло не приобрести символическую нагрузку у греко-египетских алхимиков, прекрасно знавших авраамическую, библейскую традицию и в то же время осмысливавших сакральную терминологию в духе александрийской филологической школы. Заметим, что и в греческой патристике термин mazouroth встречается только у двух авторов, и оба они — александрийцы (Евсевий Александрийский и Олимпиодор Александрийский).
В комментариях к еврейской Библии слово mazzaroth осмысливается как участки неба, небесные обители, зодиакальные созвездия и производится от корня mazal, свет или судьба{185} (ср. известное благопожелание: mazel tov). В диахронической ретроспективе афразийских языков истоки библейской лексемы прослеживаются до III тыс. до н. э., до аккадского языка. В нем положение планеты в зодиакальном круге обозначалось как manzaztu, слово, превратившееся еще в ассиро-вавилонской лексике в manzaltu (mazzaltu в ассимилятивном варианте). Отсюда позднее произошло арабское manazil — лунная стоянка, то есть одно из 28 подразделений ежемесячного пути Луны.
Не правда ли, все эти соответствия исследуемой библейской словоформы в совокупности удивительно точно согласуются со спектром значений реконструированной С. А. Старостиным борейской лексемы MVNCV? Свет и небесные светила, Луна и Зодиак — зримый небесный путь Солнца. Древнейшая известная нам афразийская форма — аккадское manzaztu — выглядит как убедительный коррелят реконструированному ностратическому *mVnzV, светоносный…
Вот только при чем здесь миф лабиринта? Да при том, что, если уж мы в этой книге пытаемся в сравнительно-исторических исследованиях сопоставлять не отдельные слова, признав этот путь рискованным и ненадежным, а целые лингвосемантические матрицы, то нельзя не заметить следующее. Практически все, что выше говорилось о мифе лабиринта, в палеоиндейской, палеоевразийской и гиперборейской ретроспекции, укладывается, в своей целокупности, в семантическую матрицу лексемы MVNCV и ее авраамических соответствий! Полярный символизм Оси Мира в семантике аризонских лабиринтов — и указание на северные созвездия (Плеяды, Большая Медведица, Орион) в упоминании mazouroth у Иова; Солнце и Луна в осмыслении протолексемы MVNCV — и солнечно-лунные знаки карельских петроглифов, в широком смысле лабиринтообразные; 12?звенный Зодиак как ключ к загадочному библейскому слову — и 12 колец лабиринта, в его наиболее полном варианте (эта привязка к числу 12 в религиоведении традиционализма XX в. трактуется как один из признаков гиперборейского наследия).
В этой же лабиринтной матрице, по-видимому, оказываются и древнейшие алхимические коннотации. Ведь известно же греческое (александрийское?) название алхимии ???? и его латинское соответствие massa. Можно предположить, что и алхимическое Великое Делание, и мистериальное прохождение лабиринта (а он входит в число священных символов у александрийских алхимиков) метафизически тождественны и к тому же безусловно связаны с мистикой света или его обретения — то есть с исходным значением все той же борейской лексемы MVNCV. Тогда не исключено, что и индоевропейское (английское) maze, головоломка, лабиринт, — из того же ассоциативно-семантического поля.
Или еще такое наблюдение. Библейское mazzaroth (Иов 38: 32) в еврейской экзегетике обоснованно сопоставляется с таким термином, как Heder, комната, дворец, обитель, и, соответственно, с Hadre Teman, тайники юга в синодальном переводе (Иов 9: 9){186}. Образ загадочный; но существенно, что он опять же сближается с теми же самыми северными созвездиями: Бог «сотворил Ас, Кесиль и Хима и тайники юга»! Если допустить, что мы находимся в смысловой матрице лабиринтного мифа, то ведь центр лабиринта — это символ Полюса. А значит, все кольца лабиринта, по которым идет взыскующий полярных таинств, находятся к югу от этого центра. Тайники мистического Юга? Созвездия, слагающие небесный лабиринт вокруг Полюса Вселенной? Маззарот, обретающие свой борейско-лабиринтный смысл в ретроспективе гиперборейского мифа?
Звездная мудрость авраамической традиции в обозначенной здесь лингвистической матрице сакральных символов и слов смыкается с неясным нам в деталях, утраченным в его конкретных формах гиперборейским символизмом лабиринта и ритуалом посвящения в его мистерии — и у палеоиндейцев, и у мудрецов Европейского Севера. В пользу этого косвенно свидетельствует и то обстоятельство, что лабиринт — не единственный сакральный образ, связующий мистериальные центры Лапландии и Аризоны.
В 1997 г. на Кольском полуострове было сделано открытие мирового значения: на скалах Канозера, близ Умбы, обнаружены многочисленные петроглифы, родственные карельским, известным ранее. И среди канозерских петроглифов — своеобычной формы концентрическая четырехконечная звезда, или крест. Именно такой символ занимает центральное место среди петроглифов в пещерном святилище Аризоны — в так называемой Пещере Жизни, в композиции, имеющей отношение к мистерии творения, порождения новой жизни (на тождественность концентрических крестов Лапландии и Аризоны внимание автора этих строк впервые обратил мурманский краевед, исследователь северных лабиринтов Леонид Васильевич Ершов). Эта композиция включает в себя, помимо концентрической звезды, изображение шамана с ритуальными жезлами, увенчанными изображениями птиц, фигуру Кокопелли (божество плодородия) и сцену ритуального соития{187}. Схожая четырехконечная звезда в современном индейском искусстве трактуется как ярчайшая Утренняя Звезда, возвещающая зарю, как могущественный дух, почитаемый народами пуэбло{188}.
Не напоминание ли это о мифе полярной зари, о возрождении Солнца в начале гиперборейского литургического года? Тем более, что исследователи Пещеры Жизни установили: солнечный свет проникает в нее, падая на звезду-крест, приблизительно в то время, когда у современных индейцев хопи проходит инициатическая церемония Вувучим{189}. Она начинается 5 ноября и длится две недели, предвосхищая зимнее солнцестояние — великий праздник воскрешения Солнца, североевропейский Юл. Вспомним: именно церемония Вувучим мистически реализует миф творения, миф лабиринта. Получается, что звезда-крест — в том же мистериальном ряду, что и символ лабиринта, во всей его гиперборейской глубине. И обнаружение аналогичной звезды в петроглифах Лапландии вполне закономерно.
А сближение мистериальных центров Лапландии и Аризоны, невероятное на первый взгляд, находит неожиданное подтверждение в свидетельствах науки, пожалуй, еще более педантичной и объективной, чем археология, — в антропологических исследованиях. Известный польский антрополог Анджей Верчиньски, проанализировав результаты краниологических измерений серии черепов из захоронений ольмеков — представителей древнейшей известной нам цивилизации Нового Света (II–I тыс. до н. э.) — пришел к довольно неожиданным выводам.
По результатам проведенных в середине XX в. исследований нескольких десятков захоронений в Тлатилько (1100—600 гг. до н. э.) и в Серро де лас Месас (Классический период), расовый состав ольмеков обнаруживает существенный палеоиндейский элемент (10,6—13,6 %) — долихокефалы с признаками как европеоидной, так и монголоидной расы, родственные палеоайнским и палеоарктическим этносам Северо-Восточной Азии. Главенствует элемент тихоокеанский (36,5—45,5 %); встречается и тип средиземноморский, североафриканский (4,5—18,3 %), и даже экваториально-африканский и бушменоидный (4,5—13,5 %). Однако на втором месте после тихоокеанского находится элемент лапоноидный (21,2—31,8 %){190}.
А. Верчиньски объясняет эту этническую ситуацию так. Индейцы палеолита и мезолита характеризовались сочетанием палеоайнского, палеоарктического и тихоокеанского типов с примесью лапоноидного элемента. Затем пришла новая волна населения тихоокеанского типа в сочетании с лапоноидным, — на этой стадии сформировались америндейские этносы доклассической Месоамерики. Все остальное — результат спорадических контактов через океаны, с Китаем эпохи Шан и со средиземноморско-африканским регионом{191}.
Такие контакты, скорее всего, действительно имели место: это подтверждается многочисленными свидетельствами из области культуры и искусства. Вот только могли ли редкие трансокеанские плавания (возможно, вынужденные и случайные) китайских и финикийских мореходов столь существенно повлиять на этнический состав древнейшей цивилизации Нового Света? Вряд ли. И главный камень преткновения тут — лапоноидный элемент. Ведь это антропологический тип древнейшего, дофинноугорского населения Лапландии. Как лапландцы-то добирались в Месоамерику? Через Ледовитый океан и Канадскую Арктику, через Скалистые горы и бескрайние прерии? Или пешком через всю Евразию, а потом опять же через Северную Америку?
Гораздо логичнее будет предположить, что выявленное многообразие расовых типов существовало в Америке со времен палеоиндейских, — та же самая расовая чересполосица, которая обнаруживается археологами в палеолитической Европе. И в Месоамерику эти волны населения шли с севера собственного континента, а также, вероятно, из регионов еще более северных. Прежде всего — из Беринги, которая в конце палеолита и в раннем мезолите постепенно уходила под воду. Этносы палеоарктически-айнско-тихоокеанского типа, сочетавшие в своем облике признаки европеоидной и монголоидной рас, расселялись отсюда в Новом Свете, но одновременно — и в Старом, давая начало предкам палеоазиатов и айнов: две волны медленного, многотысечелетнего продвижения с севера на юг. Впрочем, в Северо-Восточной Азии родственное палеоайнам и палеоазиатам население наверняка было и во времена Беринги.
А лапоноиды? Учитывая, что их основное средоточие находится далеко к западу от палеоазиатских регионов, можно предположить, что и разделение их и предков палеоазиатов началось раньше. Протолапоноиды, ставшие позднее составной частью америндейских этносов, двинулись с арктического шельфа на юг Нового Света (вероятно, опять же через Берингию). Лапландия же, остров Скандза старинных карт, уже тогда входила в состав циркумполярной гиперборейской прародины и лапоноидов, и многих других этносов. Недаром поздний римский историк Иордан (VI в.) сказал, что остров Скандза — «материнское лоно народов», vagina nationum{192}. А субстратные, дофинноугорские предки лапландцев, генетически родственные палеоазиатам и палеоиндейцам, жили здесь со времен гиперборейских.
Все эти вопросы нуждаются в тщательной и деликатной проработке, поскольку затрагивают тему происхождения не только отдельных народов, но, вероятно, и основных человеческих рас. Открытия тут могут быть самые неожиданные. Упомянем лишь один очень выразительный сюжет. У индейцев Северо-Запада Америки зафиксирован такой образ идеально прекрасной девы: белая кожа, бронзовые волосы и светлые, как хрусталь, глаза{193}. Заимствование из европейской культуры? Или воспоминание о временах борейских?

Отредактировано Иванка (2013-04-09 10:39:03)

15

Продолжение:

http://www.k2x2.info/yezoterika/druidy_ … era/p8.php

ГИПЕРБОРЕЯ ЦАРИЦЫ САВСКОЙ

Пришла пора сделать попытку если не объяснить некоторые упоминавшиеся в этой книге лапландские находки 1990–2000?х гг., то по крайней мере предложить весьма впечатляющую параллель к ним — почти парадоксальную, поскольку она связана вроде бы не с Севером, а с Югом. Царицу Савскую, упоминаемую в Библии, в святоотеческой литературе и народных преданиях разных стран, — даже в Святой Земле Палестины, — называли именно Царицей Южной. Впрочем, Сава (Саба), Сабейское царство Южного Йемена — это все же один из регионов Северного полушария, тесно связанный историческими судьбами и древними путями с Евразийским континентом. А значит, и с Севером.
Образ легендарной Царицы Савской по крайней мере с библейских, ветхозаветных времен олицетворяет прежде всего мудрость — тайную, сокровенную, доступную непосвященным лишь в притчах. Такого рода представления обычно указывают на инициатическую, мистериальную традицию. И она действительно прослеживается в доныне плохо изученной, загадочной религии месопотамских сабиев (мандеев-гностиков), связанной с древнеаравийскими культами; в наследии гностико-неоплатонической школы Харрана (в Месопотамии), просуществовавшей с позднеантичных времен до эпохи Крестовых походов. За последнее столетие наукой убедительно доказано, что именно через Харран латиноязычная Европа восприняла наследие арабской алхимии (в свою очередь, питавшейся истоками греко-египетскими и индийскими, а возможно, отчасти и даосскими). Алхимики Харранской школы говорили о путях обретения сокровенного Камня; а ведь согласно европейским сказаниям о Святом Граале наиболее достойные рыцари-странники обрели взыскуемую святыню в городе Саррасе — большинство исследователей Граалианы считает, что это и есть Харран, в латинизированном произношении. И Грааль в одной из версий (возможно, наиболее архаичной) представляет собой именно сокровенный небесный Камень. И если вспомнить то, что уже говорилось в этой книге о сакральной инициатической модели, полагавшей в качестве высшей ценности символ Камня, то допустимо осторожно предположить: сабейская мудрость, сабейская посвятительная традиция была не только духовно-алхимической, но еще и мегалитической по своему происхождению, связанной с Гиперборейскими мистериями, сохраняшимися на протяжении тысячелетий в окраинном регионе Евразии, в стороне от путей массовых переселений, охвативших континент после так называемой «неолитической революции».
В свете сказанного уже не покажутся столь парадоксальными те сопоставления, к которым привел ход исследований ряда памятников Русского Севера, выше определявшихся как протодруидические. Обратимся теперь к их южному «ракурсу».
Одна из дискуссионных находок экспедиции «Гиперборея» — это вертикальные борозды, выбитые на стенах скальных галерей. И почти такие же архитектурные элементы сопровождают оформление стен сабейских храмов и жилых зданий, возводившихся в Южной Аравии два — два с половиной тысячелетия назад. Раскопки выявили облицовочные каменные плитки и остатки стен с вертикальными бороздами прямоугольного профиля{224}, задающими четкий пространственный ритм, — как в лапландских галереях. Разумеется, сходство может быть формальным и случайным, хотя, несомненно, производит впечатление.
Этот пример — не единственный. Уже не жители южно-аравийской Сабы, а сабии-мандеи Месопотамии почитали святые места, характер которых вызывает ассоциации с лапландскими памятниками. «Повсюду, где из-под земли бьет вода, будь то родник или исток реки, мандеи чтут templum в древнем латинском смысле, то есть святое место, и только в более позднюю эпоху, по мере усложнения таинств под влиянием христианства, стало необходимым возводить здание для их совершения. Так, в “Книге Иоанна Крестителя”, 230, 10–11, слово masknia (т. е. скиния. — Е.Л.) означает храм в новом значении слова, тогда как прежде оно означало обитель, место, святое место, место собрания, где верующие собирались для совершения таинств»{225}. Речь идет о ландшафтных сабейских святилищах текучих вод (именно проточная вода священна и ритуализирована в мандеизме); вспомним скальные галереи — каналы талых вод на лапландской горе Нинчурт…
В конкретно-историческом отношении этого недостаточно для каких бы то ни было выводов. Но не будем забывать, что мы рассматриваем сабейский Гнозис целокупно, в ретроспекции, — таким, каким он представлялся, скажем, авторам латинских богословских и алхимических трактатов, где также присутствует образ Царицы Савской. У Иоганна Грассеуса (Грассхофф) в трактате «Ковчег Тайны» («Arca Arcani», 1617), со ссылкой на книгу монаха-августинца Дегенхарда «Об Универсальном Пути» («De Via Universali»), сказано: «Есть некая вещь, которая обретает подобие внутри всех вещей, и в ней также сокрыты все вещи земные, а именно подлунные. Тинктура ее превыше всех Тинктур. Достоинство ее противостоит всем болезням. Она есть дар Святого Духа. В ней скрыто таинство прохождения к Сокровищнице Мудрых. Это Свинец Философов, который называют свинцом меди{226}, в котором пребывает блистающая белая Голубка (Сolumba alba), именуемая Солью металлов, в котором состоит Магистерий Делания. Это чистая, мудрая и богатая Царица Савская, облаченная белым покровом (velo albo), которая никому, кроме как Царю Соломону, не желала подчиниться. Во все это не может в достаточной мере проникнуть ничье сердце человеческое…»{227}
В трактате Бернарда Пенота (XVI в.) «Философические вопросы и ответы» («Questiones et Responsiones Philosophicae») Царица Савская, «облаченная в прекраснейшие белые одежды», сравнивается с «нашим Меркурием»{228} — женственным Меркурием Философов. А у латинского богослова, святого Гонория Отунского (XII в.) в работе «Зерцало Церкви» («Speculum Ecclesiae») есть совсем уж удивительное и загадочное место, где сказано о евхаристии Царицы Южной: «Когда же Царица Южная тело и кровь свою ученикам своим отдала (tradidit), Иоанн к груди Иисуса припал и испил тогда из этого источника Премудрости, и потом возвестил миру тайну Слова, а именно, [Слова], сокрытого в Отце, ибо в груди Иисуса скрыты все сокровища Премудрости и знания» (Patrologia Latina, 172, 834).
Разумеется, это можно рассматривать как аллюзию на библейскую «трапезу Премудрости»: «Премудрость построила себе дом, вытесала семь столбов его, заколола жертву, растворила вино свое и приготовила у себя трапезу» (Притч. 9: 1–2). Можно констатировать христологичность образа Софии-Премудрости у Гонория Отунского. И все же евхаристия Царицы Южной выглядит как самостоятельный, сокровенный мотив в этом описании Тайной Вечери. А если учесть сближение образов Софии-Премудрости и Зари Восходящей («Aurora Consurgens»), огненноликой Шехины, то возникают уверенные ассоциации с алхимическим полярным мифом, тем более, что в нем преисполнение человеческого сердца «Солью Духа» создает тот Магнит, который позволяет отправиться в мистическое peregrinatio к Полюсу Мира — обители Сердца Меркурия. А ведь, как утверждают алхимики, Царица Савская и есть и «Соль металлов», и Меркурий Философов…
Впрочем, алхимический полярный миф — это еще не достаточное обоснование того тезиса, что заявлен в названии этой главы. Тогда, может быть, апеллировать к сравнительному языкознанию?
Да, с высоты «Вавилонской Башни» С. А. Старостина открывается впечатляющая картина. В поисках протолексемы *SB, которая могла бы послужить глубинным истоком для названия сабиев, обнаруживаем ностратические слова *sVbV, чистый; *[s] VpV, испытывать, пробовать; *[s] abV, знак, слово. Они образуют семантическое поле, безусловно коррелирующее с целокупным образом сабейского Гнозиса. Идеи чистоты, очищения (а основной ритуал сабиев-мандеев — это как раз крещение, погружение в текучую воду); познания, невозможного без проб и испытаний; и, главное, понятие знака (как раз у этого ностратического корня более поздние дериваты дают формы sab-) как основы любого посвящения в таинства…
Промежуточным звеном между ностратическим, палеолитическим, неосязаемым на уровне исторических реалий протосабейством и зафиксированным в источниках сабейским Гнозисом, наверное, можно считать фрако-фригийских сабов. Это слово (?????, ?????), восходящее, по-видимому, к палеоевропейской древности, отразилось в эпиграфике Фригии, во фракийском эпитете Диониса (или самостоятельном теониме) — Сабазий, в личных именах и географических названиях. Лингвисты допускают, что речь может идти не о самостоятельном племени, а о жрецах-сабах, имеющих отношение к Дионисийским (Сабазийским) мистериям. Тем более, что возглашение неофита в честь Диониса-Вакха звучало как Е??? ?????! (или Е??? ?????!){229}.
Фрако-фригийский регион, в соответствии с выводами, сформулированными в этой книге, а также с традицией александрийской алхимии, можно рассматривать как промежуточное звено между реконструируемой гипотетически гиперборейской алхимией и алхимией греко-египетской. А в связи с северным «вектором» в историческом сабейском Гнозисе можно добавить, что ведь мандеев-сабиев, кроме всего, по праву именуют последователями религии Полярной звезды. Этот южный народ чтит Полярную звезду как врата Мира Света. Мандеи молятся, обратив свое лицо к северу. Внятного объяснения этому обычаю нет.
Что касается сопоставления религиозно-мифологических реалий сабейства (в расширительном, инициатическом значении этого слова) и нордической, палеоарктической традиции, то нельзя забывать об одном исключительно важном открытии выдающегося исследователя сибирских древностей Л. Р. Кызласова — о доказанной им в конце XX века манихейской интерпретации ряда археологических находок в Хакассии, на севере Центральной Азии и об осмыслении им северного манихейства как сибирского варианта сабейской традиции{230}. Таким образом, вырисовывается еще одно вполне реальное, конкретно-историческое связующее звено между, с одной стороны, сабиями Харрана и Сабы, а с другой — верованиями некоторых народов Российского (Сибирского) Севера. Согласно выводам Л. Р. Кызласова (в кн.: «Сибирское манихейство»), реликты северного манихейства прослеживаются у тюрков Саяно-Алтайского региона (алтайцев, хакасов, тувинцев, тофаларов и других этнических групп), у эвенков (народ тунгусо-маньчжурской языковой принадлежности), у говорящих на языках уральской языковой семьи хантов и селькупов, а также у енисейских кетов.
Благодаря включению северного манихейства в сферу сабейской инициатической традиции особый смысл приобретают ассоциативно-семантические аналогии сабейского (мандейского) космогонического понятия «Танна» и центральноазиатского теонима Тэнгри, во всем комплексе их аллитерационно-символических отображений. Танна — образ загадочный и не имеющий академической этимологизации; это нечто подобное космогоническому Яйцу, мистический пламенный Тигель; растворение Танны маркирует рождение мира. В ностратическом дискурсе в качестве этимонов для этого понятия можно предложить лексемы *tV?nV, жемчужина (с алтайскими и уральскими дериватами), *tV?V, твердый, плотный: убедительная субстратная основа для сабейского понятия. Идея растворения твердой Жемчужины-Яйца вполне космогонична.
А очень похожее ностратическое слово *tVngV, полный, изобильный проецируется и на еще более древний борейский уровень, в форме TVNKV: палеолитический праобраз гностической Плеромы? От этой же праформы может происходить и теоним Тэнгри; его ауслаут предположительно сопоставим с ностратическим *rVx.wV, веять, дуть (понятие духа, божества?). По-видимому, и в южном сабействе, и в тэнгрианстве севера Центральной Азии мистериальные архетипы ностратической эпохи, связанные с Танной как Матрицей творимого бытия и с Тэнгри как Великим Небом, как Богом по преимуществу, тысячелетиями существовали в качестве глубоко осознанной, структурирующей основы посвятительного опыта и самого религиозного мироощущения. Наверное, и шумерское dingir, бог, и полинезийский теоним Тангароа при внимательном диахроническом рассмотрении укладываются в обозначенную здесь схему.
Не случайно ассоциативные ностратические коннотации, формирующие символическое пространство исходного прообраза сабейской Танны, лучше всего сохранились (как показывает этимологическая база данных С. А. Старостина) не в индоевропейских и не в афразийских языках, а в лексике алтайской и уральской языковых семей. Именно регионы, населенные этими народами, на первый взгляд, во всех отношениях далекими от реалий месопотамского Харрана и аравийской Сабы, в Средние века восприняли сабейскую религию в ипостаси северного манихейства, вероятно, распознавая в ней нечто близкое родному для них тэнгрианству — его же собственную изначальную инициатическую основу. Сибирские народы, приобщившиеся сабейской вере, как отмечает Л. Р. Кызласов, не отказались даже от имени собственного древнего божества, Тэнгри — имени, включенного, как мы видим, в широчайший культурологический и мистериальный контекст.

ОТКРОВЕНИЕ ЖАР-ПТИЦЫ

Реликты полузабытого прошлого духовной культуры человечества нередко сохраняются, как это ни парадоксально, в наследии народов и социальных групп далеко не благополучных, со сложной и даже трагической судьбой. Один из таких социумов — курды-йезиды, последователи древней доисламской религии, восходящей во многих своих аспектах к древнеиранским и праиндоевропейским верованиям. Исторические коллизии рассорили йезидов со всем миром авраамической традиции и превратили их полумиллионный этнос, в глазах этого мира, в дьяволопоклонников: результат недостаточного знания йезидской веры, впитавшей в себя, помимо архаичного субстрата, гностические и сабейские, манихейские и исламские аспекты. Историческое ядро религии йезидов, их святыни локализуются в Верхней Месопотамии, в Иракском Курдистане; нет нужды напоминать, что это обстоятельство никак не способствует спокойному поддержанию традиций, а то и ставит под сомнение сам факт физического выживания социума.
И тем не менее, в условиях гонений и жесткой социальной замкнутости именно у йезидов сохранились (насколько можно судить по сравнительно немногочисленным исследованиям последних ста лет) удивительные мифологические образы, коррелирующиеся и с протосабейством, и вообще с тем протокультурным субстратом, о котором идет речь в этой книге. Один из таких образов — космогоническая Жемчужина, неразрывно связанная с образом Великой Богини, в ее птичьей ипостаси. Об этом повествует одна из тех священных книг йезидов, которые известны современной науке; обычно эту книгу именуют «Черным свитком», хотя, согласно работам современных российских ученых-курдов, уточненный эквивалент этого названия («Масхафа Раш», «Mesh’efa Resh») звучит принципиально иначе: «Светлая вера».
«В начале сотворил Бог Белую Жемчужину (Dur) из Своей собственной возлюбленной сущности. И Он сотворил Белую Голубку, которую Он нарек Энфер, и поместил Жемчужину на ее спину, и пребывал на ней сорок тысяч лет». За семь дней Творения были созданы семь ангелов, в том числе главный из них, по имени Малаки Таус (Малак Тавус, Таус-Мелек и т. д., что истолковывается как Ангел-Павлин). Затем Бог (или ангел седьмого дня) «громко вскричал перед Белой Жемчужиной. И Жемчужина раскололась на четыре части, и из средины ее вышла вода, ставшая морем. Мир был кругл и нерасчленен». Сотворив землю из отвердевшего моря, Бог «повелел ангелу Джибраилу принести две части Белой Жемчужины. Он утвердил одну из них под землей, а другую — у врат неба. Тогда Он поместил на них Солнце и Луну, а из разбросанных частиц Жемчужины сотворил звезды и подвесил их на небе…»{269}
Не пытаясь в рамках этой главы изложить суть вероучения йезидов в его сложном взаимодействии с авраамическими и иранскими религиозными представлениями, сосредоточим внимание на образах Белой Жемчужины и несущей ее священной птицы. Жемчужина здесь — несомненный аналог космогонического Яйца (типологически), однако аналог весьма специфический. Что это: заимствование из исламской космогонии, которая знает подобный образ? Или это знак причастности йезидов изначальному, ностратическому протосабейству? Есть основания полагать, что верен последний вариант. Дело в имени птицы, несущей Жемчужину. В разных вариантах записи текста оно заметно разнится: Enfer, Angar, Enqer, Anqr… В арабской мусульманской мифологии известны птицы под названием Анка; они были созданы Аллахом совершенными, но впоследствии стали враждебны людям, и пророк Ханзала их уничтожил. Впрочем, в некоторых преданиях говорится, что Анка не исчезли полностью, но встречаются очень редко. Этих птиц сравнивают с Фениксом, а также с птицей Симург иранской традиции{270}.
Космогоническая птица йезидов, согласно общей логике таких мифов, — безусловно, огромная, вселенских масштабов. И в связи с этим нельзя не вспомнить сказочную Нагай-птицу (варианты имени: Нагой, Нага, Мугай, Моголь, Могуль, Маговей) русского фольклора, в котором ее образ наделен чертами исключительно важными и архаичными. Она выносит героя (Ивана Медвежье Ушко; Иван-царевича) из Подземного царства на Святую Русь в благодарность за то, что он помог ее деткам в непогоду; в полете он кормит ее, принося в жертву и частицы своего тела (персты рук и ног; икры ног), которые она потом приживляет ему{271}.
Гнездо птицы — на взморье, или «за синим морем», на дубу{272}. В одном северном русском заговоре («от призора»), в его космологической части, говорится: «Есть славное Мугай-море, на Мугай-море есть Мугай-остров, в Мугай-острове сидит Мугай-птица, прилетает к рабу Божию имреку», отклевывает у него призоры и пристрелы, «и полетает та Мугай-птица через огненную реку и сгорят у раба Божия имрека тыи притчи, призоры и уроки…»{273}.
А вот свидетельство знаменитого русского космогонического духовного стиха о Голубиной книге («Голубина книга сорока пядень» в «Сборнике Кирши Данилова»):

…Нагой-птица — всем птицам мати,
А живет она на акиане-море,
А вьет гнездо на белом камене;
Набежали гости карабельщики
А на то гнездо Нагай-птицы
И на ево детушак на маленьких,
Нагай-птица вострепенется,
Акиан-море восколыблется,
Кабы быстры реки разливалися,
Топят много бусы-корабли,
Топят много червленыя корабли,
А все ведь души напрасныя…

«Белый камень» посреди моря, Мугай-остров на «славном Мугай-море» — это маркеры священного Центра Мира, Полюса Земли. Полет по вертикали сквозь различные уровни мироздания, из Подземного царства в мир людей происходит, в пространстве мифа, вдоль Оси Мира, проходящей через Полюс Неба и Полюс Земли. В таком ракурсе образ космогонической птицы приобретает аспект мироустроительный, софийный, — это уже образ Богини-Держательницы, владеющей Полюсом Мира. Упоминание дуба — Мирового Древа, несущего на себе ее гнездо, усиливает мотив Вселенской Оси. Но не только это важно. Нагай-птица таким образом оказывается божественной Птицей на Древе — ипостасью Великой Богини палеолита, чья древность доказывается известными сюжетами росписей пещеры Ласко во Франции. А соотнесенность Нагай-птицы с водной стихией, власть «восколыбать» Океан-море, — это возможная коннотация с авраамическим образом Святого Духа над Изначальными Водами.
Если Нагай-птица является русским аналогом йезидской птицы Анка/Анга(р) (а это предположение правдоподобно и фонетически, и семантически), то это может означать, что йезидский миф в своей основе уходит корнями не только в праиндоевропейское, но и в еще более далекое прошлое. Эта (борейская?) основа, возможно, скрывается и за известными в искусстве Сасанидского Ирана изображениями гигантской птицы, несущей фигурку женщины, предположительно Анахиты — владычицы Небесных Вод. Отголосок той эпохи, когда соответствующий сюжет принадлежал исключительно женской религии Великой Богини?
Надо сказать, что борейская древность исследуемого образа косвенно подтверждается и данными лингвистической компаративистики. В этимологической базе С. А. Старостина реконструируется предположительная борейская лексема HVNKV со значением дышать, веять. Среди ее более поздних производных — ностратическое *anqV, очень близкое имени космогонической птицы йезидов и породившее в эпоху классической Античности общеизвестные ныне латинские слова animus и anima (дух и душа, следовательно, и Anima Mundi, Душа Мира неоплатоников); афразийское *’VnVwVh, давшее начало, в частности, древнеегипетскому понятию «анх», связанному с идеей вечной жизни.
В борейском праязыке, по С. А. Старостину, реконструируются омонимы (или родственные слова) для HVNKV, со значениями огонь, горение; отверстие, вход (возможно, и порождающее женское лоно); змея. О семантике этих словоформ уже шла речь выше, в главе «Знаки Белой Богини», где было высказано предположение, что все это семантическое поле описывает различные аспекты палеолитического по своим истокам религиозно-мифологического комплекса Великой Богини, почитавшейся именно в таких аспектах на всем пространстве северной циркумполярной области (установлены и америндейские аналоги соответствующим словоформам). Сюжеты, связанные со священной птицей Анка, позволяют еще точнее идентифицировать образ Великой Богини, по крайней мере, в одной из ее ипостасей: вселенской птицы, творящей мир.
Наверное, у читателя, знакомого с древнеиранской культурой (или с суфизмом), при чтении этих строк возникнет вопрос: не соотносятся ли борейские и ностратические, а затем протоиндоевропейские и протоиранские представления о Богине-Созидательнице, в птичьем облике, с царственной птицей Симург, столь часто встречающейся в классической персидской поэзии, в иранских сказках и суфийских притчах? В средневековом Иране Симург и Анка нередко отождествлялись. Литература о птице Симург огромна; впрочем, материал, достаточный для ответа на поставленный вопрос, содержится в фундаментальных трудах отечественного востоковеда А. Е. Бертельса, а также в обстоятельном исследовании этого образа славистом М. А. Васильевым{274} (в связи с генезисом божества по имени Семаргл в древнерусском языческом пантеоне).
В этих работах выстраивается ясная картина бытования этого образа у иранских народов на протяжении примерно четырех тысячелетий, начиная со времен индоарийской культурной общности и протоавестийской эпохи. Причем образ этот в своей основе — именно птичий, орнитоморфный, несмотря на все его более поздние синкретические трансформации. Изначально это гигантская птица, причем солнечная, судя по ее конкретным именованиям (орел, сокол, ястреб); в санскрите ее имя Шьена (орел), в авестийском языке Саэна. Она тесно связана с символами Центра Мира — Мировым Древом и Мировой Горой, порою сливающимися в единый образ. Птица Саэна, согласно «Авесте» (Яшт, XII, 17) и более поздним персидским источникам, пребывает на вершине этого Древа (Древо Орла; Древо всех семян), стоящего посреди священного моря Ворукаша.
Трансформация имени птицы Саэны — Симург глубоко не случайна и позволяет уловить очень важные аспекты этого образа, скрытые от формального сравнительно-мифологического рассмотрения. Исходное, протоарийское именование, как отмечает М. А. Васильев, — caina mrga: первое слово означает вершину, выпуклость, второе — птицу. Отсюда — авестийская форма saena m?r??o с тем же значением: птица вершины (Древа или Горы); санскритский аналог — syena. Впоследствии же иранское saina, sina приобрело значение грудь, лоно, — и божественная птица стала восприниматься (у курдов и в «Бундахишне») как Птица с грудью. Теперь Сэнмурв (курдск. Симыр) — Птица-Матерь, питающая своим молоком детенышей, а также героя, которого она возносит из мира мрака в мир людей (совсем как Нагай-птица в русском фольклоре). В новоиранскую эпоху имя птицы стало читаться как Симург, — а это омоним персидского тридцать птиц: созвучие, используемое в известной суфийской притче. Тридцать птиц (символ душ суфиев) взыскуют царственную птицу Симург — и в итоге постигают, что они и есть Симург. Что же касается обычно воспринимаемого учеными как аксиома исходного истолкования имени Сэнмурв как Собака-Птица (предложено К. В. Тревер в 1930?е гг.), то М. А. Васильев показывает фонетическую несостоятельность этой версии. Звериные черты, придавшие птице Саэна облик грифона или чего-то подобного, — более поздние напластования{275}.
Примечательно, что средневековые истолкования нисколько не снижают исходный авестийский образ, скорее, напротив, возвышают. Для мусульман-суфиев Симург символизирует Абсолют, Абсолютную Истинную Сущность, первопричину сокровеннейших, духовно-алхимических тайн бытия: «Перед Симургом тот изготовил Философский Камень, кто узнал язык всех птиц» (то есть язык инициатический), — так гласит безымянный суфийский бейт{276}. Согласно поэме Аттара «Беседа птиц», Симург — божественная суть души пророка Мухаммеда{277}; у Ахмада Газали («О птицах») Симург пребывает «на острове могущества, в городе величия и славы»{278}. Образ Полярного Острова, сохраненный исламскими мистиками?
Возможно, поздняя трансформация этого мифологического образа отражает какие-то его особенности, отсутствующие в его лексических коррелятах, но содержащиеся в его более широком контексте, в исторической ретроспективе. Ведь божественная птица Саэна уже в протоарийскую эпоху была далеко не главным мифологическим персонажем{279} и не играла заметной роли ни в пантеоне богов, ни в их культе. Так не является ли этот образ наследием более древней эпохи — реликтом веры в Богиню-Созидательницу в птичьей ипостаси?
Предположение весьма правдоподобное. Во всяком случае, в его свете получают разумное объяснение и очевидная схожесть божественной Птицы-Матери йезидов с Саэной-Симург, и курдское истолкование Саэны как Птицы с материнской грудью: вторичная этимологизация в данном случае могла использоваться как дополнительное подтверждение материнского аспекта этого образа, о чем курды — хранители многих очень древних традиций — в свое время знали как о догмате веры. Возможно, аналогичная ситуация имеет место и с суфийским образом тридцати птиц. Этот образ, несомненно, причастен сакральной математике различных духовных традиций. Распространенная формула «30 + 1» в религиях и фольклоре (вспомним, например, Плерому тридцати Эонов в позднеантичном гностицизме), формула инициатическая, нашла отражение и в исконной русской культуре.
Былинно-песенный мотив тридцати плывущих кораблей и тридцать первого, Сокол-корабля, в принципе сопоставим с суфийским паломничеством птиц-душ к царственной птице Симург. Можно упомянуть и сказочный русский образ Зари-Заряницы, тридцати братьев сестры: в рамках полярной теории антропогенеза этот образ убедительно истолковывается как напоминание о полярной заре, в течение месяца обходящей горизонт перед восходом Солнца (согласно выкладкам Б. Г. Тилака). В тысячелетней, доиндоевропейской, ностратической ретроспекции забытого палеогнозиса эта числовая формула может выражать, в частности, идею целостности, полноты, Плеромы, связанной с образом Великой Богини и взыскующих ее адептов.
По-видимому, ипостасью этого же образа был и палеоевропейский лик миротворящей Лебеди, рождающей Солнце, (  :cool: - И.) — той, кому молились предки карело-финских рунопевцев и священнослужители винчанской цивилизации гиперборейского Подунавья, той, кого неведомый палеолитический художник запечатлел в пещерном храме Ласко как Птицу на вершине Древа. Именно ее чтили и предки нынешних алтайских народов как богиню Умай (Ымай, Май и т. д.), — имя, известное вплоть до палеоазиатского Северо-Востока Евразии. В хакасском шаманском песнопении так говорится о Белой Ымай:

Превратившись в белую птичку, (…)
Ты спустилась на крону богатой березы,
Имеющей золотые листья!..

Это имя в древнетюркской мифологии сближают с иранской птицей Хомай (Хумаюн), но позднее заимствование из иранской культуры древнего образа Птицы-Матери справедливо расценивается как маловероятное{280}: он слишком органичен для всей исходной палеоарктической традиции. Ведь и в Иране Хомай, согласно «Шах-наме», аналогична птице Симург, со всеми ассоциациями, упомянутыми выше. Хомай изображали на вершине райского Древа, от которого текут четыре потока воды{281}, тем самым включая ее в тот же круг полярного символизма Центра Мира, каковому принадлежит и авестийская птица Саэна.
Определим возможный ностратический контекст теонима Симург — Сэнмурв — Саэна мэрэго. При этом, естественно, желательно учитывать оттенки смысла обоих корней не порознь, а в сочетании друг с другом.
Собственно говоря, авестийское m?r??o— (m?r??a-), находя соответствие в древнеиндийском mrgб-, дикий зверь, газель, проецируется, согласно этимологической базе «Вавилонской Башни», лишь на протоиндоевропейский уровень: *melgw-, разновидность птицы; прямых ностратических истоков у этой словоформы в ее буквальном значении не обнаруживается. Однако, если допустить, в соответствии со сформулированным в этой книге матричным методом, что на протяжении тысячелетий происходило смещение смыслов по взаимосвязанным «осям» семантической матрицы, отображающей культ Великой Богини в ее птичьей ипостаси, то таковые истоки обозначаются в избытке. И не ностратические даже, а борейские, еще более древние. Для этого, впрочем, надо допустить, что в гипотетической изначальной консонантной структуре MRG— (MRK-) формант — G— (-K-) представляет собой суффикс, но в ностратике такие случаи засвидетельствованы.
В соответствии с глобальными этимологиями С. А. Старостина, в борейском языке была лексема MVRKV со значением рог, корень, с ностратическими, афразийскими и синокавказскими дериватами; можно допустить, что этот термин как-то связан с очень архаичными минойскими «рогатыми» святилищами Великой Богини, с символом ее «рогатого» престола. В ностратическом праязыке, кстати, соответствующая словоформа выглядит как *mVrgV, что весьма близко к исследуемому корню в имени птицы Симург.
Исключая из этого имени вышеупомянутый древний суффикс, получаем богатейший спектр значений. Ностратическое *mVrV, завершенный, полный (с индоевропейскими, алтайскими и дравидийскими дериватами) удивительно точно коррелирует с суфийским образом птицы Симург, где она выражает идею всей совокупности птиц-душ, их полноты (Плеромы?). Еще дальше в глубину тысячелетий уходят реконструированные в форме MVRV борейские семантемы. Эта форма передает и понятие хороший, новый, и глагол умирать: корреляция с религией Великой Богини, которая властна и над жизнью (потому она — хорошая, благая), и над смертью, поскольку принимает в свое лоно души усопших, чтобы они возродились вновь. Борейское MVRV означает и кровлю, жилище (софийный образ, идея покрова?); передает понятие ходьбы, движения, а также скручивания, изгибания. Есть в спектре значений этой лексемы и жир, мазь, и название неидентифицируемого копытного.
В ностратическом лексиконе (без выхода на борейскую праоснову) есть еще два важных коррелята исследуемому корню: *merV в значении сиять и *marV, дерево. Причастность первого аналога реконструируемой матрице очевидна; второй же из них в принципе может быть сопоставлен с символом Мирового Древа, полярной Оси Мира. Но в таком случае и образ Богини-Птицы на вершине Древа встраивается в ту же цепочку родственных символов!
(Марья МОРЕВна - И.)
Что касается первого из корней в имени птицы Симург, то и ему находится в «Вавилонской Башне» борейский прототип, в узнаваемой форме сохранившийся и в русском языке: CVNV, синий; в более поздних дериватах также зеленый, светлый (ностратическое *swVNV, синокавказское *sV?V). Тогда Симург, ретроспективно, — «Синяя Птица»? Или, с учетом приведенных выше коррелятов, «Светло-сиянная»? Или «Сияющее (Синее?) Древо»? А может быть, «Путь Сияния», или «Сияющий Кругооборот» — круговращение полярной зари, по Тилаку?
Все это позволяет увидеть в ином свете и тот образ, с которого мы начали это исследование. Изначальная Божественная Птица йезидов предстает не как вторичный мифологический персонаж, а как Великая Богиня, создавшая мир и дарующая людям откровение святых истин. Может быть, и Малаки Таус (Malek Taus, Melek Tawus и т. д.), «Ангел Павлин», один из важнейших образов йезидской мифологии, — это отголосок того же древнего верования? Не случайно у современных йезидов о Малаки Таус порой говорят в женском роде. В Священном Писании йезидов есть «Книга Откровения», где о божественных тайнах говорит непосредственно Ангел Павлин. Так, может быть, этот текст нужно читать от имени Великой Богини палеолита?

«Я была, есть и буду до скончания дней правительницей над всеми созданиями и вершительницей дел и судеб всех, находящихся в моей власти.
Я прихожу на помощь всем, верующим в меня и призывающим меня в нужде
Нет такого места в мире, где не было бы меня. Я участница всех тех событий, которые отлучившиеся именуют злом, ибо творятся они не в соответствии с их желаниями и намерениями.
У каждого времени есть свой распорядитель согласно моему указанию. Каждое поколение сменяется глава этого мира, каждый из которых по-своему совершенствует и дополняет свою миссию.
Я позволяю каждому созданию действовать согласно его природе.
Раскаивается и печалится тот, кто противостоит мне…
Я являюсь в одном из обличий или в одной из форм тому, кто верен мне и следует моим указаниям…
Я наставляю без писания. Веду невидимо моих возлюбленных и избранных Учение мое естественно и просто…
Устройство миров, и смена поколений, и все перемены предопределены мною с изначальных времен…
Почитайте мою суть и мой образ, ибо вам напомнит обо мне дело, забытое вами годы назад.
Подчиняйтесь моему закону и служите мне, и вам воздастся в моем сокрытом мире»{282}.

Если этот текст — действительно наследие ностратической, гиперборейской, допатриархальной религии, то понятно, почему в патриархальных верованиях более поздних эпох Ангел Павлин подчас демонизируется: отголосок давно забытой революции духа, заменившей Богиню-Мать на Бога-Отца. Оболганный, оклеветанный, извращенный облик… Даже собственно йезидское определение «Ангел Павлин» свидетельствует вроде бы лишь об одном из ангельских существ, хотя текст «Книги Откровения» говорит скорее о Создателе (Создательнице?) всего сущего. Кстати, слово Таус лингвисты истолковывают и как видоизмененное греческое ????, Бог; Melek, Malak и т. п. традиционно сопоставляют с семитическими словами, означающими ангел. Но, допустив палеолитические глубины для этого образа, предложим и возможные борейские истоки для лексемы MLK: MVLKV, материнская грудь, и MVLV, сиять, гореть. Тогда Ангел Павлин, изначально, — Пламенная Богиня-Мать? (выше всяких похвал! - И.)
Не из того же ли откровения Богини — знаменитая надпись в храме Исиды-Нейт в Саисе? «Я все, что было, есть и будет, и покров (??????) мой не поднял никто из смертных. Плод, рожденный мною, стал Солнцем». Первую фразу этой надписи сохранил Плутарх Херонейский в трактате «Об Исиде и Осирисе», вторую — неоплатоник Прокл в «Комментарии на “Тимея”» Платона (In Timaeum, I, 82). И, конечно, вспоминается 11?я книга «Метаморфоз» Апулея (так называемая «Книга Исиды»):
«Вот я пред тобою, Луций, твоими тронутая мольбами, мать природы, госпожа всех стихий, изначальное порождение времен, высшее из божеств, владычица душ усопших, первая среди небожителей, единый образ всех богов и богинь, мановению которой подвластны небес лазурный свод, моря целительные дуновенья, преисподней плачевное безмолвие. Единую владычицу, чтит меня под многообразными видами, различными обрядами, под разными именами вся вселенная…» (Перевод М. А. Кузмина).
>Тема квадратуры круга, — многозначная, вечная, неуловимая, — возникает и у Данте, в последней, тридцать третьей песни «Рая», в кульминационном описании видения Троицы в облике трех кругов:

О вечный Свет, который лишь собой
Излит и постижим и, постигая,
Постигнутый, лелеет образ свой!
Круговорот, который, возникая,
В тебе сиял, как отраженный свет, —
Когда его я обозрел вдоль края,
Внутри, окрашенные в тот же цвет,
Явил мне как бы наши очертанья;
И взор мой жадно был к нему воздет.
Как геометр, напрягший все старанья,
Чтобы измерить круг, схватить умом
Искомого не может основанья,
Таков был я при новом диве том:
Хотел постичь, как сочетаны были
Лицо и круг в слиянии своем;
Но собственных мне было мало крылий;
И тут в мой разум грянул блеск с высот,
Неся свершенье всех его усилий.
Здесь изнемог высокий духа взлет;
Но страсть и волю мне уже стремила,
Как если колесу дан ровный ход,
Любовь, что движет Солнце и светила{301}.

Эта высочайшая мистическая поэзия математически точна в подборе образов, а вовсе не туманна и не произвольно-витиевата, как может показаться современному читателю. <...>  Можно, конечно, предположить, что сопоставление с геометром, стремящимся постичь квадратуру круга, — лишь пример мыслительной задачи, не решаемой на рациональном уровне. Однако то, как Данте формулирует свою богословско-гносеологическую проблему, — «хотел постичь, как сочетаны были лицо и круг» (veder voleva come si convenne l’imago al cerchio), — наводит на мысль, что говорится тут о той же самой тайне квадратуры круга, только немного иначе выраженной.

Отредактировано Иванка (2013-04-09 11:08:37)

16

Иванка написал(а):

но есть кое-что на интересующую нас тему... привожу фрагменты, где есть ЗЁРНА


Уже пошёл третий год, как эта тема меня волнует...спасибо.Так хочется сейчас же приступить к  :writing: прочтению-изучению, но бегу на работу. :flag:  :love:

17

Лаодика написал(а):

Уже пошёл третий год, как эта тема меня волнует


А меня лет эдак ...адцать  8-)

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Лаодика, это тебе! Тема что надо!

Отредактировано Иванка (2013-04-09 09:53:26)

18

Иванка написал(а):

Начнем с данных русского языка. Всем известно слово «закуток» — уголок, укромное место. Происходит оно от общеславянского «кут» (kat), чаще всего переводимого как угол; согласно Словарю В. Даля, в русской избе это мог быть или второстепенный, «бабий», или, наоборот, почетный угол. Есть в русском слово «кутать» — укрывать, прятать; есть и ныне полузабытое «котец» — кошель, запруда для ловли рыбы. В чешском языке это последнее слово означает маленький дом. У этого слова — глубокие индоевропейские корни: например, в авестийском языке древних иранцев kata — это комната, кладовая (см. Словарь М. Фасмера. Т. II. С. 351).
Исследуемый корень есть и в ностратическом словаре В. М. Иллич-Свитыча. Слово *kadV в ностратическом праязыке означало сплетать (из прутьев) (ОСНЯ, № 192); в русском языке сохранились, пережив 10–15 тысячелетий, рефлексы этого слова: «котец, коты» — плетеное сооружение, плетенка для рыбной ловли.

В. М. Иллич-Свитыч отмечает, что в этом же ряду находится латинское catinus, миска — слово, первоначально означавшее плетеная посуда.
На первый взгляд, все это — лексика сугубо бытовая. Интересно, что и латынь сохранила северный образ плетеной посуды (наподобие русских туесов) в условиях давнего господства в Средиземноморье посуды керамической. Однако ведь и одно из средневековых именований образа, священнейшего для европейского эзотеризма, — образа Грааля — это Sacro Catino, «Святая Чаша». То есть в буквальном, изначальном смысле речь тут идет о чаше именно плетеной, палеоарктической. Европейская мифология сохранила и родственный Граалю образ «корзин изобилия», хотя невозможно точно установить, восходит ли этот образ к борейской культуре или возник позже.
Однако, что касается самого корня kot-, kut-, то он уверенно прослеживается и на уровне более древнем, чем ностратический. Об этом свидетельствует лексика языковых семей, контактировавших в верхнем палеолите с ностратическими регионами. Скажем, в коптском языке Египта (раннехристианской эпохи) мы обнаруживаем слова «котэ» — окружать и «экот» — строитель. В очень древних по происхождению языках синокавказской макросемьи «куат», «кот», «кхат» могло означать двор, квартал, улица, проход. В почти исчезнувших ныне (но очень важных для реконструкции древнейших контактов Старого и Нового Света) енисейских языках «коат», «кат», «кут» — это дорога, путь{173}.
Здесь в образ огороженного, «оплетенного» пространства привносится идея движения, которая тоже вполне могла изначально соотноситься с гиперборейскими определениями святилища. Но, видимо, главный смысловой оттенок исследуемого корня — это мотив ограды, что подтверждается и данными дальневосточных языков-изолятов, «языков-заповедников». Скажем, у айнов «кутеки» — частокольная изгородь для охоты на оленей{174}; «куту» — изготовленная из загородок рыбная ловушка (почти как в русском языке!); «кут» — пояс; «каси» в древнеайнском означало дом{175}. У нивхов «кэть» — деревянное корыто (типологически родственное плетеной посуде, о которой говорилось выше), а «кути» — безусловно, сакральный и очень важный для нашей темы термин — отверстие, связующее мир людей с миром иным, запредельным: через это отверстие (один из традиционных образов Полюса Мира) лебеди осенью улетают в иной мир{176}.
Подобные оттенки смысла этого древнего корня отслеживает в своих исследованиях и В. Э. Орел, сопоставляя ностратическое *kadV — сплетать (из прутьев) с афразийским (семито-хамитским) «код» — сосуд, а также с синокавказским «кэмдэ» — ограда, стена{177}. И, наконец, подтверждение правильности предположения о гиперборейских истоках этого корня дает языковой материал, собранный у индейцев Русской Америки. В языке тлинкитов, обитателей Крайнего Севера Нового Света, плетеный сосуд, по данным начала XX века, обозначается словом «кат»! У некоторых индейцев северо-запада Америки, живших южнее тлинкитов, подобные сосуды (или плетеные сетки) именовались схожим образом{178} (первый согласный этого корня у них превращался в «ш» или «ч»).
Итак, получается, что исходный смысл борейского слова, которому посвящено это конспективное исследование — локальный участок пространства, обнесенный сплетенной из прутьев изгородью. Но ведь плетеная хижина или священная ограда — это и есть (согласно общему мнению большинства этнографов и археологов) одна из форм изначального храма в древнейших культурах Евразии! Такие ограды (без кровли) еще сравнительно недавно (по гиперборейским меркам) венчали святые горы древних славян, а в русской поэзии этот поистине архетипический сакральный образ дожил до XX века — вспомним известный сборник «Ограда» символиста В. Пяста.
Похоже, что и столь знакомое религиозной культуре последних тысячелетий сближение образов храма и священного сосуда (тема Грааля) в той или иной форме имело место уже в гиперборейской протоцивилизации, отстоящей от нас на 20–30 тысячелетий и простиравшейся по всему околополярному региону Северного полушария. А богословский смысл святилища, обозначавшегося словом «кут» («кот», «кат» и т. д., — в различных родственных диалектах той далекой эпохи), можно, по-видимому, определить как «врата перехода» из профанного мира в мир сакральный. Вестниками этого перехода, возможно, считались лебеди (как известно, упоминаемые и в античных легендах о Гиперборее), — доныне священные и для русских поморов, и для многих других народов Севера. Возможно, в борейскую древность уходит и связанный с лебединой мифологией общеевразийский мотив трансмиграции душ усопших вместе с лебедями (или гусями) к Полюсу Мира.

А.С.Пушкин:

С-ТАРик ловил неводом рыбу, сТАРуха пряла свою пряжу

Отредактировано Иванка (2013-04-09 10:30:29)

19

Иванка написал(а):

С-ТАРик ловил неводом рыбу, сТАРуха пряла свою пряжу


Иванка, продолжай!  :flirt:  Давай рассказывай!  :glasses:

Выше про Царицу Савскую очень много гностической шелухи, эта их Плерома и т.д. Но есть интересные моменты: Харран и Саба - Хара и Жива. Очень интересно про Жемчужину и Птицу, из Жемчуга делали бусы. Жемчуг, если не ошибаюсь (уточню), тоже связан с буквами. Есть какой-то миф про зоб с жемчугом. Вообще, тема Жемчужины важна.

20

Иванка, ты знаешь, что Ходасевич говорил об Эфиопских корнях Пушкина? Он хотел написать биографию Пушкина, но не успел. Сва тоже ничего не успевает, в Эфиопии как раз нашли Борейскую Птицу на камне:

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

А в Эритрее трон с Женской фигурой:

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Эфиопский священник (обратите внимание на крест)

Эфиопию связывают с Ковчегом Завета, говорят, что сын Царицы Савской и Соломона увёз его, что до сих пор Ковчег там.

21

Foxes написал(а):

Иванка, продолжай! Давай рассказывай!


Шустрая какая  8-) 

Тихе, тихе, хе-хе...

Сначала Иванка слетает в тёплые страны, отогреется на Солнышке после долгоооооооооонькой зимы, ХРУСТАЛИКИ в глазках заменит, чтобы лучше видеть...

Тогда и будет вам ЗОЛОТАЯ РЫБКА  :writing:

При всей любви к Чехову  :love: Пушкину Иванка не изменит, ибо любовь всех жизней  :flirt:

НЕВОД - занятное словечко, однако. Не поверишь - полтетрадки школьной, в клетку, занимает этот самый НЕВОД  %-)

Foxes написал(а):

Сва тоже ничего не успевает,


Всё успеем - ТИИИИИИИИИИИИХЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ.............

Отредактировано Иванка (2013-04-09 11:24:12)

22

Ну вот, тихе, тихе....ворчу... :)

23

Foxes написал(а):

миф про зоб


В книге "Тайна Белисены Вилька" Ф. Мойано приводит старый миф пеласгов, который рассказывает о Персее. Миф известный, но Фелипе упоминает следующие подробности:

Персей был научен Языку Птиц, а во время своего путешествия он нёс зоб журавля, в котором было 16 камней, на каждом из них была начертана Руна. Язык Птиц помогает Персею найти Жилище или Обитель Vides.

Испанское слово Vid - виноградная лоза, а слово Vida - ЖИЗНЬ. Сразу вспоминается Пушкин: "И дольней лозы прозябанье."

К тому же Фелипе говорит, что Гиперборейские Понтифики имели титул Виноградной Лозы, им вручалась туника и шлем, на передней части этого шлема Понтифики закрепляли Знак Полумесяца.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы) Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
«Ной-виноградарь» ,
мозаика в Соборе Сан-Марко

Всему доверять нельзя, однако с Виноградной Лозой связана некая тайна. Например, 613 заповедей (ивр. תרי"ג מצוות‎ — Тарьяг Мицвот) — перечень основных религиозных предписаний (мицва) в иудаизме. Все заповеди этого списка перечислены в Торе.

Предписывающие заповеди:

123 Оставлять мелкие гроздья винограда (олелот) во время сбора урожая для бедных (Ваик. 19:10)
124 Оставлять упавшие во время сбора урожая виноградины (пэрет) для бедных (Ваик. 19:10)
142 Дв. 12:17 Не есть вне Иерусалима маасер шени от винограда
203 Бем. 6:2-3 Запрет назиру есть виноград
204 Бем. 6:2-3 Запрет назиру есть изюм
205 Бем. 6:4 Запрет назиру есть зернышки винограда
206 Бем. 6:4 Запрет назиру есть кожицу винограда

и т.д. великое множество

Христос сравнивается с виноградной лозой, а его ученики — Апостолы — с ее ветвями. Крест и "Древо жизни" нередко изображаются в виде виноградной лозы (см. "процветший крест"). Птицы — голуби, павлины — в лозах винограда или среди виноградных гроздьев — символ вечной жизни. Сцена сбора винограда символизирует Страшный суд в "конце времен". В иной трактовке виноградная лоза символизирует Церковь и верующих, а голуби в ее ветвях — души "отдыхающие во Христе" и "духовное плодородие" . Лоза с колосьями хлеба — Евхаристию (Св. Причастие хлебом и вином). В мифологии народов Передней Азии сложилась более широкая семантика: виноградная лоза — символ жизни и плодородия, плотской страсти ; дикая лоза — вероломство и ложь. В учении буддизма одна из аллегории заключается в том, что "сплетенная лоза алчности и желания должна быть подрезана под самый корень". В изображениях первых людей на земле, обнаженных Адама и Евы, Адам прикрыт фиговым листом, а Ева — листьями винограда, символизирующими плодородие и плотскую страсть. Фиговое дерево на Востоке — древний фаллический символ, а виноградная лоза — "место покоя и тишины". Фиговое дерево и виноградная лоза — эмблема Израиля. В мусульманских легендах рассказывается, что, когда Архангел Джебраил (Гавриил) выводил Адама и Еву из Райского сада (Эдема), он протянул им гроздь винограда как напоминание об утерянном для них навсегда Рае. По другой версии, его посох увлажнился от слез сострадания, зазеленел и дал побеги, и плоды его были "как слезы Ангела, круглые и сладкие". Но затем дьявол Иблис напустил на это чудесное растение порчу, и с тех пор виноградное вино, несмотря на свое ангельское происхождение, стало опасным напитком. В Раю "избранные, приближенные Аллаха, пьют вино, смешанное с водой". В Китай виноград был завезен в 126 г. до н. э. С тех пор виноградная лоза появляется в китайском искусстве: в обрамлениях картин либо на обороте бронзовых зеркал; иногда, вероятно, под влиянием эллинских образцов, в центре изображается морской конек — гиппокамп. В европейском классическом искусстве виноградная лоза символизирует осень, одно из четырех времен года, а изображение сбора винограда — месяц сентябрь. Выдающийся живописец французского Классицизма Н. Пуссен в картине "Исход (Осень)" из цикла "Времена года" (1660—1664) изобразил двух человек, несущих на своих плечах шест, а с него свисает гигантская гроздь винограда . Эта аллегория через метафору — слова Христа: "Я есмь истинная виноградная Лоза" (Ин. 15:1) — восходит к эпизоду из Ветхого Завета (Чис. 13:17—29). Два человека, посланные Моисеем вперед высмотреть Землю обетованную, срезали там кисть винограда, но такую огромную, что еле донесли ее вдвоем на шесте, — знак того, что Ханаанская земля рядом (сравн. осхофории). Иногда этот мотив трактуют и как прообраз Христа на кресте. В средневековом искусстве встречается изображение Христа, стоящего на коленях перед давильным прессом. Такая композиция получила название "Мистическое виноточило". Верхняя часть пресса — столб с винтовой нарезкой (лат. stipes) — трансформируется при этом в крест, а в "подточилье" сливается не сок давленого винограда, а кровь Христа, которую собирает в бочки сам Спаситель. Таким образом утверждается "реальное присутствие Господа в таинстве Евхаристии" — одна из важнейших католических доктрин (сравн. Христос "Лоза Истинная"). Гроздь винограда с тем же символическим смыслом может присутствовать и в изображениях Девы Марии. Богоматерь как София, Премудрость Божия, также сравнивается с виноградной лозой. Изображениями виноградных листьев покрыты капители романских и готических соборов; это характерный мотив каменных рельефов, деревянной резьбы, чеканки по металлу, росписи витражей европейского Средневековья и эпохи Возрождения. Тот же мотив встречается на римских саркофагах и в росписях катакомб периода раннехристианского искусства. С виноградной лозой изображается "Добрый пастырь". В аллегориях эпохи Барокко есть композиция, представляющая виноградную лозу, обвитую вокруг вертикального шеста, с латинской надписью: "exspectatio" или "exspectabo", что означает "напряженное ожидание, предвидение, опасение". Такая композиция трактуется как эмблема Искупления, ожидание Спасителя, Мессии (см. Явление Мессии). Виноградная гроздь — атрибут Св. Викентия Сарагосского, покровителя виноградарей. Изображение разбитого кубка, из которого вытекает вино, показывают в сюжете отравления Св. Бенедикта. Виноделие — чудо превращения солнечного света и растительного сока в окрыляющий дух. Там, где темно-красное вино искрится в хрустальном кубке, есть место жизни, мечте, вдохновению, видениям и творческим фантазиям (см. чувственность; эротическое искусство). Драгоценный камень альмандин, глубокого красно-фиолетового тона, имеет другое, более редкое название: ви́ниус (позднелат. vinius), по цвету виноградного сока и вина.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Крест "виноградная лоза". Христианская эмблема X в.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Процветший крест. Прорисовка фрески в церкви
Св. Ахиллия в Арилье, Сербия. 1296

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Процветший крест. Прорисовка контррельефа надгробной плиты.
Ваймар, церковь Свв. Петра и Павла. 1498

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Животворящий крест. Деталь росписи алтарной арки церкви
Спаса Нередицы в Новгороде Великом. 1199

Отредактировано Foxes (2013-04-09 15:16:09)

24

Иванка написал(а):

это тебе


Так трогательно! Сюрприз  :surprise:  Благодарствую..., Иванка, будь здравь! :love:
Вышивка всё краше и краше...,девчЁнки, великолепные стежки вышили и проложили!!!

Foxes написал(а):

красное вино искрится в хрустальном кубке


Foxes, хочу добавить значение слова ВИНО в суфизме:

Словарь суфийской тайнописи
Аромат - интенсивное духовное воздействие
Бедуин - человек, не сведущий в духовной науке
Большая чалма - развитый ум
Вдеваемая в жемчужину нить – живая связь со всем мирозданием
Вечер - конец жизни
Вино — это поток божественных откровений, Истина
Виночерпий — дающий вино истины, то есть одно из обозначений Всевышнего.
Сад — процесс тренировки.
Дерево — мастер без учеников.
Дерево плодоносящее — наставник с учениками.
Гора — высший просветленный, приближенный к Высшему.
Влюбленный — дервиш - суфий.
Возлюбленная — сама жизнь во всех ее проявлениях
Возлюбленный – Всевышний - Источник жизни
Возлюбленный Друг – одно из наименований Бога
Волны – отдельные феномены бытия
Вор – лжесуфий
Время отведенное на урок – человеческая жизнь
Глина - получение материальных наслаждений
Глухой – человек в состоянии патологического эгоизма, мешающего не только услышать другого, но и признать, что другой человек является самостоятельной личностью, а не частью окружающей обстановки
Девять - в суфизме означает разрозненность и множество
Десять - в суфизме означает приобщение тварного (сотворенного Богом) мира, множественного и расщепленного, а также человеческого разума – «девятки» – к Единству Божьему – Таухид
Дракон - животно-эгоистическое начало в самом человеке – нафс
Жемчуг — крупицы Истинного знания
Жемчужина - наша душа, в другом случае жемчужина символизирует удовольствия внешнего мира, отказаться от которых (разбить жемчужину) под силу лишь подлинному адепту суфизма. Этой «жемчужиной» Бог испытывает верующих, проверяя, предпочтут ли они любовь к Нему – любви к земным благам.
Изгиб, косоглазие, и т. п. – то, что мешает правильно воспринимать явления зримого мира.
Кабак — место, где собираются для тренировки.
Кувшин — ум, источник вдохновения.
Кольцо — крyr учеников.
Кольцо с драгоценным камнем — круг учеников, в котором присутствует высший Наставник.
Кольцо с сапфиром — практикующие упражнения Соломона.
Кольцо с изумрудом — практикующие упражнения Мухаммада.
Кольцо с алмазом — практикующие упражнения Моисея.
Ожерелье — мастер, который освоил все основные Школы.
Красота возлюбленной — это красота Истины
Медресе - учебное заведение, которым является весь наш мир
Море – Высшая Реальность
Неверная жена – образ души (сферы эмоций), «тайно» от духовно-разумного начала в человеке соединяющейся с низшими страстями
Ночь - символ духовной темноты, невежества
Осел, ишак - тот, кто далек от познания Истины
Осколок от кувшина — частичка опыта ушедших мастеров.
Отвергает аромат – не кается в содеянном зле
Павлин – образ бессмертия
Попугай - тот, кто, внешне подражая обычаям суфиев-дервишей (обритие головы и т. п.), начисто лишен внутренних качеств искателя Истины
Посох – разум
Принц — ученик.
Женщина — душа спящего.
Красавица — душа искателя.
Изменчивая красавица — страдания разума, которые дает душа.
Птица – символ души праведного шейха – наставника
Пьяный — дервиш, постигший истину.
Опьянение — просветление, мистический экстаз, в некоторых случаях неспособность плотского разума ориентироваться в духовной реальности.
Чарка — сознание.
Развалины – хаотическое состояния внутреннего мира человека
Река - источник жизни
Роза — это сердце человека
Сахар – в суфийской метафорике обозначение «сладости» благ духовных
Сердце – истинное жилище Бога, душа
Сияние луны - нереальная сущность нашего мира (Луна сама светит отраженным сиянием Солнца).
Слепец - обычно символизирует слепца духовного, на которого непрестанно сыплются всевозможные беды
Собака – в некоторых случаях подразумевается плоть человека – животное начало
Странник, путешественник - суфийский наставник. Чтобы стать причастным к Высшей Мудрости, истинный суфий идет на многие жертвы, избирая путь «жалкого и нищего» странника.
Теплая одежда – соблазнение материальной корыстью
Утес — тот, кто был причиной начала обучения.
Глыба — мудрый.
Камень отрываемый, бросаемый — побежденные страсти и эгоистические желания.
Утро – духовное пробуждение после «ночи» неведения
Учебные пособия – все обстоятельства, встречи, предметы и живые существа, сопровождающие наше бытие
Учителем же, разумеется, является Сам Создатель.
Флейта-най – символ человеческой души, разлученной с Аллахом и тоскующей по своему Возлюбленному – Источнику жизни, вдали от Которого душу ожидают страдания и смерть. Чем яснее осознает душа свою удаленность от Аллаха, тем более страстно она взывает к Нему и стремится к воссоединению с Ним
Холм — Наставник.
Царь – наставник тот, кто понимает особенности души ученика и неповторимость его земной миссии
Чаша — это сам искатель Истины
Шакал – образ лукавства и вероломства
Экзамены – испытания и искушения, нас постигающие
Ювелир, знаток драгоценностей - суфийский мастер
Явилась любовь - посетило откровение, знамение, посылаемым свыше
Муж – сфера разума
Жена – область чувств
Шип – внутренний изъян, склонность к злу или страдание невежественной души
Верблюд – символ мудреца
Порожняя сума - символ отказа от земных благ, того бескорыстного отношения к жизни, которым отмечены истинные суфии

25

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Столовая посуда при царских и княжеских дворах на Руси в XVI-XVII веках в большинстве своем была серебряная и золотая.Естественно золотая и серебряная посуда, украшенная драгоценными камнями и жемчугом, была только у знати. Однако посуда, которой пользовались простые люди, имела точно такую же форму, хотя изготовляли ее из менее благородных материалов - дерева и глины. Посуда из драгоценных металлов, хрусталя, стекла и перламутра составляла богатство дома, и занимала после икон едва ли не первое место в убранстве жилища. Столовая посуда являлась предметом щегольства и при всяком удобном случае выставлялась напоказ как свидетельство достатка хозяина.Особенно пышно обставлялись пиры и приемы. Всем известна фраза "закатить пир на весь мир".

26

Где ещё можно искать Гиперборею, так это в эфире!!!

Foxes написала:

"Если ты, тело покинув, в свободный эфир вознесёшься,
Станешь нетленным, и вечным, и смерти не знающим богом"
                                       из «Золотых стихов» Пифагора

Иванка написала:

В пространстве синего эфира
Один из ангелов святых
Летел на крыльях золотых.
(М.Лермонтов, "Демон")

Гиперборея
— в древнегреческой мифологии и наследующей ей традиции легендарная северная страна, местообитание блаженного народа гипербореев. Название дословно обозначает «за Бореем», «за севером» или «за северным Ветром».
Боре́й (греч. Βορέας, «северный») — в греческой мифологии олицетворение северного бурного ветра.
Борей был сыном Астрея (бога звёздного неба) и Эос (богини утренней зари).
Греки, по меньшей мере, в эпоху "классицизма", утратили понимание изначального смысла данного названия.
«Исток Традиции следует искать только на полюсе. Следует отличать атлантическую Тулу (изначальное местонахождение центра традиции Тольтеков, расположенное, скорее всего, в северной Атлантиде) от гиперборейского Туле. И только это гиперборейское Туле на самом деле является изначальным и Высшим сакральным Центром в рамках всей нашей Манвантары. Именно гиперборейское Туле было "Сакральным Островом" по преимуществу, и его расположение изначально было полярным в самом буквальном смысле. Все остальные "сакральные острова", которые подчас носили идентичные названия, были лишь его образами. Это относится и к духовному центру атлантической традиции, который был основным центром духовной власти на протяжении одного из вторичных циклических периодов внутри Манвантары» . Рене Генон.
Итак: что значит – ЗА Северным Ветром? Несомненно интересно будет взглянуть на это с точки зрения физики и электромеханики. Планета Земля представляет собой огромный магнит. Магнитные силы Солнца поступают в магнитную систему Земли через северный полюс и дальше в виде силовых линий пронизывают всё тело земли и излучаются южным полюсом.

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

Это относится и к видимым силам и к невидимым. Т.е. буквально – Северный Ветер это поток излучений, приходящих через северный полюс и распространяющихся с Севера – от полюса во все стороны. С точки зрения символики – это прямое указание на Дух. Так как излучения Духа распространяются из Единого (сакрального) центра во все стороны.
Как вверху так и внизу.
Это герметическая аксиома. И, это означает – что во времена «до смещения полюсов» сакральный (абстрактный центр или полюс) соответствовал физическому. Т.е. В нашей реальности присутствовала (было близко) локализация сакрального центра – была проявлена и на «физическом пласте восприятия».
Что означает «гипер»? Смысл этого слова – за или над… по сегодняшнему положению дел – это «за» означает источник или особую реальность, которая служит источником нашей реальности.
«За северным Ветром» означает – то, что является источником излучений, то что находится за ними.
Кто такие гипербореи? Или – причём здесь Изначальная Традиция? Если взглянуть на мифы и легенды незашорено физическим синтаксисом – можно понять термин «Гиперборея» как источник нашей реальности – особую сферу существования, которая является «источником духовности» или особым сакральным центром, который служит источником духовных эманаций, называемых Северным Ветром. Эта реальность потому и является источником Изначальной Традиции, что локализует собой Дух.
Если и дальше дистанцироваться от физического взгляда на мир – станет понятно – что мир – это только наш способ описания реальности. И, источник изначальных эманаций или сфера изначальной духовности это не сколько физический Север сколько наш собственный полюс Духа.
Поскольку Дух понятие не физическое – полюс Духа находится везде. Это особый центр, находящийся в любой точке нашего пространства. Вернее ЗА ней. Это и есть Гиперборея.
И она сегодня не соответствует физическому Северу. Бесполезно искать её, отправляясь на льды Арктики.
У этого центра, кстати, есть и другие имена: Шамбала, Белый Остров, земля пресвитера Иоанна.
Кто – жители этой Земли? Нетрудно продолжив аналогию понять – что это люди в изначальном своём состоянии. Т.е. в состоянии не разрушенной духовности.
Это физический народ? Сейчас нет. Как в нашем физическом восприятии мира отсутствует Белый Полярный Остров – так невидимы для нас и его жители.
Это фокус внимания.
Но, мы то знаем – что все возможности внимания находятся прямо в нас. Север нормально является лишь проекцией, образом Духовного центра. И, гипербореи – это образ человека и человечества в том состоянии внимания, которое наиболее близко к Духу.
Север планеты – это место, где благодаря особенностям электромагнетизма реальности наиболее близко способны подойти друг к другу. Но обрести гиперборейскую Традицию не значит следовать истории северных народов. Это значит – найти свой Духовный центр. СВОЙ Северный Полюс. Да, когда то наша реальность была менее кристаллизована, и герметическая аксиома охватывала и нашу физичность. Отсюда существуют легенды о том, что Изначальная Традиция пришла с Севера. И Духовные чистые люди жили на Севере… Хотя в этих легендах больше символизма чем историчности.
Это просто значит – что следовать Гиперборейской Традиции – означает Следовать Изначальному Духовному Знанию.
Это Знание и делает человека жителем Гипербореи. Причём не образно, а структурно. Потому, что наш энергетический кокон и сейчас является таким своеобразным спящим жителем этой страны.
Хотя коконы тех, кто осознанно живёт там полностью пробуждены. Их, кстати, называют ещё жителями третьего Внимания.

Для Гностической Традиции - это Царство Бога. Или абсолютная сфера существования. Или шестая космическая сфера. Мир огненного эфира..

http://illusiy.net/index.php/topic,136.0.html

27

Иванка написал(а):

ГИПЕРБОРЕЙСКАЯ АЛХИМИЯ.


Кто автор книги? По ссылкам нет информации.Как я понимаю, автор доказывает полярную теорию происхождения индоевропейцев.
Тогда нужно выяснить, какие ещё есть теории.
Сначала я думала, что теорий 3-5, но их оказалось больше.Предлагаю ознакомится с 14 теориями. :(

http://tainyplanet.mirtesen.ru/blog/438 … vropeytsev

Родина индоевропейцев
                         Где же родина всех индоевропейцев ?
       Изучая древнейшую историю народов мира, я постоянно сталкиваюсь с различными точками зрения и различными теориями. Особенно много споров среди историков, археологов, этнографов, лингвистов и врачей (которые изучают народы на основе сравнения их генов) по теме «Родина всех древних индоевропейцев».

      Для начала рассмотрения этого вопроса запишем следующие базовые факты по этому вопросу:
а) в 3 тыс.днэ на территории степей от Южного Урала до низовий Днестра существовала ямная археологическая культура, к которой относятся племена кочевников, которые всеми археологами признаны индоевропейцами.
б) первые индоевропейцы появляются в Европе – пастушеские племена индоевропейцев проникли в (шнуровая керамика, культуры боевых топоров) на территорию Украины (средне-днепровская культура), в Прибалтику и юг Скандинавии (культура ладьевидных топоров) примерно в 2300 году днэ, в Польшу пастушеские племена (культура Злота) проникли примерно в 2100 году днэ, в Германию пастушеские племена (сакско-тюрингская культура) проникли примерно в 1900 году днэ.
в) первые индоевропейцы – лувийцы,хетты,палайцы, появились в Малой Азии на рубеже 3 и 2 тысячелетий днэ. Это признано всеми историками. К стати с этого времени есть первые письменные источники об индоевропейских народах.
г). в 17-16 веке днэ.в Древнюю Грецию проникают первые индоевропейские племена ахейцев. Это тоже признанный всеми историками факт. Об этом есть письменные источники из Хеттского царства.
д) в 15 веке днэ.индоевропейцы (индийские племена) начали заселять Северную Индию.
Этот факт тоже признан всеми историками.
е) примерно в 15-13 веках днэ индоевропейские племена тохаров поселились в Северо-Западном Китае (современная Уйгурия). Об этом есть сообщения из древнекитайских источников. Этот факт также признан историками.
ё) примерно в 11-10 веке днэ на территории Ирана появляются индоевропейские племена мидийцев и персов. Этот факт такжн признан историками.

       Точек зрения о том, где располагалась прародина всех индоевропейских народов много, но я расскажу о наиболее известных.
      1.Родиной индоевропейцев является север – таинственная страна Гиперборея, находившаяся в древности на материке Арктида (на этом материке была легендарная гора Меру), который в древности существовал в Северном Ледовитом океане. К 13-му тысячелетию днэ этом материк опустился на дно океана, а север Евразии покрылся ледниками. Под влиянием такого климата гиперборейцы (потомки гиперборейцев) стали отходить на юг и дошли до Среднего Урала и пролегающих к нему территориям.
         До 8-го тысячелетия мы не имели сведений об этом народе, и только в 8 тыс.днэ
появляются археологические свидетельства проживания там племен шигирской археологической культуры. В 7-6 тыс.днэ племена древнейших индоевропейцев стали отделяться от шигирцев (оставшиеся шигирцы сформаровали уральские народы).
         Уже не позже 4тыс.днэ /в 5 или в 4тыс.днэ/ древние индоевропейские языки уже различались, значит единый индоевропейский праязык существовал раньше, чем в 4тыс.днэ-  5тыс.днэ. Уже в начале 5-го тысячелетия единый начал разделяться на группы:
- основная группа находилась на Южном Урале и прилегающих степных территориях,
- верхневолжская (верхневолжская археологическая культура) группа проживала в районе   
   Верхней Волги,
- западная группа (нарвская археологическая культура) проживала между верховьями 
   Волги и Балтикой.
         Сторонниками этой теории являются индийский ученый Б.Тилак, исследователь В.Демин, А.Барченко, С.В.Жарникова, Н.Рерих, Д.О.Святский, М.В.Ломоносов, Карамзин, Страбон, Павсаний, Нострадамус, Диодор Сицилийский.  Я на 90% уверен в правильности этой теории, поэтому эта теория легла в основу исторического атласа народов мира.
      2.Родиной индоевропейцев является Малая Азия.  Там в 7 тыс.днэ жили племена археологической культуры Чатал_Гуюк. По этой теории из Малой Азии племена этой культуры (предполагаемые индоевропейцы) проникают на Балканы в начале 6-го тыс.днэ, оседают там (культура Кереш) на длительное время, и потом расселяются в центре Европы (Германия, Польша) в начале 3-го тыс.днэ (лендьельская культура). Из центра Европы они начинают расселяться по степям Евразии.
         Сторонники этой теории - Колин Ренфрю из Кембриджа и другие историки.
         Я на 90% уверен в абсурдности этой теории. Зачем надо было уходить индоевропейцам из Малой Азии, чтобы снова возвратиться туда в начале 2-го тыс.днэ. При этом между археологическими культурами (Чатал-Гуюк, Кереш, лендьельской) нет ничего общего с ямной культурой.
      3.Родиной индоевропейцев является Балканский полуостров. Сторонники этой теории считают, что местом где сформировалась единая индоевропейская общность являются Балканы. Такой общностью называют культуры Кереш,  Турдаш, Винча. Именно оттуда, по их мнению индоевропейцы в 4-м тысячелетии начинают расселяться по разным направлениям.
        Я на 90% уверен в ошибочности этой теории. Между культурами Кереш, Турдаш, Винча нет ничего общего с ямной культурой.
      4.Родиной индоевропейцев является Северное Причерноморье и Кубань. По этой теории родиной всех индоевропейцев является эта территория и с этой территории в 3-м тысячелетии начинается расселение индоевропейцев.Уже в 19в О.Шрадер считал, что они первоначально обитали в Сев.Приченоморье, в наши дни эта точка имеет много сторонников, в том числе  Э.Вале, А.Е.Брюсов.
      Я уверен, что эта теория хорошо вписывается в теорию происхождения индоевропейцев с Гипербореи и является частью этой теории.
      6.Родиной индоевропейцев является Южный Кавказ. В 1972г Иванов и Гомкрелидзе предположили отнести прародину к северу Зап.Азии/ Югу от Закавказья, к северу от Центральной Месопотамии/. Именно оттуда индоевропейцы начали расселяться в 3-м тысячелетии днэ. В то время еще не был раскопан древний город Аркаим на Южном Урале (Челябинская область). Арким был центром арийских племен (древних индийцев и иранцев), этот город уже существовал уже до 1900 году днэ.
      Раньше я сам был сторонником этой теории (в 70-е годы), но сейчас уверен на 100% в ее ошибочности. Зачем индоевропейцам с Южного Кавказа идти (через Иран) в степи Евразии (на территорию ямной культуры), что бы вскоре снова идти на юг (в обратную сторону)двумя волнами – в Индию и Иран.
      7.Родиной индоевропейцев является Алтай. По этой теории индоевропейцы сформировались в Южной Сибири и оттуда начали продвигаться на запад.
        У уверен, что эта теория требует уточнения, так как она может быть продолжением первой пеории (гиперборейской), возможно ареал распространения ямной культуры по степям Евразии достигал и Алтая.
      8.Родиной индоевропейцев является Скандинавия. Эта теория была популярна особенно во времена фашизма в Германии. По ней арийцы (индоевропейцы) пришли в Германию со Скандинавии, а потом стали расселяться по всей Евразии.
       Я уверен, что эта теория была создана в угоду политике и не имеет ничего общего с археологией.
      9.Родиной индоевропейцев является Украина. Эта теория появилась совсем недавно и она активно поддерживается националистическими кругами в Украине. По этой теории прародина всех индоевропейцев находилась на территории Украины. Это были племена трипольской культуры. Именно с Украины началось расселение всех индоевропейцев по территории Евразии. На месте этой прародины остались украинцы, именно от украинцев произошли все остальные народы (индийцы, немцы, французы, персы и другие). Я думаю, что эти украинские «исследователи» объявят скоро украинцев истинными арийцами, как это уже было в фашистской Германии.
     Я уверен, что эта теория создана в угоду некоторым украинским политикам.
    10.Родиной индоевропейцев является Германия. В посл.четв.19в-нач.20в многие ученые считали, что прародина индоевропейцев находилась в Германии /побережье Северного и Балтийского моря/. Сторонниками этой теории были Лэтэм, Г.Крахе, П.Тьеме.
    Я уверен, что эта теория была создана в угоду некоторым немецким политикам.
    11.Родиной индоевропейцев является Средняя Азия. По этой теории родина находилась в Средней Азии (Туркмения, Узбекистан). Оттуда в 3-м тысячелетии началось расселение всех индоевропейцев по Евразии. Сторонник этой теории -  академик С.А.Раджабов и его последователи.
     Я уверен, что эта теория является частью первой теории (гиперборейской).
    12.Родиной индоевропейцев является Иранском плато По этой теории расселение всех народов началось из северо-восточной части Ирана в конце 3-го тыс.днэ. Сторонник этой теории – французский ученый Р.Гиршман.
    Я на 99% уверен в ошибочности этой теории, зачем индоевропейцы из Ирана пойдут на север и вскоре опять с юга Урала (с Аркаима) пойдут двумя волнами в Индию и Иран.
    13.Родиной индоевропейцев является Северная Америка. По этой теории индоевропейцы названы аркто-русами, которые говорили на древнерусском языке и жили на материке Арктида, после исчезновения материка, аркто-русы переселились в Северную Америку и вскоре пришли на Дальний Восток, где они жили 100 тысяч лет назад, там они оставили свои рунические записи на камнях, и надписи были сделаны на древнерусском языке. Именно от аркто-русов произошли все индоевропейские народы, которые с Дальнего Востока расселились по всей Евразии. Сторонником этой теории является  академик В.Чудинов.
    Эта теория еще мною не изучена подробно, но возможно если слово «аркто-русы» заменить словом «гиперборейцы», то возможно часть гиперборейцев уходила в Северную Америку и потом на Дальний Восток. И возможно часть их там и осталась (тохары Северо-Западного Китая). Ведь тохарские слова встречаются даже в корейском языке.
    14.Родиной индоевропейцев являются степи Евразии. По этой именно в степях Евразии была родина индоевропейцев и оттуда  началось их расселение. Родина эта сформировалась в 6-5 тыс.лнэ. Сторонником этой теории является американский антрополог Мария Гимбутас.
    Я считаю эту теорию продолжением первой (гиперборейской) теории, она ничем ей не противоречит.
   

:dontknow:

Я сторонница гиперборейской теории, но основываюсь только на интуиции и  "генетической памяти" , если можно так выразиться. Лингвист я никакой.
Но кое-что из того, что я прочла, совпадает с теми фактами, котрые я подбирала ранее.

Иванка написал(а):

Бог-Олень и Богиня-Оленица.


Майя и Гиперборея
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)
Свиток Селдена

Культура Майя и Гиперборея? Какая между ними может быть связь?

Как это и не покажется сначала невероятным по причине значительной удалённости Месоамерики от русского Севера, связь между ними есть. Она научная и мистическая.

Для иллюстрации научного уровня этой связи достаточно назвать всего лишь одно имя - Юрий Валентинович Кнорозов. Да, это тот самый учёный, русский Шампольон, который теперь широко известен во всем мире своей выдающейся по исполнению дешифровкой письменности майя. Именно благодаря ему подробно заговорила не только древняя устная Традиция майя, но и древние майянские глифы, позволившие нам так много узнать об этом народе и о нашем с ним общем будущем. Юрий Валентинович дал нам главный ключ к великим тайнам майя, живя и работая в Ленинграде/Санкт-Петербурге, в Институте этнологии и антропологии Российской Академии Наук.

Мистический же уровень связи между Месоамерикой и Гиперборей мы проиллюстрируем следующими 5 фактами.

Факт 1
Дешифровку письменности майя Юрий Валентинович Кнорозов проводил в здании Кунсткамеры, построенном специально для «гиперборейского» Готторпского глобуса Петром Алексеевичем Романовым – мистическим царём-основателем северной столицы России, ныне де-факто ставшей мировой столицей научного изучения Гипербореи.

Факт 2
По утверждению учёных, занимающихся древней Месоамерикой, в культуре её многих народов первопричиной, давшей начало жизни, считался верховный Бог, носящий календарное имя 1 Олень. В Свитке Селдена Бог-Творец 1 Олень изображался на небесах (a) в его мужской (b) и женской (c) ипостасях, передававшим особый символ-силу Кетцалькоатлю (d), приходившему к нему по звёздной дорожке (e). После того, как 1 Олень наделял его особым символом власти, Кетцалькоатль возвращался обратно на Землю.

Факт 3
Для получения особых знаков отличия, необходимых для воцарения, некоторые будущие правители Месоамерики повторяли тот Великий звёздный Путь, некогда проделанный их верховным культурным Богом Кетцалькоатлем (у майя - Кукульканом), совершая для этого сакральное путешествие в Тулу.

Факт 4
Одним из древних названий главного жреческого центра Гипербореи была Туле (Тула), которая, согласно Страбону, является вообще её автохтонным названием.

Факт 5
Согласно другому историку Эллады Павсанию, дельфийское прорицалище Аполлона «было основано в честь Бога людьми, прибывшими от гипербореев; в их числе был и Олен; и он был первым пророком Бога».

Проанализируем эти сведения, пришедшие к нам из древности. Когда-то в абсолютно противоположных областях Земли - в Месоамерике и в Гиперборее (современной северной России) люди для своей духовной жизни использовали одно и тоже название главного для них сакрального места - Туле, а также одно и тоже имя Олен в качестве имени их главного Бога/пророка/
жреца.

Иванка написал(а):

Палеоазиатские лингвистические реконструкции, по-видимому, могут рассматриваться и как свидетельство первоначальной женственности исследуемого теонима. Дело в том, что в чукотско-камчатском праязыке «лахэ» — это мать; отсюда прачукотское «(х) эллахэ» и ительменское «лахск» с тем же значением. А вот слово олень в прачукотском — «(х) эльве» — имеет хотя и схожую, но все-таки иную форму; вероятно, понятия олень и мать (Богиня-Мать?)


Возможно, что Олен - это Богиня-Мать!!! :yep:

28

Лаодика написал(а):

Кто автор книги?


ДоПЁРЛа, наконец, что это Лазарев..., сразу не увидела..И спасибо девчёнкам, что  по-нескольку раз дублируете материал..., мне это помогает настроиться на общую волну. :flag:

Foxes написал(а):

с Виноградной Лозой связана некая тайна.


"Одно из этих песнопений, литургический гимн, посвященный Деве Марии, называется «О зеленейшая Лоза!» («О viridissima Virga!»); на этой Лозе расцвел Цвет (Христос), «Который даровал аромат всем благовониям, бывшим сухими».

"...Те древние мифологемы, о которых шла речь выше, в «свернутом», лаконичном и грустно-прекрасном облике предстают в словах известной детской «Песенки мамонтенка» В. Шаинского на слова Д. Непомнящего:

По синему морю, к зеленой земле
Плыву я на белом своем корабле…
Меня не пугают ни волны, ни ветер, —
Плыву я к единственной маме на свете…

Мамонтенок, в реальной жизни давно не существующий, плывет к обетованной Зеленой Земле, совершая морское паломничество на невероятно хрупком, ледяном Белом Корабле — мистериальной ладье, или на корабле «Арго» (вспомним лучезарные ассоциации, связанные с этим борейским корнем). И ждет его там Единственная Мама — бесконечно добрая Родительница, Великая Богиня, Шехина…"

Ангелус Силезиус (1624–1677) в «Херувимском страннике» выражает сходную мысль лаконично и тезисно: «Die Gottheit ist daß grüne» {322} , буквально: «Божественность — это Зеленое».

http://www.litmir.net/br/?b=150642&p=81

Отредактировано Лаодика (2013-04-10 13:59:20)

29

Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

«Утро на Куликовом поле». А.Бубнов

Н А Р О Д


УРОК ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ

http://stragasevera.livejournal.com/tag/СОРОК УРОКОВ РУССКОГО
На предыдущем уроке я умышленно не использовал слово народ, и только по той причине, что власть перестала его так называть. Это знак, сигнал. Чаще всего используется характерный термин население страны, и оно, население, в последние годы неуклонно растет, о чем нам с радостью сообщают. Можно согласиться, население и впрямь растет - народ убывает. Населением называют тех, кого населяют на определенную территорию, садят на землю, а народом – тех, кто здесь народился, кто ведет свой род и помнит о своих предках. Чувствуете разницу?

Поэтому разделение темы, «Власть» и «Народ», на два урока чисто формально.

Ну, разве сумел бы Мавроди и ему подобные увлечь халявой и облапошить десятки тысяч наших сограждан, осознавай себя народ народом? Это когда на Руси жили на дармовщинку? Разве выдержал бы столь долгое и изощренное унижение? (Полицейские не зря называют потерпевших брезгливо - «терпилами»). Позволил бы обворовать себя, купившись на ваучер, впоследствии проданный за бутылку? Допустил бы, чтоб у нас на улицах жил миллион беспризорников, как после гражданской? (На самом деле еще больше). А еще два – в детских домах? Стерпел бы безудержное пьянство, наркоманию, практически открытое растление малолетних, проституцию, торговлю людьми? Беспредел милиции-полиции, крышующей преступное и порочное? Сжился бы народ с незнаемой даже в России чиновничьей коррупцией и самоуправством? В переводе на русский – с казнокрадством, мздоимством и лихоимством?

Существование всего этого разве не национальный позор? Разве это не унижение, добивающее остатки чувств народного единства и гордости?

Я понимаю, не восприимчивость к боли – последствия шоковой терапии, которую применили к целому народу. Да еще к какому народу! Который победил в самой страшной войне, который страну из руин поднял, который в космос первым вышел! Которого уважали во всем мире и во все времена!

Но как же такой народ позволил предателям и тщеславным авантюристам от политики развалить государство, обокрасть себя да еще добровольно взойти на плаху, дабы получить укол шоковой терапии?

Россия впервые напрямую столкнулась с незнакомой стратегией непрямых действий. И не имея опыта, помимо воли своей, стала соучастником преступления по уничтожению собственного государства. Это печально, но это факт. Помните, с чего все начиналось? С митингов, связанных с экологией и борьбой с привилегиями партработников. (Нынче эти привилегии кажутся смешными!). Потом вбросили лозунг застоя в экономике, карточную систему и картину пустых магазинных полок. И почти сразу же слоган: «Кооперация спасет страну». Не спасла, и последовала ваучеризация, то есть, бумажный дележ всего, что было накоплено многими поколениями. Тут и увяз коготок. Далее уже можно было искушать население как угодно и чем угодно: финансовыми пирамидами и паленой водкой, избирательными кампаниями и заманчивыми способами накопления первичного капитала, неприкрытым рэкетом и открытым ненаказуемым бандитизмом. Руки у «великих реформаторов» были развязаны. Втянутые в преступление, как неразумные подростки в воровскую шайку, мы уже почти не сопротивлялись развалу Варшавского Договора, государства СССР.

Однако были и скрытые, не экономические мотивы соучастия в преступлении. Моральные, нравственные и не осознанные, касаемые непосредственно Дара Речи и магии слова. Мы все стали клятвопреступниками. Все, кто служил в армии и присягал Родине, все, кто вступал в пионеры. Теперь это кажется уже мелочью, некой детской игрой: ну, подумаешь, дали в руки листок, велели прочесть торжественное обещание…

Это уже мир тонких материй, выраженный в пословице: «Слово – не воробей, вылетит, не поймаешь». Есть два вида измены: осознанное, комплекс Мазепы, и не осознанное, комплекс Андрия Бульбы. И оба закончили плохо – такова участь клятвопреступников.

Думаете, что-нибудь изменилось со времен Запорожской Сечи?

Нет, совестливых людей еще довольно. Их многие миллионы, но им стыдно друг другу в глаза смотреть, стыдно перед дедами, родителями, женами и детьми. Они разобщены и не чувствуют локтя друг друга, лишены поруки – вечевого братского круга. «Земля велика и обильна, а наряда в ней нет». Поэтому одни ходят подавленные, хмурые, смурные, молчаливые, уставив взоры в землю, и давно не видели неба; другие в тихушку заливают горе водкой и храбрятся только пьяные, чтоб вместе с похмельем наутро ощутить себя еще более виноватыми. Чувство унижения – основная причина поощряемого властями, пьянства в России.

А унижают тот народ, который позволяет себя унижать.

Нечто подобное Русь испытывала во времена монголо-татарского ига, нависшего над страной по той же причине – неспособностью княжеской власти владеть государством. Автор «Слова…» предчувствовал, предвидел, вещий, грядущее, поэтому и призывал перессорившихся князей к миру и единству. А Игорь и вовсе пошел в безумный поход и плен, на самопожертвование, дабы испытать позор (от позреть) самому, собственным личным унижением вдохновить себя и собратьев на объединение перед будущей угрозой порабощения. Но ни князь, ни призыв вещего автора не были услышаны!

Тогда потребовалось три века унижения и всенародного позора, чтобы эти чувства переплавились в волю, которая потом вывела единый народ на Куликово поле.

Но это далекая история, а у нас есть более близкая, узнаваемая, еще трепетная и живая – состояние общества перед Великой Отечественной, перед нашествием коричневой чумы и угрозой нового порабощения.

Революция и гражданская война перемолотили Россию в щебень, в песок, и казалось, ничто уже не может сцементировать, спечь эту шуршащую, топкую массу хотя бы в конгломерат. Большевики пытались создать новую формацию – советский народ, замешанный на общинности и космополитизме. Уже хромающая аристократическая элита России вместе с остатками своих нравов легла в землю на гражданской или оказалась в эмиграции. Столыпинская гордость, крепкий мужик-крестьянин, средний класс, основа тогдашней России, ограблен, отправлен в лагеря и ссылки. К власти пришел чеховский герой – маленький, угнетенный, голодный и обозленный человек в Гоголевской шинели, способный только на диктатуру. Новая идеология, хотя и была замешана на общинных принципах, но еще не вросла в сознание – Россия была обречена на гибель.

Так думали немцы, и с ними вместе – весь буржуазный, капиталистический мир. Гитлер еще в тридцать девятом году создал Единую Европу, так что нынешняя ЕС вовсе не заслуга современных политиков. Разница лишь в том, что фюрер Европы строил суперимперию на идеологических принципах, а теперешняя выстроена на чисто экономических. Оккупация европейской части СССР и победа Германии сделала бы американцев и англичан лучшими друзьями Гитлера: они бы и зверского фашистского оскала не заметили, и холокост бы простили, только бы этот монстр их не трогал.

Но в сорок третьем наступил неожиданный перелом в войне, немцев поперли назад, в свое логово. Формальные «союзники» советской России, уже готовые к союзу с немцами, сначала ошалели, потом быстро переориентировались и наконец-то открыли второй фронт.

Что же произошло? Почему отступали до Москвы, имея государственную монополию на производство, централизованную и опять же государственную экономику, сильную кадровую армию, мощное для своего времени, вооружение? Отчего миллионами попадали в плен, проявляя чудеса малодушия и трусости? Как это получилось, что почти поверженный, обескровленный, лишенный веры в бога, разобщенный по классовому признаку, народ вдруг восстал, как из пепла, расправил плечи и стал показывать «кузькину мать»? Война, заградотряды и мудрые политкомиссары заставили поверить в новую идеологию? Бог вспомнил о русских, отвергнувших его? Гений товарища Сталина вдохновил?

Или опять вышел из укрытия некий засадный полк, как на Куликовом поле?

Подобные вопросы задавали все без исключения: враги, союзники, нейтралы, и втайне, ночью, под шинелью – сами политкомиссары. В большинстве своем они все-таки были русскими, а значит, мыслящими «себе на уме», соразмеряющими, что и почем. Оглашенных идиотов, свято веривших в идеалы мировой революции было среди них совсем мало.

Задавал их и один немец, капитан вермахта, всю оставшуюся жизнь положивший, чтобы найти ответ. Была блестящая карьера, в двадцать один год – командир батальона, дошел до Москвы, отступал до реки Березина, где раненным попал в плен, в сорок шестом за ударный труд был отпущен домой с вологодского лесоповала. Потомственный военный, он потерял покой и сон, отказался от службы в бундесвере, отверг завидные предложения американцев, англичан и одержимо рылся в архивах, сопоставлял цифры, факты. Изучал аналитические отчеты и справки, выучил русский, переписывался со всеми уцелевшими генералами вермахта, мечтал о наших архивах, но они были за железным занавесом. По всему выходило – Россия должна была быть повергнутой!

А она победила.

Пересчитывать количество танков, самолетов и живой силы, разбирать диспозиции, изучать тактику и стратегию, полководческое искусство, биографию Сталина и Жукова оказалось занятием безрезультатным.
Наконец в конце восьмидесятых занавес рухнул, архивы открылись, но и там не было ответа. Тогда немецкий комбат пошел в народ, в русский народ. И только в этом путешествии постаревший, но все еще одержимый капитан наконец-то соединил все пряди, замкнул все круги своих изысканий. Истина лежала почти на поверхности, но из-за идеологических шор ее никто не замечал или не хотел замечать.

На защиту Отечества поднялась коренная Россия.

До середины сорок второго в регулярную армию брали молодняк, воспитанный на новых коммунистических идеалах, и когда он уже догорал в пекле войны, стали призывать старшее поколение – до пятидесятилетнего возраста включительно. На фронт пошла коренная Россия – это выражение не мое, а того немецкого комбата. Пошла коренная Россия, дух которой был вскормлен на традиционных русских ценностях, а главная из них – защита Отечества. На передовую пришли зрелые мужики без комсомольского задора и партийных марксистских воззрений.

Тот самый засадный полк.

В Нарыме – месте ссылки кулачества, о начале войны узнали только через несколько дней, когда к пристани причалила баржа и на берег вышел пьяный комендант комендатуры НКВД, исполнявший обязанности военкома – началась мобилизация. И пока он собирал редких для этих мест, безусых комсомольцев и лояльный к власти, молодняк призывного возраста, ссыльные бородатые кулаки собрались сами. Молча, деловито, с котомками, с запасом продуктов и табака, без гармошек и свистопляски. Жены пришли провожать, но стояли отдельно и тоже молча, никто не плакал, не причитал. Некоторые из них надели старые гимнастерки, в коих когда-то пришли с Первой мировой. Говорят, даже с чудом сохранившимися крестами и медалями…

Однако всесильный в Нарымском краю, комендант посадил комсомольцев на баржу, а кулакам погрозил кулаком:
- А вы, суки, не достойны защищать советскую Родину!

Эту фразу передаю дословно, в том виде, как услышал от очевидца.

Баржа отчалила, кулаки так же молча разбрелись по баракам и землянкам.

В следующую навигацию, через год, комендант опять приплыл на барже в Нарым, на сей раз трезвый. Ссыльнопоселенцы словно ждали этого момента, опять молча и самостоятельно собрались, встали на берегу. Комендант велел сбросить им трап, выставил бочонок с водкой, а сам ушел в трюм.

Весь путь до сборного пункта в Колпашево ни разу не вышел на палубу, ни слова не сказал. Кулаки извинения коменданта не приняли и к водке не притронулись. Вероятно, ждали иного – покаяния словом. Не дождались.

В сорок пятом назад их вернулось немного, отбывать оставшийся срок ссылки. Говорят, комендант после этого запил горькую, будучи нетрезвым, вывернулся из обласа и утонул в Оби.

Все мы помним картину А. Бубнова «Утро на Куликовом поле». Обратите внимание на построение русских полков: в первых рядах стоят старики, за ними – поколение помладше и основную гущу войска составляют молодые, здоровые и сильные. Это древний, скифский способ построения боевого порядка, гениальный по психологическому замыслу. Первые ряды в стычке с супостатом погибают первыми, это можно сказать, смертники, поэтому они в белых рубахах и практически не имеют доспехов. Отсюда взялась пословица – не суйся поперд батьки в пекло. Деды должны умереть на глазах внуков, отцы на глазах сыновей, и их смерть наполнит сердца молодых яростью ратного духа, вплетет составляющую личной мести. А слово месть от место – чисто воинский термин, когда молодой занимает в строю место погибшего старшего из рода.

В красных академиях такой науки не преподавали, и выстраивали войска по идеологическому принципу – коммунисты и комсомольцы вперед. Вот и драпали они назад, пока не докатились до Москвы, и тут небо стало с овчинку…

А есть ли она сейчас, коренная Россия, найденная немецким комбатом? (Кстати, вернувшись в свой фатерлянд, он скоропостижно скончался – исчез смысл жизни). Существует ли еще засадный полк, который в решающий час способен выйти из дубравы и вступить в бой?

К разочарованию наших «партнеров», как внешних, так и внутренних, должен сказать – есть. И «партнеры» прекрасно об этом знают, поэтому, как и во все времена, любыми способами пытаются разобщить поколения, разделить по возрастному принципу, растащить по партиям, увлечениям и интересам. Перессорить мужчин и женщин, детей и родителей. Выбрасывают отвлекающие заманухи: трагическая смерть русской народной героини, принцессы Дианы перестала работать – появились девки из «Пусси Райт», оскверняющие храм. А еще в рукаве полно тузов, чтоб манипулировать нескончаемой антисемитской игрой «в дурака», еще не доиграла свою партию скрипка экстремизма, межнациональной и межконфессиональной розни. Еще есть в арсенале гомосексуалисты, наркоманы, экологи, пацифисты. Ну а темой борьбы с коррупцией, публичной поркой списанных чиновников, депутатов можно еще долго морочить головы!

Мы, к сожалению, пока еще поддаемся такому влиянию, берем дешевые наживки, грубо насаженные на крючок.

Поэтому хватит валить все на власть, на антинародный режим, на происки внешних и внутренних врагов. Хватит винить наглость кавказцев и ругать евреев на кухнях. Все они как раз поступают естественно и предсказуемо, влегкую, без напряжения манипулируя сознанием. Совестливым людям надо учиться, образовываться и если уж выходить на площади, то только для того, чтобы там ощутить себя народом. Площадь, школа хорошая, но не единственная. В советские времена с демонстрациями вообще была напряженка, более трех не собирались, поэтому потребность «столпотворения» (толпа от столп) чувство плеча товарища реализовывалась на официальных праздничных шествиях. На площади население ощущает себя народом, и непроизвольно впадает в эйфорию: чувство локтя, чувство единения вызывают ликование. От радости люди забывают, по какому случаю собрались. И утратив природное, присущее славянству, нравственное чутье, «задний ум», попадают в умело расставленные сети манипуляторов. И вот уже стихийные митинги возглавляют охвостья прежних «элит», телеведущие, гламурные барышни, блогеры и просто авантюристы, призванные и ведомые властью, чтобы выпустить пар.

Власти об этой особенности национального характера известно, и она, власть, изо всех сил пытается размыть, растворить потребность мирного «столпотворения», загнать под контроль любое его проявление. Большевики тут отдыхают! Теперь даже свадебные церемонии придется согласовывать с администрацией.

Поэтому на площадь лучше ходить в праздники, чтобы радоваться, гулять, отдыхать, с детьми, и ходить со своими гвардейскими ленточками. Потому что вам навязчиво станут предлагать другие – белые, оранжевые, серо-буро-малиновые.

Вы заметили, как в последние годы миллиарды из бюджета уходят на строительство спортивных сооружений, содержание футбольных команд, инопланетных, судя по зарплатам, тренеров и, в том числе, на поощрение фанатских организаций. Хотя по-прежнему нет ни настоящего футбола, ни истовых спортивных болельщиков. Зато выполняется главная задача спорта и власти – выпустить пар на трибунах стадионов, дабы он не выхлестнулся на улицы и площади. Та же цель преследуется и в СМИ, когда нам с утра до вечера навязчиво гонят кровавые детективные сериалы. Количество криминальных трупов, показанных нам тремя основными каналами, уже соответствует количеству населения России.

Вместе с паром из нас выпускают виртуальную кровь.

Но легче всего осуждать пороки и невыносимо трудно приводить в лад разлаженные отношения общества и государства.

Я не призываю ни к бунту, ни к созданию новых партий и движений – это порочный путь, и только потому предлагается нам властями, как бескрайний либерализм. Да и рекомендаций или спасительных советов давать не собираюсь. Необразованная власть более всего боится, если электорат станет образованным и ощутит себя народом. И этому мы получаем все больше и больше доказательств. Совсем недавно известная вам модель человека от власти, Герман Греф, на форуме в Петербурге прямо так и заявил – не надо образовывать население страны! Мол, если оно узнает всю правду, то им, населением, станет невозможно манипулировать. Прямо так и сказал. Дескать, благо, что есть журналисты, рядящиеся под свободную прессу, они-то и дают обществу дозированную информацию – сколько положено.

Любая манипуляция сознанием имеет явные признаки мошенничества, деяния, уголовнонаказуемого.
Будь народ народом, на следующий же день Сбербанк лопнул бы, как мыльный пузырь, вкладчики бы забрали свои деньги. Разве можно доверять их такому банкиру? А прокуратура возбудила бы уголовные дела на СМИ, нарушающие статью о праве на информацию, записанную в Конституции.

Грефа вынудили проговориться, поэтому и подбирал слова, тянул, мямлил, валил все на Будду, Конфуция, и все же проговорился. Конечно, по своей необразованности выдал то, о чем говорят, и что обсуждают в кулуарах власти. Наверное, банкира потом поругали, но он заслуживает слова признательности и благодарности.

Я призываю своих соотечественников к образованию, к обретению образа народа. К тому, чего так боится власть, и чему всячески препятствует из-за своей неспособности управлять образованным населением. И трижды поплевав через левое плечо, опасаясь сглазить, сообщаю вам шепотом, на ухо: наш народ сегодня потянулся к знаниям! Потянулся к своим истокам. Не взирая на то, что истоки лихорадочно засыпают мусором, пытаются загадить, а где не получается, просто взмутить, мол, пока отстоится, кое-что успеем. Потянулся жадно, как всякий жаждущий.

И власть это почуяла. Поэтому наскоро выставляются противотанковые ежи и роются рвы в виде назначения чудовищных по своей необразованности министров образования и культуры. В школах усиленно совершенствуется отупляющий ЕГЭ, идет уже ничем не прикрытое, откровенное разрушение некогда могучей системы высшей школы. Причем, это делается так поспешно и грубо, что напоминает отступающего агрессора, который сжигает последние мосты и отравляет колодцы.

Однако коренная Россия все чаще начинает проявлять себя. Самым неожиданным образом и в неожиданном месте. И вот уже президент спешит в Колонный зал, на всероссийское родительское собрание (сопротивление!), отталкивая от трибуны своих смущенных помощников. И говорит пламенные речи, обличая того же министра образования, которого своим росчерком пера вчера только назначил. Собравшиеся родители слушают, все понимают, но проявляют такт, выдержку и не забрасывают его обувью. И это показатель того, что общество, народ весьма быстро зреет и стремительно выходит из состояния шока, произведенного «великими реформаторами». Уже нет истерики, отчаяния, легковесных призывов, стонов и воплей. Внимают молча, как те высланные кулаки на Нарымском берегу Оби.

В ближайший год трудно придется власти. Надо будет догонять отрывающуюся вперед, толпу и предлагать что-то стоящее, дабы остаться на плаву. И уже не поможет бочонок водки, выставленный на палубу, то есть, снятием и назначением новых министров образования не отделаешься. Пылкими речами, вброшенными лихими лозунгами типа «мочить в сортире» веры будет не обрести. За своего в доску парня теперь не примут.

Русская тройка долго запрягается, но катится быстро.

Предвижу возражения скептиков, де-мол, в современной политической системе, ориентированной на тотальную глобализацию, практически невозможно что-либо сделать. Дескать, перед нами даже не просто государственная машина – бронированный монстр, ведомый сильными мира сего. Разве можно создать структуру, развивающуюся и существующую по другим правилам и законам? Ротшильды и Рокфеллеры, «мировая закулиса» не потерпят подобных вольностей, идущих вразрез с их решениями «политбюро». Вездесущая политтехнология манипуляции сознанием размажет, сотрет в порошок. В лучшем случае, любое положительное начинание объявит ложью, сектантством и предаст анафеме, что уже не раз бывало. В худшем, признает эту структуру террористической, а остальное довершат войска НАТО.

И будут эти искушенные скептики в чем-то правы.

Не делая никаких выводов, я просто приведу «природные» примеры, когда зарождение, развитие и существование качественно новых структур не подвержено ни влиянию извне, ни тем более управлению и манипуляциям.

Человеческую общность и всю живую природу спасает многообразие форм существования материи. Например, в горячих гейзерах из-за высокой температуры не растут водоросли на привычной нам, углеродной, белковой основе. Они попросту свариваются в бульон. Но водоросли там есть, и благоденствуют в крутом кипятке круглый год, на вид, обыкновенные, зеленые, с легкой синевой. И в основе их клетки лежит не белок, а термостойкий кремний. Но это все химия.

Есть более обыденные примеры, когда новая система может возникать, развиваться и достигать совершенства внутри имеющейся системы помимо ее воли и за счет нее.

Зачатие плода у теплокровных (включая человека) происходит независимо от воли мужской и женской особи. Их желание в этом случае продиктованы лишь желанием совокупления, кстати, ознаменованным наивысшим блаженством – оргазмом, эдакой наградой за соитие. Остальное все делает природа. Зачатый плод изолирован, заключен в плаценту и соединен с матерью одной лишь пуповиной, через которую, игнорируя ее желания, получает все необходимые вещества для полноценного развития. Поэтому у беременных летят зубы, слабнут кости, мать вынуждена переживать острые приступы токсикоза и прочие неудобства, но поделать с этим ничего не может. Напротив, неосознанно будет потреблять то, что нужно плоду. Да, конечно, она в состоянии сделать аборт, если ребенок не желанный. А если желанный и давно ожидаемый? Если отец, давший семя, в том ее убедит? То есть, обеспечит информационную поддержку?

Тогда дитя непременно будет выношено, без воли матери родится точно в срок и даже шлепать его не нужно, само сделает первый вдох.

И, наконец, обещанная история из жизни насекомых – пчел. Природа всегда мудрее нас, если мы еще способны видеть ее, слышать и чувствовать.

В семидесятых годах появилось заболевание пчел, называемое варроатоз. Это клещ-паразит, величиной чуть более макового зерна, который поселяется на шейке, возле головы, и заедает пчелу, выпивая из нее соки. Самая совершенная модель самоорганизации в природе, пчелиная семья, без всякой эволюции существующая миллионы лет, оказалась не в состоянии противостоять клещу, ибо заражение происходит еще до рождения пчелиной детки. Самка клеща всегда опережает пчелиную матку на две – три ячейки вперед, точно угадывая, куда она отложит очередное яйцо и успевает откладывать свое. Личинка пчелы рождается уже в порочном соседстве с личинкой клеща, вместе питается, развивается, вырастает, окукливается и молодая пчела выходит из ячейки, принимая паразита за часть своего существа. Когда заражение становится критическим, клещ начинает высасывать соки своей соседки еще в запечатанной ячейке, и пчела тогда рождается слепой и бескрылой. Она же обычно золотистая, а тут появляется черной, словно из нее еще до рождения свет выпили.

Но в «инкубационный» период заболевания клещ просто живет на пчеле, даже совершает путешествие, летает с ней на сбор нектара и ждет зимы. Летом же паразиты насмерть зажирают только трутней, поскольку их в семье всегда перепроизводство, поэтому самка клеща откладывает яйца больше в трутневые ячейки. И только под осень начинает активно заражать пчелиный расплод - будущее потомство, которому суждено пережить зиму. То есть, клещ отлично разбирается в мироустройстве семьи, знает табели о рангах: например, вообще никогда не трогает матку, сеющую новое потомство «будущего корма». Зато за зиму клещ медленно выпивает жизнь из пчелы, растягивая удовольствие до весны, и если она не погибает, то выходит немощной, сил хватает долететь до первого цветка.

Там паразит отцепляется и ждет, когда на тот же цветок прилетит другая, здоровая пчела…

Поначалу пасечники пытались бороться с клещом самими разными способами: окуривали дымом ядовитых растений, химикатов, даже засыпали хлоркой и дустом, но в результате только губили пчел, а клещ выживал. Тогда начался революционный период, кардинально и круто изменяющий ситуацию - повальное сжигание зараженных пасек, и повсюду запылали костры. Палили вместе с ульями, инвентарем и омшаниками, снимали грунт на местах расположения, заводили новые, чистые семьи, а они вскоре опять заболевали. Ученые изобретали средства борьбы с варроатозом, в основном, химические, ароматические смеси, аэрозоли, пищевые добавки; клещ отчасти осыпался, но полностью вылечить болезнь оказалось невозможно и вспышки ее повторялись.

Но вот что было замечено: если вывезти зараженную пасеку подалее от других, где нет контакта пчел и мест общего пользования – цветов, то семьи мало-помалу сами избавлялись от паразитов и к середине лета выздоравливали полностью. Новые потомства пчел рождались уже без «пассажиров»-нахлебников, зрячие и крылатые. Как им удается сбрасывать с себя клещей, до сей поры не совсем ясно, есть предположения, что пчелы (язык не поворачивается называть их насекомыми!) научились снимать их друг с друга. По другой версии, пчелы-чистильщики, что готовят ячейки для маточного засева, разгадали «политтехнологии» варроатоза, и теперь идут вплотную к матке, не позволяя самке клеща откладывать свои яйца. А если успела отложить – выбрасывают.

Так или нет, не знаю, но из моих личных наблюдений вынес несколько явных, неоспоримых фактов: пчелы чистят друг друга, особенно «мертвые» зоны, которые сама пчела достать не может. Но более потрясло то, как они помогают друг другу встать на лапки, если вылетая из летка, пчела случайно перевернулась на спину. Они подают руку упавшему – опять же язык не поворачивается сказать, лапку…

Вот бы взять да вывезти наш улей на необитаемый остров! Да только нет на планете, емлющей огонь, таких островов, и слишком уж много на нашей земле могил предков, кости коих еще продолжают излучать и питать нас энергией – всех не выкопать и не увезти с собой. Остается одно – чистить друг друга, снимать клещей, обезвреживать будущее потомство, следуя на шаг впереди матки и подавать руку, если кто-то споткнулся.

И не собирать мед на чужих цветах. Тем более, если нектар из них давно кем-то выпит, а вместо него залит химреактив в виде пищевой добавки…

Улей наш не перевезти. Но вот столицу – вполне возможно в самое ближайшее время. Пока существующая власть не устремилась на юг от Москвы и не начала стройку «московской грыжи». Не следует разрушать солярный символ искусственным протуберанцем, ни к чему доброму это не приведет и времени существования столицы не продлит. Если бы власть имела образ, то давно бы уже осознала, что период «московского государства» пройден вкупе с советским периодом. Надо не реформировать, а переформатировать возбужденное пространство, в первую очередь перенести столицу, даже не на реку Ра – на Урал, и тогда сбудется пророчество Ломоносова – государство российское прирастет Сибирью.

Не стану рассказывать, как бы оживилась азиатская часть малозаселенной России, как бы хлынули на заснеженные просторы финансовые потоки, производительные силы, и как бы «обрадовались» этому китайцы – все это понятно без перевода и лишних слов.

Надо избавиться от варроатоза прежних элит, который поразил обе существующие столицы государства. Петр был похлеще нынешних реформаторов, он одним взмахом топора голову отрубал стрельцу, однако не сумел сладить с боярской элитой и ушел на болотистый берег Невы, будто бы рубить окно в Европу. Долгие версты русских просторов спасают нас не только от внешних врагов; у клеща сосущий хоботок длинный, да ноги коротки. Он физиологически не в состоянии покорять пространство более, чем площадь цветка, шейку пчелы, ограниченную Садовым кольцом столицы. А так же долго жить вне улья, тем паче, без своего кормящего транспорта – пчелы. Начитавшись Маркса, Ленин тоже страдал от необразованности и совершил ошибку, вернув Москве статус стольного града: прежний навоз там еще не перепрел, не перегорел, не превратился в культурный слой, в почву, способную плодоносить, выгонять из семени живучий стебель.

Пусть Москва останется солярным символом прошлой эпохи, пусть даже Ильич лежит в своем мавзолее. Мертвец иногда помогает вздрогнуть, встряхнуться душе и проснуться, дабы увидеть, что мир больше, чем пределы видимой и осязаемой реальности.

Рано или поздно, но третья столица современной России будет на Урале. Только вдали от прошлых элитных гнездовий возможно окружить матку пчелами-чистильщиками, желательно из рабочих, вечевых пчел, которые и правят в семье.А рабочей пчелой называется та, что собирает нектар…
Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)

30


Вы здесь » КНИГА МАТЕРЕЙ » Книги » Вечность Гипербореи ( исторические экскурсы)